Так все же: общественное или личное?

Фрагментарные размышления о сегодняшнем и завтрашнем дне сельских подворий

Фрагментарные размышления о сегодняшнем и завтрашнем дне сельских подворий


На контроле Президента находится вопрос о работе Правительства и местной власти по развитию личных подсобных хозяйств граждан. Жизнь показала, что отрывать проблему развития личных подсобных хозяйств населения от темы работы руководителей и властей всех уровней с людьми на местах нельзя. Они взаимосвязаны.


Сравнительно недавно, в конце 90–х годов, можно было прочесть даже у серьезных экономистов радикальные предложения по реформированию села. Мол, колхозно–совхозная система с ее «ничейной» собственностью, даже несмотря на громадную финансовую помощь государства «умирает естественной смертью». Поэтому предлагалось незамедлительно идти на введение частной собственности на землю путем безвозмездной передачи или передачи на основе выкупа, в том числе путем использования именных приватизационных чеков «Имущество».


Но в настоящее время приоритеты вновь круто поменялись.


Ученые, как водится, исходя из перемен в общественном мнении, оперативно откликнулись на потребу дня, доказывая теперь уже обратное. Мол, в современных условиях личные подсобные хозяйства и семейные фермы «уходят в прошлое». У основной массы руководителей хозяйств, райисполкомов, облисполкомов, членов Правительства также утвердилось мнение, что личные подсобные хозяйства — отмирающая форма. Упор необходимо делать на общественный сектор. То есть, предлагается оставить эту тему только для «любителей–огородников», пусть, если хотят, сами и копошатся на своих сотках.


Конечно, с учетом того, что еще не все из задуманного реализовано,  Государственная программа возрождения и развития села на 2005 — 2010 годы все же позволила привнести огромные изменения на селе. Общественный сектор действительно начал демонстрировать динамичное развитие. Правда, и фермерство сохраняет сторонников.


Полагаю, что задача государства в агропромышленной политике на дальнейшую перспективу состоит в том, чтобы не остановиться на уже достигнутом, а обеспечив преемственность, двигаться дальше, сделав упор на качество и эффективность сельскохозяйственного производства. И здесь мы имеем уже «точки роста», которые находятся на мировом уровне. Не преувеличиваю. К тому же нам удалось провести технико–технологическую модернизацию перерабатывающей промышленности и тем самым подготовиться для нового прорыва на рынки. Поэтому подтянув прежде всего качество производимой сельскохозяйственной продукции (нужна продукция с большим количеством полезного вещества) как основы эффективности перерабатывающей промышленности, в целом конкурентоспособность нашего агропромышленного комплекса гарантированно достигнет мирового уровня. Но это должно стать задачей следующей пятилетки.


Можно ли с учетом такой перспективы развития АПК утверждать наступление «великого перелома» в отношении личных подсобных хозяйств?


«СБ» своими неоднократными обращениями к теме личных подсобных хозяйств сумела довести эту проблему до общества, установила открытый диалог с читателями. Газета выявила, что проблема, оказывается, совсем неоднозначна. Огромная масса людей, которые живут на селе, имеет на этот счет свое мнение и активно его отстаивает. Характерно, что даже опытные сотрудники газеты были удивлены потокам писем–откликов, поступивших в редакцию. Аграрии не только приняли участие в дискуссии, но и заняли активную позицию в обсуждении темы. Причем отношение к тому, что развитию личных подсобных хозяйств должно уделяться внимание, высказали не только колхозники, но и, что значимо, — сельская интеллигенция, а также, что особо радует, руководители сельских Советов.


Вместе с тем редакция получила не только массу конкретных предложений по обсуждаемой теме. Много было и жалоб на чванство и равнодушие на местах. Приводится масса примеров невнимательного отношения к элементарным просьбам и запросам людей.


Упования и заверения многих высоких и помельче чиновников, что на селе поднялся уровень жизни и возрос образовательный уровень, поэтому, мол, личные подсобные хозяйства отмирают, не соответствуют действительности. Не соответствует действительности и то, что молодежь и интеллигенция на селе, включая руководителей отдельных организаций, якобы не желают заниматься личными подсобными хозяйствами (ЛПХ), в том числе и выращиванием и содержанием скота.


Это лишь убеждает в том, что четкого понимания значения и роли ЛПХ в экономике и в решении социальных проблем на селе и в целом в обществе у чиновничьей корпорации нет. Отсутствует, честно говоря, даже желание просто вникнуть в существо вопроса. Это, мол, «отмирающая форма хозяйствования», и все... На одном из заседаний Правительства, где обсуждался этот вопрос, на это обстоятельство жестко обращали внимание наши два известных и опытнейших руководителя Б.В.Батура и В.П.Андрейченко.


Так что пока нельзя делать вывод о наступлении «великого перелома». Иначе переломить и переломать можно будет многое.


Да, сегодня принимается объективный факт того, что масштабы производства сельхозпродукции в ЛПХ в последние годы продолжают снижаться. Если в 2006 году удельный вес продукции сельского хозяйства, производимой в ЛПХ, в общем объеме валового производства сельскохозяйственной продукции по всем категориям хозяйств составлял 37,3 процента, то в течение всех лет текущей пятилетки это их значение только снижалось. Но при всем при этом в общем объеме стоимости валовой продукции сельского хозяйства всех категорий хозяйств доля продукции, производимой в ЛПХ, в 2009 году еще составляет 29,6 процента. Это все же очень серьезная цифра.


В 2009 году удельный вес производства картофеля в личных хозяйствах от общего объема производства в хозяйствах всех категорий составил 88,2 процента, овощей — 80 процентов. Хозяйствами населения произведено картофеля — 6,28 млн. тонн, овощей — 1,85 млн. тонн, зерновых и зернобобовых культур — 449,3 тыс. тонн.


А что касается эффективности труда в личном подсобном хозяйстве? Необходимо учитывать, что ведется этот труд достаточно интенсивно и эффективно. Объясняется это близостью приусадебных участков к жилищам и помещениям для скота. Это позволяет людям даже при низкой технической вооруженности достигать значительных результатов, а также использовать отходы домашнего хозяйства, органику, гарантирующие получение экологически чистой продукции. Все это, естественно, влияет на результаты.


В 2009 году урожайность зерновых и зернобобовых культур в личных подсобных хозяйствах составила 36,6 центнера с гектара (в общественном секторе — 33,2 центнера с гектара), картофеля — 190 центнеров с гектара (соответственно 159 центнеров с гектара) и овощей — 249 центнеров с гектара (199 центнеров с гектара).


Следовательно, убежден — личные хозяйства имеют большое значение для обеспечения собственной продовольственной продукцией и села, и города.


За последние годы в личных хозяйствах населения произошли существенные изменения. В том числе в структуре производства сельскохозяйственной продукции. Прежде всего в этом секторе необходимо выделить сложившуюся устойчивую тенденцию сокращения численности скота и соответственно объемов производства продукции животноводства. Меняется социальная структура ведущих ЛПХ семей, наблюдается смещение на производство растениеводческой продукции, изменяются формы ведения ЛПХ.


Особое место в затратах труда в индивидуальном личном хозяйстве занимает уход за скотом.


Такие виды труда, связанные с содержанием личного скота, как подготовка и кормление, косьба и сушка сена, и масса иного приложения сил и энергии, требуют от крестьянина больших затрат, тяжелого физического труда... Поэтому резко идет сокращение скота. Но при этом на начало 2010 года численность крупного рогатого скота в личных хозяйствах все же составила 254,8 тыс. голов, в том числе коров — 201,3 тыс. голов (13,9 процента от общей численности в хозяйствах всех категорий), свиней — 922,6 тыс. голов (24,4 процента), птицы и другой мелкой живности (около 20 процентов). Для понимания значения этих цифр, подчеркивая значимость этого сектора экономики, хочу отметить, что они фактически совпадают с объемами производства общественного сектора целой области республики. Впечатляет?


Конечно, необходимо различать валовое производство и товарность производимой продукции. Но дело в том, что и в реализации сельскохозяйственной продукции значение ЛПХ также остается значительным. Молока населением в 2009 году сдано 839 тыс. тонн (15,2 процента в объеме производства в хозяйствах всех категорий), реализовано скота и птицы на убой — 181,5 тыс. тонн (13,6 процента).


Утверждаю, что высокая доля личных подсобных хозяйств в валовом производстве сельхозпродукции основательно влияет на продовольственный баланс страны, нарушение которого может серьезно затруднить обеспечение населения продовольствием, повлиять на продовольственную безопасность и сказаться на внешнеторговом балансе. Сельские подворья, так называемые личные подсобные хозяйства, на самом деле далеко не подсобные по объемам производства, а составляют особый уклад в социальной структуре аграрного сектора. К тому же динамика развития данного сектора определяет объемные показатели валового производства сельхозпродукции по стране в целом.


Считаю, что важнейшим из практических вопросов является анализ источников воспроизводственного процесса ЛПХ.


Для выбора направлений развития этого хозяйства, его организационных форм существенное значение имеет определение роли общественного сектора производства сельскохозяйственной продукции в обеспечении ЛПХ материальными средствами. То есть форм и масштабов участия общественного сектора в производстве продукции в ЛПХ. Почему это требует особого рассмотрения?


Одна из наиболее острых проблем ведения ЛПХ — это обеспеченность его кормами. Да, на корм скоту широко используются пищевые отходы домашнего хозяйства. Но этого недостаточно. Как вариант и выход практикуется заключение договоров между общественным производством и личным подсобным хозяйством на выращивание скота и получение животноводческой продукции. Кроме того, аграрии используют специально отведенные сенокосы, выгоны и пастбища. Но все эти источники кормов для скота и птицы личного хозяйства так или иначе опять же связаны с общественным сектором производства.


Так что получение кормов для производства животноводческой продукции является в ЛПХ основой распространения поголовья скота.


Колхозники и работники совхозов, ведущие ЛПХ с точки зрения, скажем, обеспеченности кормами, находятся в более предпочтительном положении по сравнению с т.н. несельскохозяйственными работниками, источники получения кормов у них многообразнее, да и объемы больше. В малых городах и поселках таких возможностей нет. Поэтому сегодня доля личных подсобных хозяйств, которые расположены в районных городах и поселках, в производстве продукции оказывается мизерной...


Без связи с общественным сектором невозможно было бы существование личного подсобного хозяйства. Ну какое может быть подсобное хозяйство у человека, который содержит скот без возможности решения вопросов о лечении, селекционно–племенной помощи со стороны колхоза или совхоза? Всегда ли простой колхозник сможет оплатить такие услуги? Жизнь свидетельствует, что многие руководители сельскохозяйственных организаций берут эти расходы за счет хозяйств. Но не всегда и не везде...


Все здесь взаимосвязано: пастбища для скота, посадка зерновых и кормовых культур, уборка, заготовка, уход за животными, цена и возможность без хлопот реализовать произведенную продукцию и т.д. Все связано. Без помощи общественного сектора самостоятельно решить весь круг проблем люди не осилят. С другой стороны, руководителю сельхозорганизации это дополнительная обуза, за которую он не несет должностной ответственности. То, что это характеризует его как руководителя, — другой вопрос.


Ведь одно дело, когда для молодых семей или пенсионеров председатель колхоза если выделяет — и то лишь колышками — участок сенокоса, а другое — с помощью соответствующей техники заготовит и привезет во двор сено. А добросовестный механизатор, которому надо убирать и жать в своем колхозе или совхозе? Как ему успеть заготовить корма для собственной скотины? Поэтому удобная позиция для руководителя хозяйства, дескать, «отмирает эта форма», поэтому и делать ничего не надо. Тем более обосновать такую позицию несложно. Смотрите, начальники повыше об этом же говорят...


Правильное разделение труда людей в подсобном хозяйстве с возможностью общественного сектора и результатами их оплаты труда в общественном секторе может значительно облегчить труд человека на приусадебном хозяйстве.


Мне уже приходилось писать, что форма оплаты труда в сельскохозяйственном предприятии не должна быть пассивным результатом распределения доходов. Высокая экономическая теория свидетельствует, что распределение — не простой пассивный продукт производства, а важная сторона производственных отношений, которая оказывает обратное воздействие на производство. Личные подсобные хозяйства развиваются как для непосредственного удовлетворения собственными продуктами потребностей самой семьи, так и для дополнительного получения денежных доходов путем реализации излишков продукции. В первом случае подсобное хозяйство носит натуральный, а во втором — товарный характер.


Работник, занятый в общественном хозяйстве и одновременно на своем подсобном хозяйстве, должен видеть в качестве цели труда развитие одного и другого. Поэтому форма оплаты, учитывающая развитость общественного характера труда, то есть учитывающая натуральную часть результатов труда человека, будет играть существенную роль в стимулировании его труда в достижении целей производства. В этом контексте рассматриваемой проблемы натуральная часть оплаты труда имеет экономический смысл и сохраняет свое существенное значение.


Конечно, ЛПХ как особая хозяйственная форма имеет и относительную самостоятельность, выражающуюся в том, что семьи, ведущие его, сами выбирают производственное направление хозяйствования, используют собственный труд и собственные средства, исходя из своих целей и возможностей.


В качестве важнейшего фактора обеспечения материального стимулирования широких слоев населения к развитию личных подсобных хозяйств и продовольственной продукции является действенная заготовительная политика государства.


Крестьяне должны знать и чувствовать, что в равной степени с общественным сектором и их продукция с личных подворий необходима государству.


Обсуждение этих вопросов с руководителями хозяйств свидетельствует, что там, где владельцев подворий централизованно обеспечивают сеном, выдают фураж, где системно работает потребительская кооперация, положение дел с подсобными хозяйствами населения несопоставимо лучше, и в целом общественное хозяйство развивается.


По большому счету, эта форма хозяйствования людей порождена спецификой развития общественного производства в нашей стране. Тесно связано с ним и развитие ЛПХ. Существование и развитие этого сектора возможно только вместе с развитием общественного производства. С этой точки зрения даже получение кормов от общественного сектора нельзя считать формой отвлечения части ресурсов общественного производства.


В результате анализа встреч с руководителями сельхозорганизаций я пришел к твердому выводу: государством совершенно упущено то, что общественный сектор на селе нельзя рассматривать и сводить его функционирование к чисто экономическим задачам. Роль его значительно шире. Она не сводится только к производственным функциям и проблемам эффективности. Не менее значимые функции — социальная, политическая и воспитательная. Это, казалось бы, прописные истины, но, по крайней мере, пришедшая новая плеяда менеджеров ее не всегда понимает.


Повсеместно начали отождествлять стимулы труда и жизнь на селе с городом. Думаю: попытки конструирования на селе пролетариев из крестьян очень чреваты. Такой «пролетит» над деревней и над городом. Ни тут, ни там... Не следствием ли такой политики стали обострившиеся проблемы пьянства, тунеядства и деградации части людей на селе? Крестьянин–хлебороб должен оставаться крестьянином, но, безусловно, не лишенным всех благ цивилизации. С этих позиций вырисовывается значение и роль ЛПХ для сельской жизни, а значит — и закономерные отношения общественного сектора и ЛПХ.


Надо, как мне представляется, вернуться к вопросу жилищного строительства на селе.


Да, много строим жилья. Строим и небольшой сарай у дома. Так. При этом исходим из вопроса удешевления. Но все же, может, пойти на дополнительные затраты и вместо «скворечника» попробовать строить полноценный сарай для скота и птицы? По крайней мере, люди, которые занимаются выращиванием животных в личных подсобных хозяйствах, должны иметь возможность хотя бы получить подъемный для них кредит. Много об этом говорилось, но так этот вопрос и не решили.


Опыт реализации программы поддержки личных подсобных хозяйств в части кредитования имеется в Российской Федерации (на примере ОАО «Россельхозбанк»).


Не буду останавливаться в целом на российских реформах, направленных на приватизацию земель. Но следствием ее стало увеличение удельного веса мелкотоварного производства. Это не вызвало наращивания объемов производства сельскохозяйственной продукции, а привело к сокращению производства в сельскохозяйственных организациях. По оценкам экспертов, потребительский рынок продовольствия и сельскохозяйственного сырья на 50 — 55 процентов обеспечивается за счет импорта.


Но есть здесь и положительное для нас. Российский опыт свидетельствует, что при кредитовании населения банк не рассматривает в качестве кредитополучателей жителей городов: одним из обязательных требований к заемщикам по всем кредитам является регистрация по месту жительства в сельской местности. Кроме того, в составе кредитов на развитие ЛПХ выделяются кредиты на развитие несельскохозяйственных видов деятельности в сельской местности, основным из которых является агротуризм (по этому вопросу мы имеем собственный хороший опыт. Имею в виду те задачи, которые поставлены перед ОАО «Белагропромбанк» Указом Президента Республики Беларусь от 2 июня 2006 г. № 372 по развитию агроэкотуризма).


Максимально возможная сумма кредита определяется исходя из объекта кредитования и расчета окупаемости кредитуемого проекта, представляемого кредитополучателем. Стандартной формы такого расчета окупаемости нет, в каждом случае кредитополучатель и работник банка составляют его индивидуально. Одним из главных факторов успешной реализации программы «Сельское подворье» является субсидирование государством процентов, выплачиваемых кредитополучателями банку в размере 95 процентов от ставки рефинансирования Центробанка России.


Но как должно вести себя государство при таком разбросе мнений об отношении к личным подсобным хозяйствам населения? Имеется ли методологическая основа?


В Программе социально–экономического развития Республики Беларусь на 2006 — 2010 годы определено, что развитие агропромышленного комплекса в текущем пятилетии будет осуществляться в соответствии с Государственной программой возрождения и развития села на 2005 — 2010 годы, где подсобным хозяйствам отведена существенная роль, и для решения этой проблемы определено, что государство будет поощрять стремление людей и оказывать им не только всемерную поддержку, но и стимулировать их занятие развитием личных подсобных хозяйств.


Думаю, что неверно и даже странно для научного сообщества, что им не уделяется внимание этой теме. Тем более что мы располагаем доступным глубоким теоретическим научным наследием Александра Васильевича Чаянова, который к тому же является образцом высоких нравственных начал в экономической науке. Ему был присущ глубокий патриотизм, а его научные концепции вытекали из жизни и были направлены на поиск форм и способов возрождения народного хозяйства, управления социальными процессами и развитием страны. Именно этим крупнейшим ученым отстаивалась концепция семейного крестьянского трудового хозяйства, сельскохозяйственной кооперации и в целом была создана целостная семейно–трудовая теория.


Александр Васильевич предлагал реальную научную альтернативу, которая сочетала в себе личную заинтересованность сельских тружеников и государственного интереса, пусть, возможно, медленнее, но безболезненно и эволюционным путем через механизм кооперативной коллективизации вводить крестьянина в социализм. В этом его взгляды совпадали, как ни странно, с ленинскими, изложенными в его известной статье «О кооперации». Опыт проведения коллективизации через кооперирование мелких хозяйств, скажем, в Дании доказал жизненность этой идеи и эффективность с социально–экономических позиций.


Полагаю возможным подчеркнуть тот факт, что глубоко гражданская и гуманная заслуга А.В.Чаянова состоит еще и в том, что в 20–х годах прошлого века он доказывал недопустимость преувеличения при принятии политических решений степени капиталистического социально–экономического расслоения деревни. Он противился схеме, придуманной отдельными представителями так называемых аграрников–марксистов, которая сводилась к классификации хозяйств на три группы: «кулак — середняк — бедняк». Трехзвенная схема сводила в одну группу как капиталистические, так и трудовые крепкие семейные крестьянские хозяйства, что, естественно, привело на практике к существенному преувеличению степени капиталистического расслоения советской деревни.


Но в тот период победили другие, тем самым идейно подготовившие политику «раскулачивания» (точнее, раскрестьянивания) деревни со всеми перегибами на местах и страданиями людей. Им же был выработан иной подход к выделению социальных слоев среди крестьян. Эту классификацию историкам–экономистам еще предстоит оценить.


В нашей истории были трагические периоды, и советская власть активно участвовала в раскрестьянивании деревни. Но здесь не хочу ерничать, я сопереживаю тем событиям. Многое не только тогда, но и позже перенес наш крестьянин. Однако, на мой взгляд, настоящий успех находился не в прямолинейной полицейской столыпинщине или безответственном «либерализме», которые едины в создании фермерства капиталистического типа и в признании только товарно–торгашеских отношений, что во многом чуждо настоящему крестьянству. Следует учитывать социально–экономическую двойственность крестьянина. Людям в жизни всегда нужны возможность и обязанность трудиться в общественном секторе с одновременным сохранением их личного подсобного хозяйства. Поэтому крестьянство в целом  приняло колхозную систему...


Уместно отметить негативное отношение А.В.Чаянова к фермерству. Несмотря на то что процесс формирования сельской буржуазии (построенный на формировании фермерства с применением наемного труда в целях присвоения прибавочной стоимости), несомненно, ведет к росту сельскохозяйственного производства, А.В.Чаянов полагал, что «в то же время не может рассматриваться как процесс прогрессивный, так как он неизбежно вызывает тяжелые социальные последствия в деревенской жизни, затрудняет развитие кооперации сельского хозяйства — этого основного русла нашей экономической политики в деревне».


Речь идет о познании нашей истории и общественной жизни, чтобы самим, а не только историкам делать практические выводы.


Однако главным подтверждением жизненного учения А.В.Чаянова о крестьянском хозяйстве стала выживаемость семейных личных форм ведения сельского хозяйства. Конечно, современное личное подсобное хозяйство радикально отличается от крестьянских подворий 20–х годов ХХ века, однако есть у них и общая черта — семейная самоорганизация ведения сельского хозяйства, основанная на личном труде.


Здесь необходимо определиться с тем, что мы понимаем под «крестьянином» и «крестьянским хозяйством». Еще раз вернусь к мыслям А.В.Чаянова. Его теория опять же странным образом перекликается с высказываниями К.Маркса о некапиталистической природе крестьян и ремесленников, о двойственной природе крестьянина как хозяина и работника. Крестьянское хозяйство носит натурально–потребительский, семейно–индивидуальный характер. А.В.Чаянов часто цитировал места из III тома «Капитала» К.Маркса, где говорится об особой мотивации крестьянского хозяйства, что «производство в очень большей мере служит для удовлетворения потребностей самого земледельца» и крестьянская семья «производит большую часть того, что она потребляет, приобретая таким образом свои средства к жизни более в обмене с природой, чем в отношениях с обществом».


Конечно, либеральному рыночнику в таком качестве крестьянство не по нутру, так как он всегда сторонник всевластия рынка, а значит, все эти либеральные «плакальщики по крестьянству» являются на самом деле разрушителями традиционного жизнеустройства.


Тема личных подсобных хозяйств не может рассматриваться как только  сельскохозяйственная. Она многоплановая. Правильная политика по отношению к личным подсобным хозяйствам имеет огромное народнохозяйственное, включая и социально–политическое, значение.


В качестве важнейшей цели Государственной программы возрождения и развития села на 2005 — 2010 годы определено повышение доходов жителей села, создание основ для престижности проживания в сельской местности и улучшения демографической ситуации.


Но ведь уровень заработной платы работников сельского хозяйства по отношению к средней заработной плате по промышленности снизился с 90 процентов в 1990 году до 62 процентов в 2009 году. При этом следует учитывать и следующее. Если в 1995 году доля стоимости потребленных натуральных продуктов питания, произведенных в личном подсобном хозяйстве, за минусом материальных затрат на их производство достигала 38,3 процента, то в 2009 году — 10,4 процента. То есть решить проблему роста денежных доходов работающих на селе только за счет оплаты труда пока не удается.


В семейных коллективах улучшается трудовое воспитание детей, укрепляется семья, действительно развивается подлинное чувство хозяина как гражданина общества. Приведу такой пример.


По инициативе председателя Островецкого райисполкома было проведено совместное заседание районного исполнительного комитета и президиума районного Совета. Были приглашены руководители хозяйств и организаций района, сельских исполнительных комитетов и сельских Советов, райпотребсоюза. Обсуждали проблему личных подсобных хозяйств. То, что пришлось услышать, убедило в том, что темой этой государство обязано заниматься. Но главное все же то, что наши руководители могут решать любые важнейшие для страны вопросы. Надо с ними работать. Они должны только почувствовать лично проблему, которую необходимо решать. Говорили о многих составляющих, которые влияют на развитие подсобных хозяйств, высказывались противоположные мнения. Однако особо запомнились два эмоциональных выступления: председателя Гудогайского сельисполкома Марии Ивановны Безляпович и директора предприятия «Селекционно–племенной центр животноводства» Натальи Ришардовны Глазко. Они говорили, что в тех семьях, где есть подсобное хозяйство, дети: «Па–першае, вучацца гаспадарлiвасцi, набываюць навыкi практычнага жыцця. I гэтыя ўрокi, што атрымаюць яны ў сям’i, iм не дадуць нi ў адной школе. Па–другое, ад стасункаў з жывёлай дзецi становяцца дабрэйшымi i лагоднейшымi, вучацца разумець i любiць усё жывое. I, па–трэцяе, у сям’i, дзе трымаюць гаспадарку, падлеткам проста няма часу пайсцi за вугал пакурыць цi папiць пiва».


По–моему, нельзя как искусственно ограничивать личные подсобные хозяйства, так и расширять их за счет непомерных государственных «вливаний». Но убежден, что не все то, что имеем в этой сфере, закономерно и объективно. Было бы неправильным принимать меры (равно как и бездействовать, созерцать) по преждевременному сокращению личных подсобных хозяйств. Преждевременное сокращение личных подсобных хозяйств и соответствующие всякого рода теории на этот счет и практически, и политически вредны.


Сегодня неизвестно, в какие экономические формы могут «перерасти» личные подсобные хозяйства. Этим вопросом никто из исследователей, к сожалению, не занимался. Но почему мы думаем, что они сохранятся в нынешнем виде, а не будут претерпевать изменений и не получат развития?


Жизнь, вся наша современная история хозяйствования и реформ подсказывают, что серьезных успехов в развитии АПК страны нам можно ожидать лишь в том случае, когда в единый процесс производства будут вовлечены все субъекты и формы хозяйствования наших коллективных и государственных хозяйств. До личных подсобных хозяйств, фермерских хозяйств, заготовительных организаций, перерабатывающей промышленности и обслуживающей сферы.


Нельзя из этой системы вырывать и идеологическую составляющую.


Труд людей на земле, а также труд тех, кто учит, лечит, влияет на сельскую культурную жизнь, должен особо отмечаться в средствах массовой информации и властью. Должны в стране для всех стать правилом доброжелательная пропаганда и показ передового опыта лучших достижений, в том числе и людей, которые занимаются личными подсобными хозяйствами. Главное — жить жизнью тех, кто создает материальные и духовные богатства страны. Жизнь все расставит по местам.


Вкратце несколько слов о моем отношении к государственной идеологии и той серии материалов, которые были опубликованы недавно по этой теме в «СБ». Само появление такой дискуссии очень актуально. Не во всем согласен с авторами, но это отдельная тема. Согласен с тем, что мы должны знать свои истоки. И надо говорить об этом честно. Ссылаться же только на заявления народников ХIХ века означает, что мы оставляем за скобками нашу новую и новейшую историю. А ведь никто не будет отрицать, что подлинную силу и дух белорусский народ проявил в годы Великой Отечественной войны. А годы восстановления? Сводить же дело, как это имеет место сегодня, к мифологизации образов «аристократов крови», исторически–конъюнктурных средневековых магнатов не только ошибочно, но и во многом ложно, поскольку перечеркивает массовую борьбу белорусов, заплативших своими жизнями, кровью и юдолью слез за свою идентичность и независимость.


Но, конечно, как экономиста меня более всего волнуют ответы на поставленные в «СБ» профессором В.Мельником вопросы: «Каковы наши ценности и идеалы?», «Почему именно так, а не иначе мы устраиваем свое бытие?»


Это тем более важно, что сегодня мы столь заинтересованно говорим о нашей белорусской модели социально–экономического развития. Но экономисты дают только качественные характеристики. А как показать ее с философских, мировоззренческих, идеологических позиций? Как должна развиваться эта модель и во что трансформируется? Как нам в процессе совершенствования экономики удержаться в ее координатах?..


Сергей ТКАЧЕВ, помощник Президента Республики Беларусь.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...