Минск
+12 oC
USD: 2.05
EUR: 2.27

Можно ли избежать трений в процессе интеграции

Сырье для размышлений

Экономические конфликты не способствуют интеграции
В понедельник в Санкт-Петербурге президенты стран Евразийского экономического союза должны подписать Таможенный кодекс ЕАЭС. Формально его вступление в силу ускорит развитие общего экономического пространства. А значит, выгоду должны получить все участники объединения. В реальности же все обстоит гораздо сложнее. Хотелось бы, чтобы принятие Таможенного кодекса ЕАЭС избавило от тех проблем, которыми то и дело сопровождается наша интеграция. Но последние события, связанные с продовольственными и нефтегазовыми спорами между Беларусью и Россией, оставляют немало вопросов.



Вот факты. Почти на целый год затянулись переговоры по поставкам в Беларусь российского природного газа. Еще весной на фоне падения мировых цен на нефть и заметной девальвации российского рубля Минск назвал справедливой цену на газ в размере 73 доллара за тысячу кубометров. Российская же сторона продолжала поставлять топливо по цене 132 доллара. И это при том, что стоимость нефти на мировом рынке рухнула почти в три раза. Однако аргументы белорусов никто и слушать не захотел. Наоборот, с газовым вопросом Россия увязала сокращение поставок нефти в нашу страну, что сразу же отразилось на поступлении доходов в бюджет.

В октябре Минск и Москва вроде бы объявили о достижении компромисса, но российские партнеры изменили свою позицию. Дошло до того, что вернули нашему Правительству авансовый платеж за поставку газа, потребовав погашения всей суммы задолженности.

Ситуация сложилась действительно неординарная. Говоря проще, контракт Минска с “Газпромом” вступил в противоречие с межгосударственными документами, соглашениями внутри ЕАЭС, где говорится о принципе равнодоходности цен. Но коль уж мы начали строить Евразийский экономический союз, то надо последовательно идти по этому пути. И категория частной выгоды не всегда должна играть определяющую роль в интеграционных процессах. Ведь суть проблемы даже не в том, сколько будет стоить газ — 70 или 170 долларов. Вопрос лежит в плоскости создания равных условий для субъектов хозяйствования. И белорусский Премьер-министр Андрей Кобяков недвусмысленно высказался по этому поводу:

— Если в российских регионах, которые находятся рядом с Беларусью, цена на газ в два с лишним раза ниже, чем в Беларуси, то вполне понятно, что конкурентоспособность товаров, которые производятся у нас, будет заведомо хуже, чем на территории России. Если вы не можете поднять цены у себя, тогда приведите цены для Беларуси в соответствие с вашими.

В союзных отношениях не может быть старших и младших, больших и маленьких, сильных и слабых. Когда начинаются сравнения, кто сколько внес в общую копилку, — пиши пропало. Философия интеграции заключается в том, чтобы все находились в равном положении и учитывали интересы друг друга. По факту же получается, что одна сторона проводит политику выдавливания партнеров со своего рынка, расставляет никому не нужные барьеры и вводит ограничения по надуманным поводам, заботясь только о своих доходах. Но отвечает ли это союзнической стратегии?

На серьезные размышления наводит продовольственный конфликт, инициированный руководителем Россельхознадзора Сергеем Данквертом. На момент подготовки этой публикации в поставках продукции на рынок России были ограничены 20 белорусских предприятий АПК. Остается только предполагать, чем не угодили российским чиновникам наши молоко и сыры. Ежедневно белорусские продукты поставляются на рынки 58 стран. И только одна из них регулярно предъявляет претензии к качеству нашего продовольствия и на свой лад переписывает правила игры, казалось бы, на общем рынке.

На этой неделе российский посол Александр Суриков попытался сбить эмоциональный накал дискуссии. Он пообещал, что Данкверту будет сделано замечание, и анонсировал подписание в ближайшие дни соглашения, которое положит конец нефтегазовому конфликту. Суриков, конечно, опытный и мудрый дипломат. Но даже ему не под силу справиться с тотальной непробиваемостью отдельных структур, которые вопреки достигнутым на высшем уровне договоренностям методично и целенаправленно вставляют палки в колеса интеграции. В Минске посол говорит одно, а в Москве в тот же день заместитель руководителя Россельхознадзора Николай Власов выступает с предложением ввести жесткие квоты на поставки белорусских продуктов в Россию. Такие пассажи не имеют ничего общего с созданием по-настоящему единого рынка товаров и услуг и дискредитируют саму идею евразийской интеграции. Гораздо честнее со стороны некоторых российских чиновников было бы признать, что им сложно конкурировать с белорусами по цене и качеству, зато куда проще и выгоднее лоббировать интересы близких коммерческих структур. Только какое это имеет отношение к общей концепции ЕАЭС? Ведь без крепкой экономической базы и соблюдения интересов всех сторон никакой союз не имеет смысла. Наша страна всегда готова к поиску компромиссных решений и углублению интеграции. Такого же подхода Минск вправе ожидать от своих партнеров.

ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ

Сергей Кизима, доктор политических наук:

— Я оптимист и надеюсь, что в ближайшее время нам удастся договориться по поставкам нефти и газа. Почему затянулся спор? Резкое снижение стоимости нефти с 2014 года повлекло падение цен на газ. “Газпром” много потерял в последние годы, у него “провисают” инвестиционные планы. В силу этого компания не желает снижать для Беларуси цены на газ.

На мой взгляд, наличие молочных, мясных, нефтегазовых и прочих споров в белорусско-российских отношениях — неизбежное следствие интенсивности интеграционных процессов. С одной стороны, Россия — главный рынок сбыта наших товаров, но там иначе устроена экономическая модель, много различных олигархических групп и, естественно, сталкивается множество интересов.

С другой стороны, частые сложности по тем или иным аспектам двусторонней торговли можно воспринимать как комплимент Беларуси. Посудите сами. Наша экономика в 15 раз меньше российской, при этом мы поставляем продукцию в Россию наравне с такими конкурентами, как США, Китай, Германия. Это означает, что мы серьезно влияем на российский рынок и, естественно, задеваем интересы тех или иных местных производителей, которые начинают задействовать правительственные связи для защиты этих интересов.

Глобализация и интеграция давно стали частью современной экономики. Но это вовсе не означает утрату государствами независимости. Сколько суверенитета утратили, например, США или Китай за последнее десятилетие? Наоборот, приобрели еще больше. Нам всем надо учиться пользоваться преимуществами интеграции и глобализации экономики.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...