Минск
+15 oC
USD: 2.04
EUR: 2.27

У Ивана Гайшуна было кредо: «Ученый просто обязан готовить кадры, чтобы работа не прекращалась»

Талант из Бобруйской глубинки

«Мне кажется, я медленно от вас ухожу…» — так Иван Васильевич Гайшун сказал своей младшей дочери за полгода до смерти. Он чувствовал, что силы покидают его, без диагноза и приговора врачей. Не стал откликаться на звонки, постарался никого не беспокоить, а жалости сильный по жизни человек принять не мог. Уходил достойно, не ропща и никого не виня, принимая свою судьбу такой, какой она есть. Как часто в жизни она благоволила ему, простому деревенскому мальчику из бедной крестьянской семьи, ставшему всемирно известным ученым. В выходные было 40 дней, как нет с нами Ивана Васильевича...

Директор Института математики НАН академик И.В. Гайшун.

Романтик с горящими глазами

Уходят романтики первого послевоенного поколения, ворвавшиеся в науку с горящими глазами и верой в успех. Таких людей на Земле много не бывает. Тихий, кажущийся медленным, даже немножко заикающийся голос Ивана Васильевича был слышен всему научному миру. Настоящий камертон академического общественного мнения, он шел всегда впереди, с открытым забралом, бил в колокол, предупреждая о надвигающейся беде, боролся за друга и ради этого отказывался от больших соблазнов власти, а попав во власть академическую, оставался лучшим среди равных. Был принципиальным, открытым и мужественным человеком, мог говорить и говорил все, что он думал, без скидок на чины и звания. И эта его неподкупность, вера в добро и справедливость притягивали к нему людей, создали большой неформальный авторитет. К нему шли за советом, поддержкой, участием. Для всех у него находилось время. Попусту никогда не обещал, а взявшись за дело — не отступал. При этом не боялся быть неправым.

Откуда такое свободомыслие в простом крестьянском мальчике из далекой глубинки? Да, все мы родом из детства. С Великой Отечественной войны возвращались победители. Вся страна лежала в руинах, но разве это могло остановить тех, кто победил фашизм? И вчерашние солдаты, истосковавшись по простому крестьянскому труду, берутся за восстановление родных городов и деревень. На глазах изумленного мира страна восстала из пепла, энтузиазм восстановления рождает по-настоящему прорывные достижения во всех сферах человеческой жизни. Послевоенная молодежь, вдохновленная победами отцов и матерей, садится за парты. Им выпало счастье дерзновенного покорения нового, фантастических открытий и необыкновенных мечтаний. Это время «физиков и лириков» сформировало Ивана Васильевича Гайшуна. И он остался ему верен до последнего вздоха. Таким всегда тяжело в жизни, но на них мир держится.

В школу доводилось ходить за десять километров, но это нисколько не смущало Ивана и его друзей, с раннего детства привычных к нелегкому крестьянскому труду. Опытный учитель математики Филипп Сергеевич Драница сразу отметил у смышленого, вдумчивого и целеустремленного мальчика математические способности. Иван умело разбирался в технике, сам сконструировал радиоприемник, легко решал конкурсные задачи повышенной сложности. В 1964 году после окончания Горбацевичской средней школы Иван сразу поступил в Белорусский государственный университет на математический факультет. Прямо в вузовской аудитории подающий большие надежды студент Иван Гайшун встретился со своим будущим учителем, академиком Евгением Алексеевичем Барбашиным. Несколькими годами ранее тот был приглашен в Минск, в Институт математики, из Свердловского отделения Академии наук СССР и одновременно возглавил кафедру прикладной математики в Белорусском государственном университете. Недолгая совместная работа (Евгений Алексеевич скончался в 1969 году) оставила большой след в научной судьбе Ивана Васильевича, он навсегда связал свои научные интересы с исследованиями устойчивости решений систем нелинейных дифференциальных уравнений. 

А дальше была блестящая карьера ученого. За двадцать два года — путь от студенческой скамьи до академических регалий. Удивительное дело, эпоха, названная политиками и публицистами застоем, стала едва ли не золотым веком для отечественной науки. И не только для оборонки. Да, кто-то годами ждал югославскую «стенку», гонялся за хрусталем, дубленками, колбасой, в конце концов. А такие люди, как Иван Гайшун, имели все возможности для творчества. И ведь был результат! Мы до сих пор во многом живем свершениями тех лет.

За работой: (справа налево) академик И.В. Гайшун, академик Н.А. Изобов, член-корреспондент Ф.М. Кириллова, 1998 г. 

В мантии академика 

А затем наступили 1990-е, те самые, «лихие». В трудное для страны время, когда государству было не до науки, которая казалась власть предержащим чрезвычайно избыточной и обременительной для бюджета, Ивана Васильевича избирают директором Института математики. Институт с большими традициями стоял на грани полного краха, сотрудникам месяцами не платили зарплату. На все жалобы ответ был один: «Если вы такие умные, то почему такие бедные?» Иван Васильевич вместе с коллективом института выстоял: сохранил кадры, их научный потенциал, наработанные предшественниками научные связи, заключил новые контракты, получил международные гранты. При этом всем стало ясно, что перед ними руководитель новой генерации, сочетающий в себе огромные знания и целеустремленность, справедливый и честный. С ним можно и в разведку идти — в трудную минуту не бросит… человек надежный, верный академическим законам. Четверть века академик Иван Гайшун бессменно стоял у штурвала института…

Вспоминая сегодня Ивана Васильевича, так и хочется, перефразируя слова популярной песни, сказать, что «ему всегда было по-хорошему мало» и себя он никогда не щадил. Вполне закономерно, что в 1997 году на очередных выборах президента Академии наук Ивана Васильевича пригласили в новую команду в качестве вице-президента. Одновременно он оставался директором Института математики, работал академиком-секретарем Отделения физики, математики и информатики НАН. Достойно исполнял обязанности президента Белорусского математического общества, руководил научным семинаром по математической теории систем. Просто не счесть объема работы, академических поручений и дел, которые одновременно выполнял академик И.В. Гайшун. Был востребован всегда.

Иван Васильевич стоял у истоков создания Высшей аттестационной комиссии Республики Беларусь, долгое время входил в состав ее президиума, всегда при обсуждении диссертаций демонстрируя высокий профессионализм, принципиальность, справедливость и порядочность. С 1994 года и до последних дней жизни преподавал на механико-математическом факультете БГУ. Подготовил целую плеяду высококлассных учеников. Среди них не только десяток математиков, защитивших диссертации под его непосредственным руководством, но и те ученые и студенты, с которыми он обычно работал, щедро делясь с ними своими новыми идеями, не жалея творческих сил, не думая о времени. Был убежден, что ученый просто обязан готовить кадры, чтобы работа не прекращалась.

Рабочий кабинет Ивана Васильевича был по-настоящему рабочим. Всегда люди, проблемы, дискуссии, споры о наболевшем. Из обстановки — стол для заседаний, оставшийся еще от предшественников, переносная доска, диссертации, текущие документы, много книг. И не только научная литература по проблемам, которыми занимался ученый, — много новой философской и художественной литературы, книг любимых белорусских писателей. У него была привычка понравившиеся выражения из прочитанного переписывать от руки и вывешивать на стену за рабочим столом. В последнее время висели листочки со словами Мишеля Монтеня: «У животных есть та благородная особенность, что лев никогда не становится из малодушия рабом другого льва, а конь — рабом другого коня». И еще из сатиры Михаила Салтыкова-Щедрина: «Только те науки распространяют свет, кои способствуют выполнению начальственных предписаний». Да, и в науке бюрократизма хватает…

Масштаб настоящего ученого

Иван Васильевич был человеком, скромным до аскетизма (как выяснилось уже после смерти, получал заработную плату, меньшую, чем у других директоров), не любил излишеств, краснобайства, пустословия. Мог точным вопросом остановить не в меру пылкого оратора. При этом нисколько его не обижая. 

Сегодня Институт математики — один из лучших в Академии наук, в нем работает около сотни сотрудников, пришли и молодые ученые с такими же горящими глазами, как когда-то входил в мир большой науки Иван Васильевич. Результаты работы ученых востребованы инновационной экономикой суверенной Беларуси, за свои успехи институт неоднократно признавался лучшим и постоянно находится на академической доске Почета. 

Иван Васильевич очень любил родную Беларусь, свою малую родину, окруженную вековыми лесами, где по утрам частенько хаживал за грибами. Был счастлив в семье, гордился своими детьми и внуками. На многочисленные приглашения поработать за границей всегда отвечал отказом. 

Постепенно приходит осознание масштаба потери. «Неправда, друг не умирает, лишь рядом быть перестает», — написал когда-то Константин Симонов. Дружба с Иваном Васильевичем, неформальные беседы с ним, его спокойные и мудрые суждения о бытии земном, академическом братстве обогащают и придают силы нам, живущим. Имя академика И.В. Гайшуна, конечно же, будет увековечено, но главное — он навсегда останется в памяти народной символом свободомыслия и академического братства. На чем, собственно, и держится природа настоящего таланта.

Александр Данилов, член-корреспондент НАН Беларуси
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
4.4
Загрузка...