Такой характерный Виктор Васильев

Виктор Васильев - о новых ролях и кино, о котором говорят

Листы с текстом роли, разложенные буквально на всех свободных поверхностях, и две пары очков Виктора Васильева, надетые одни поверх других («все некогда сделать нормальные»), — не так я представляла обстановку интервью с артистом–юбиляром, председателем Белорусского союза кинематографистов и доцентом кафедры режиссуры кино Белгосакадемии искусств. Виктор Игоревич, явно не настроенный тратить время попусту, не стал дожидаться моих вопросов и заговорил первым, не жалея хвалебных слов в адрес актеров с фотографий на стене:

ФОТО СЕРГЕЯ ЛОЗЮКА.

— С сентября пойдут новые серии «Мухтара», вот тут список исполнителей главных ролей: из 10 человек 8 — наши. «Ну вы, ребята, ловкачи, — прокомментировал эту ситуацию продюсер Сергей Петрович Зыгмантович. — Как московских–то своим талантом подвинули». Телеканал НТВ, на котором сериал выходит вот уже 14 лет, очень доволен. У нас действительно много прекрасных актеров, настолько убедительных, что это все чаще оценивают уже не только в нашей стране.

— Не устали от своего полковника Дубровского?

— Ничуть, он очень разнообразный. Новый сценарий по–прежнему насыщен событиями, а я стараюсь сделать Дубровского не стереотипным начальником, а человеком с подвижным характером, со своей добротой и строгостью, своим пониманием роли руководителя страны... Простите, конечно же, начальника следственного отдела, от которого также зависит немало судеб. Просто я только что вернулся из Москвы, где сыграл Михаила Горбачева в новом сериале Алексея Мурадова.

В роли Горбачева.

— Картина о Горбачеве?

— Нет, в противном случае мы бы с вами сейчас не беседовали — я сидел бы в библиотеке над книгами, изучал другие материалы. Во время съемок ни с кем не общаюсь, и это не гордыня, в которой меня часто подозревают, когда я работаю над образом. Но Кремль я уже отыграл — моя роль у Мурадова не настолько велика. Хотя далеко не проста. Можно ли понять, что творилось у Михаила Сергеевича внутри в те дни, когда взорвалась Чернобыльская АЭС? Фильм пока так и называется — «Чернобыль». Работа сложная, тяжелая. Наши ребята, которые сейчас снимаются в Мозыре (конечно, там есть и московские актеры, но в основном опять же наши), шутят, мол, пока ты в Кремле заседал, мы тут грязь месили. Но многим ли известно, насколько тяжела шапка Мономаха? Все, что я произношу по роли, это буквальные слова Горбачева, скопированные со стенограмм его выступлений. Однако Мурадов — режиссер–философ, избегающий категоричной оценки чего бы то ни было. Пытаясь почувствовать Михаила Сергеевича, я пересмотрел множество видеозаписей с ним — не на трибуне, а где он общается с людьми. И вдруг поймал себя на мысли, что помощи–то ему было ждать неоткуда... Знаю, что на эту роль был большой кастинг. Я, актер характерный, социальный, попал в этот фильм совершенно случайно. Наша кастинг–директор Ольга Юрьевна Романова долго на меня смотрела и вдруг предложила: «Давайте пошлем фотографию Васильева в Москву». А сделал эту фотографию Роберт Филатов, человек, который мало того что всю жизнь работает оператором на проектах Мурадова, вдобавок еще и свердловчанин.

— Понятно, снял вас как родного. Вот мы и перешли к вашей биографии. Я наконец–то могу поздравить вас с 60–летием и спросить о главном подарке, который преподнесла вам судьба.

— Спасибо, я и забыл о юбилее. А главный подарок — это, пожалуй, моя семья. Родители и все наши многочисленные родственники, которые также жили в Свердловске, и такой дружбы, конфликтов, споров и снова дружбы я больше нигде не встречал. Разве что в итальянском кино. Мама работала на засекреченном предприятии, выпускавшем сложнейшие детали для военной промышленности, папа почти всю жизнь играл на духовых в армейском ансамбле...

«Сага о хантах».

— А вы — позволите продолжить? — почти всю жизнь играете военных в кино. Если же Виктор Васильев режиссер на площадке — то почти наверняка это военный проект. И супруга ваша работает в Музее истории Великой Отечественной войны. Знаю, что даже в армии вы умудрились отслужить дважды — причем удивительно не то, что ваша распространенная фамилия ввела военкомат в заблуждение, а то, что вы честно надели солдатские погоны во второй раз.

— Для нашей многочисленной родни тема войны всегда оставалась очень болезненной. Я и мои братья были так воспитаны, что вопросы, кому и зачем это надо, могли звучать где угодно, только не здесь. Ну и в первую очередь именно армия дала мне возможность увидеть, как люди ведут себя в разных ситуациях. Кстати, с женой мы до сих пор встаем в 5 утра. Каждый день, четко, как в армии. У меня ведь еще и союз кинематографистов, который существует отнюдь не на бумаге. Конечно, с прежними, советскими его сегодняшние возможности не сравнить, но по мере своих сил и с помощью спонсоров стараемся помогать и нашим старикам, и молодежи. Деньгами на лекарства, на билеты в ту же Москву, когда нужно съездить на пробы. Хотя часто люди нуждаются даже не в монетах, а в обычном человеческом внимании.

— Кстати, о молодежи. Вступительная кампания в творческие вузы в самом разгаре...

— В этом году я в ней не участвую. Все сошлось в одно время: три новых проекта за три месяца, не считая «Мухтара», впереди — «Купала» Володи Янковского (предложили сыграть одного негодяя). А еще нужно в Екатеринбург к больной тетушке.

«Стая».

— Но вы в курсе вступительного процесса?

— Естественно. Могу сказать, что желающих получить профессию кинорежиссера меньше не становится, конкурс все такой же высокий. И наша творческая молодежь прекрасна. Скажем, не так давно я снялся у одного молодого человека, который по–своему попытался воссоздать библейскую легенду о блудном сыне. Сыграл отца, неожиданно для самого себя перевоплотившись даже внешне. Одну из сцен снимали глубокой осенью. Чувствую — ноги в ледяной воде. Не удержался, говорю режиссеру: «Знаете, у меня ботинки насквозь промокли». А он в ответ совершенно спокойно: «У вас сейчас глаз точный. Не отвлекайтесь, продолжайте работать». На всякий случай запомните имя — Владимир Полищук, о нем и его фильме «Магистраль» сейчас все говорят, особенно в среде молодых кинематографистов, это и мой сын подтвердит.

— А кто ваш сын?

— Молодой режиссер, учился во ВГИКе у Хотиненко. Сейчас для нашей киностудии делает фильм о ветеранах войны. Заказ на короткометражный, хотя материала Игорь снял гораздо больше. Давайте покажу вам отрывок...

И Виктор Васильев открывает в своем компьютере файл с названием «Фото на память». Старых солдат собирают на традиционную съемку у памятника, где для них уже расставили стулья. И я чувствую ком в горле — не потому, что один из стульев приходится убрать и человек, которому он предназначен, уже никогда не придет. А от вопроса фотографа, адресованного той, что расставляет эти стулья: «Зачем вы делаете из людей статуи?» От других вопросов, которые эти ветераны задают друг другу, — они здесь не символ, а очень живые, ранимые люди. Так показать это может лишь тот, кому действительно не все равно.

cultura@sb.by


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости