Свои плоды

Осень — лучшая пора для посадки многих плодовых культур. И здесь сразу две задачи: правильно выбрать саженец, чтобы не зарыть в землю не только впустую потраченные деньги, но и безвозвратно утерянное время, и сделать ставку на лучшие сорта. Ведь зачастую ошибка станет заметной лишь через пару лет. Поэтому сегодня с Зоей Козловской, доктором сельскохозяйственных наук, профессором, заведующей отделом селекции плодовых культур РУП «Институт плодоводства», мы будем говорить о делах садовых. И не только: более 25 лет назад Зоя Аркадьевна возглавила отдел селекции плодовых культур. С тех пор создано 30 сортов — 19 яблони, 8 сливы, 3 груши, написано 326 научных работ, включая 10 монографий и книг, в том числе 47 публикаций и докладов на английском языке. Под ее началом уже защищено 6 кандидатских диссертаций и три еще готовы. А пару недель назад стало известно и о награждении Зои Козловской медалью «За трудовые заслуги». Заслуженно!


— Зоя Аркадьевна, каким был ваш путь в науку?

— В 1978 году я с отличием окончила Белорусскую сельскохозяйственную академию по специальности «Плодоовощеводство и виноградарство». Работала главным агрономом совхоза «Ковгарский» Осиповичского района и «50 лет БССР» Кировского района Могилевской области. А в 1981–м прошла конкурс (раньше без него не принимали на работу) на младшего научного сотрудника в Белорусский НИИ картофелеводства и плодоовощеводства (сейчас РУП «Институт плодоводства») и одновременно поступила в аспирантуру. После ее окончания без отрыва от производства защитила кандидатскую диссертацию «Наследование хозяйственно–биологических и морфологических признаков в гибридном потомстве сливы домашней». А уже ученую степень доктора наук получила за «Научные основы селекции яблони для интенсивных садов Беларуси».

— Да, сегодня вы больше известны как селекционер по яблоне. Чем обусловлен такой переход?

— Так сложились обстоятельства. Яблоня — основная промышленная плодовая культура в Беларуси. В то время по ней был наработан большой гибридный фонд. Но его результативность не была проанализирована. Это было непростое время и для меня, и для страны — перестройка, разруха, минимальные зарплаты и текучка кадров. А селекцию ни в коем случае нельзя пускать на самотек. И чтобы не растерять созданное, я включилась в эту работу из чувства ответственности перед людьми, которые создавали эти гибридные фонды. И сегодня даже благодарна тем трудностям, которые позволили мобилизовать весь потенциал.

Яблоня декоративная.

Мы стали участвовать в селекционных и плодоводческих симпозиумах EUCARPIA — известного в мире объединения селекционеров и генетиков. И сегодня я как представитель Беларуси работаю в Комиссии по выработке регламента Европейской программы по генетическим ресурсам растений (ECPGR), рабочих совещаниях восточноевропейского отделения ФАО по геноресурсам растений. За последние 10 лет мы реализовали ряд совместных проектов с румынским Институтом плодоводства в Питештах по яблоне, груше, сливе, персику, абрикосу, грецкому ореху, вишне, черешне. Обменялись исходным материалом, сортами плодовых и ягодных культур, подвоями. Сейчас у себя испытываем уникальные подвои румынской селекции для косточковых культур. 7 лет я консультировала первые селекционные проекты в Иране, за что получила благодарность министерства сельского хозяйства Ирана. И теперь возле Тегерана уже плодоносят сады. Так и хочется сказать: мои сады. Есть там сорта белорусской селекции — яблони «Дарунак», «Поспех», «Имант»... Иранцы же поделились с нами пыльцой местных сортов яблони, черешни, абрикоса, получены гибриды, которые проходят селекционную оценку. Это задел на будущее.

«Паланэз».

— Несколько лет назад Американский биографический институт присвоил вам звание «Женщина года в сфере образования». Как так получилось, что вас заметили за океаном?

— В 1990–е годы на международных симпозиумах по селекции и генетике плодовых культур из постсоветских республик, исключая Прибалтику, я была единственной, кто регулярно представлял результаты наших исследований за рубежом — и в докладах, и в печати. Для этого пришлось специально выучить английский язык. Ведь и в школе, и в аспирантуре я учила немецкий. Только когда сам чувствуешь суть предмета, можешь все точно передать другим.

«Волат».

— Интродукция — своего рода заимствование сортов из других регионов и акклиматизация их в наших условиях. Какие иностранные сорта вы считаете лучшими для Беларуси? В чем их неоспоримые преимущества?

— Без интродукции у нас не было бы черешни, абрикоса, грецкого ореха, винограда, культурной алычи... Я уж не говорю о том, что создание высококачественных сортов яблони, таких как «Белана», «Дыямент», «Имант», груши — «Просто Мария», «Завея», сливы домашней — «Венера», «Волат», «Венгерка белорусская» — и других было бы просто невозможно. 

У нас в институте созданы базовые, оригинальные активные и признаковые коллекции плодовых и ягодных культур, не имеющие аналогов в мире. Впервые созданы коллекции персика, фундука и лещины. Нет в Беларуси и подобной нашей новой рабочей признаковой коллекции яблони как донора по устойчивости к грибным болезням. Сформирована она на основе генетически разнообразного исходного материала с привлечением потомков диких видов яблони. С применением молекулярных маркеров выявлены крупноплодные доноры — носители 2 — 3 олигогенов устойчивости к парше в одном геноме, мелкоплодные доноры — носители 1 — 3 олигогенов устойчивости к мучнистой росе. Объединение в одном генотипе нескольких генов позволяет получать новые гибридные формы с целым комплексом полезных и ценных хозяйственных свойств. Развитие этого направления стало возможным только благодаря появлению молекулярных маркеров идентификации генов, позволяющих достаточно быстро и надежно отбирать генотипы с заданными признаками.

«Белана».

— Доноры по каким качествам и каких плодовых культур сегодня нужны Беларуси?

— Очень важна работа по выявлению комплексных доноров, сочетающих высокое качество плодов и устойчивость к определенным болезням, вредителям, природным стрессовым факторам (перепады температуры воздуха, недостаток влаги и переувлажнение и др.). Это непростая работа. Поэтому мы используем новые разработки в области фитопатологических и молекулярно–генетических исследований. Есть у нас в отделе и ПЦР–лаборатория, позволяющая проводить генетические исследования на плодовых культурах. Сегодня в нашей базе уже 4.675 образцов плодовых, ягодных орехоплодных культур и винограда. Впервые нами описано 647 сортообразцов, которые могут быть использованы как доноры по зимостойкости, устойчивости к болезням, продуктивности, качеству плодов и ягод и другим характеристикам. Эта информация очень важна на этапе подбора родительских пар, а также для межгосударственного обмена.

Нашим генофондом активно интересуются ученые из Европы, Азии и Африки. Только за последние 5 лет в зарубежные научно–исследовательские учреждения Румынии, Бельгии, России, Украины, Казахстана, Латвии, Литвы, Молдовы, ЮАР переданы для изучения 428 образцов — сортов плодовых и ягодных культур белорусской и народной селекции.

«Кромань».

— Коллекции каких культур собраны в институте? Что из новинок?

— Их всего 38. Но из новых, пожалуй, наиболее значима коллекция фундука. В ней уже более 170 генотипов. Это для меня третья культура, над которой работаю всерьез. По двум проектам идет подбор сортов для закладки фундукового сада промышленного типа. Готовлю подробное описание морфологических признаков и биологических свойств сортов «Каталонский», «Барселонский», «Косфорд», а также их сортов–опылителей. Это необходимо, чтобы фундук как культуру включить в госреестр сортов. Не менее важна и разработка технологии его возделывания. Причем в виде не куста, а дерева. Это совершенно новое направление не только для Беларуси, но и для всех европейских стран с умеренным климатом. Уникальна также коллекция персика — 17 генотипов. Подобраны плодовые деревья и для зеленого строительства.


— Из каких стран и какие культуры везете? На что делаете ставку при их отборе?

— Создание устойчивых к болезням сортов — это не только самый безопасный метод защиты плодовых культур, но и эффективный способ получения продуктов с улучшенными экологическими характеристиками. Все это, конечно же, снижает и антропогенную нагрузку на садовый биоценоз. Хотим привлечь в селекцию формы автохтонных видов яблони, груши, абрикоса из Кыргызстана, Казахстана и с Кавказа, обладающие высоким потенциалом устойчивости к биотическим и абиотическим неблагоприятным факторам. В тех странах эти культуры представлены, что называется, в чистом виде.

«Чарадзейка».

— Каждый год вы отправляетесь в экспедиции и по Беларуси. Какие находки уже стали сортами?

— Из последних находок — сорт вишни «Несвижская». Во многом благодаря стараниям любителей у нас собрана коллекция клонов таких старинных сортов яблони, как «Антоновка», «Папировка», «Коштеля», «Штрифель», «Боровинка» и других. А также редких культур: грецкого ореха, персика, абрикоса, миндаля... Только за последние три экспедиции собрано 292 образца, в том числе 74 — уникальные староместные формы. Прежде всего это сорта яблони «Литовское сахарное», «Пепин литовский», «Скрыжапель», груши — «Бере слуцкая», «Сапежанка»...

«Папировка белсад».

— Банк генетических ресурсов все пополняется. Что он из себя представляет и как в нем сохраняются плодовые, ягодные, орехоплодные культуры и виноград?

— Банк генетических ресурсов — это полевой банк. Все образцы в нем сохраняются в живом виде, то есть высаженными в саду. Продолжительность жизни растений определяется биологическими особенностями каждого сохраняемого вида. Скажем, яблони, груши, орехоплодные, виноград могут плодоносить до 30 лет и более. Но отдельные ценные для селекции генотипы из теплых стран мы восстанавливаем прививкой намного чаще. Это очень кропотливая работа, к тому же требующая немалых средств. Все большую популярность сегодня завоевывают технологии криосохранения, то есть при температуре минус 196 градусов. Что позволяет неограниченно долго и экономично сохранять большое количество образцов на небольшой лабораторной площади. И мы думаем развить это направление. К тому же в рамках совместной работы с ФАО в проекте «Усиление Национальной программы по генетическим ресурсам растений» мы можем не только пройти бесплатное обучение, но и получить соответствующее оборудование.

«Дыямент».

— В каких странах и какие наши сорта районированы? Как вы думаете почему? В чем их особенность?

— Больше всего сортов (23) яблони, груши, сливы, вишни, черешни районированы в России. По достоинству оценены они и в Латвии, Литве, Эстонии. Начата процедура по включению наших сортов яблони «Белорусское сладкое», «Имант» и «Коваленковское» в реестр Казахстана. Первые экспериментальные сады уже заложены. Наши яблони «Антей», «Алеся», «Имант», «Лучезарное», «Весялина», «Вербное» давно известны в Украине, Польше. Сейчас проходят испытания в Голландии, на севере Италии, во Франции и даже ЮАР.

Особенность наших сортов — в их уникальном сочетании качества плодов и высокой адаптивности деревьев к условиям произрастания. Многоступенчатые скрещивания лучших гибридов яблони с иммунными предками диких родичей, а также высококачественными теплолюбивыми европейскими и американскими сортами позволили получить уникальные генотипы, отдельные из которых стали сортами, а другие используются в качестве исходных форм для дальнейшей селекции.

«Дарунак».

— Защищены ли белорусские сорта патентом?

— В Российской Федерации запатентованы сорта яблони «Алеся», «Весялина», «Коваленковское», «Память Сюбаровой», «Память Сикоры», «Чараўнiца», груша «Белорусская поздняя», слива домашняя «Кромань» (кстати, мой самый первый сорт), вишня «Жывица» и другие. Готовим документы на патентование сорта яблони «Дыямент» в Евросоюзе: у бельгийцев большой к нему интерес. Латвия, Литва и Эстония заинтересованы в таких наших последних сортах, как «Дарунак», «Поспех», «Имант». Но точкой преткновения стало проведение теста на ООС — «Отличимость, однородность и стабильность»: в Польше это стоит немалых денег. Поэтому пока выжидаем. Готовятся и, возможно, будут приняты международные соглашения о признании белорусских испытаний на ООС.

— Какие сорта яблони появились в последние годы?

— «Белана», «Красавiта», «Дыямент», «Нававiта», «Сакавiта», «Зорка»... Их плоды прекрасно сохраняются до марта — июля. «Белана» ничем не уступает по вкусу «Топазу» или «Шампиону». «Сакавiта» и «Нававiта» даже в обычном хранилище не теряют своих качеств до июля. «Зорка» высокоустойчива к парше и филлостикте. «Красавiта» — совершенно новый сорт, получен с участием «Шампиона». Все вышеназванные сорта закладывают генеративные почки на однолетних ветках и вступают в плодоношение уже на второй год после посадки. Уникальный в генетическом плане и сорт «Чараўнiца». В нем есть ген устойчивости к тле, парше, бактериальному раку. Таких характеристик зачастую даже нет в иммунноустойчивых сортах. Да и плоды великолепно сохраняются до мая.

«Сакавіта».

— Какие новые сорта вскоре будут переданы на госиспытание?

— Готовим к передаче два сорта декоративной яблони с красивыми пурпурными цветками и листьями. Сорта различаются силой роста и формой листьев. У одной они резные, как у клена, и мелкие плоды–ягодки, которые до весны не опадают и сохраняют свой цвет. Мы в институте разработали оригинальную методику по выявлению декоративных форм яблони, которую опубликовали в российском журнале ВНИИСПК «Современное садоводство». Также планируем в этом году передать на госиспытание два урожайных, достаточно зимостойких сорта фундука, которые можно будет использовать и в кондитерской промышленности, где совсем иные требование к орешку. Понравятся они и садоводам–любителям. И у «Косфорда», и у «Каталонского» крупные (соответственно 27х20 мм и 22х16 мм) и очень вкусные сочные ядра.

Также в этом году будет передан на госиспытание сорт груши казахской селекции «Талгарская красавица». В следующем — сорт яблони собственной селекции средне–позднего срока созревания, высокоустойчивый к болезням и неблагоприятным климатическим факторам, ежегодно плодоносящий и с крупными вкусными плодами. Названия пока нет, его мы утвердим на ученом совете института в 2018–м. Тогда же начнутся испытания сорта абрикоса, обладающего высокой зимостойкостью и плодами, по качеству превосходящими сорт «Знаходка».

— Зоя Аркадьевна, что определяет ценность сорта?

— Содержание растворимых сухих веществ — сахаров, органических кислот, фенольных веществ, растворимых пектинов... В сортах, единогласно признанных гармонично вкусными, растворимых сухих веществ — более 13%. Из сортов отечественной селекции такой показатель у «Беланы», «Дыямента», «Белорусского малинового», «Паланэза», «Память Сикоры», «Чараўнiцы».

«Весялина».

— А что влияет на величину и форму фруктов?

— Эти показатели непостоянны даже для одного и того же сорта. Важны подвой, возраст дерева, а также погода и почва. Допустим, вес яблок может варьироваться (в зависимости от группы) от 25 до 220 г. Самые крупные плоды у таких сортов, как «Антей», «Вербнае», «Заславское», «Минское» и «Синап орловский». Чуть меньше масса (151 — 200 г) у «Дарунка», «Поспеха», «Иманта». Обычно на молодых яблонях фрукты крупнее. Но если вы хорошо ухаживаете за садом — удобряете почву, обрезаете сухие и лишние ветки, своевременно поливаете, то даже на многолетних деревьях, чей возраст перевалил за 25–летний рубеж, будут ежегодно крупные плоды.

— Парша — бич плодоводства. Как тут обстоят дела?

— Сегодня наши иммунологи работают над выявлением новых рас и штаммов многих болезней, в том числе парши. Потому так важна интегрированная защита, а также грамотное сочетание в саду сортов, обладающих иммунитетом к болезням, обусловленным различными генами. Это необходимо для того, чтобы не копить год от года одну и ту же вредоносную расу, которую потом будет невозможно победить. «Белорусское сладкое», «Поспех», «Имант», «Сябрына», «Память Коваленко» обладают моногеном, сдерживающим развитие парши. И это очень хорошо видно даже в тех садах, где не применяется полная система защиты.

— Какие сорта яблони оказались самыми устойчивыми к морозу?

— «Антоновка», «Весялина», «Елена», «Заславское», «Коваленковское», «Поспех» за 9 лет наблюдений получили повреждения не более 1 балла. А вот импортные сорта («Айдаред», «Айва», «Шампион», «Фридом», «Глостер») — 3 — 4 балла.

— Большая проблема сада — болезни коры и древесины, в частности рак.

— Да, пока нет абсолютно иммунных сортов к этим недугам. Плодовым культурам обязательно надо помогать! На протяжении десятка лет мы проводили исследования, и оказалось, что наши сорта наиболее устойчивы к этой грозной болезни. Статистика по поражаемости раком коры и древесины такова. «Заславское» и «Весялина» — 2%, «Елена» — 3, «Антоновка» — 6, «Коваленковское» — 10, «Поспех» — 11. Импортные сорта на этом фоне выглядят значительно слабее: «Сава» — 20, «Имрус» — 25, «Альва» — 35, «Топаз» — 38, «Фридом» — 51,5 и «Джонафри» — 54,2%.

— Что можно сказать о груше?

— Идет активный селекционный процесс (и он гораздо продолжительнее, чем у яблони) по созданию сортов позднего срока созревания. Здесь стоит выделить сорт «Завея». Созданный, кстати, с моим участием. Плоды сохраняются дольше, чем у «Белорусской поздней». Да и деревья начинают плодоносить на 3 — 4–й год после посадки. Удалось получить ряд скороплодных сортов новой генерации — «Купала», «Спакуса», «Вилия». Хороши сорт западной селекции «Бере люка» и российской «Велеса». Ищем сорта, устойчивые не только к привычным болезням и вредителям, но и к холодовому стрессу. Причем в течение всего вегетационного периода. Сегодня востребованы яблоковидные по форме плоды светло–желтой окраски, очень сочные, без кислоты, достаточно твердые груши азиатского типа nashi. И мы взяли курс в этом направлении. Благодаря совместной работе с Румынским институтом плодоводства нам удалось получить оригинальный материал, который проходит в Беларуси первичное изучение.

— Быть может, уже найден способ победить такие грозные недуги косточковых, как монилиоз и клястероспориоз?

— Ищем сорта, устойчивые к этим болезням. Сейчас разрабатывается проект по выявлению вреда не только на плодах, но на цветковых почках, коре и древесине веток разного возраста. Относительно устойчивы к клястероспориозу и монилиозу 6 образцов сливы диплоидной, то есть алычи культурной («Аленушка», «Татьяна», «Царская», «Скороплодная», «Злато скифов», «Жемчужина»), и 7 образцов сливы домашней («Пердригон», «Стартовая», «Баллада», «Венгерка белорусская», «Голиаф», «Евразия 21», «Нарач»). По достоинству оценены сорта сливы домашней «Венгерка белорусская», «Волат», «Блюфри» и алычи культурной «Сонейка», «Аленушка» и «Ветразь–2».

— А что по южным культурам?

— Если говорить об абрикосе, то сегодня в нашей институтской коллекции его 90 образцов. Всего же изучено 126. Пока же районировано лишь два сорта абрикоса — «Знаходка» и «Спадчына». И четыре — «Дэбют», «Память Говорухина», «Память Лойко», «Погремок» — находятся на госиспытании. Заслуживают внимания и такие сорта, как «Брянский ранний», «Яковлева 3», и гибриды белорусской селекции 4–7/03, 8–18/03, 8–28/03.

— Грецкий орех в особом представлении не нуждается. Он хорошо растет и плодоносит в нашем климате.

— Да, эта культура достаточно распространена у нас. В Украине, к примеру, создана ассоциация производителей грецкого ореха. Наши белорусские сорта (в частности, «Самохваловичский–2») уникальны в своем роде. Многие даже не верят, что они могут так просто (легким сжатием руки) раскалываться — настолько у них тонкая скорлупа. Ядро же, наоборот, плотное и очень вкусное. Именно на грецком орехе мы сейчас усовершенствуем технологию зимней прививки. И параллельно ищем лучший подвой для этой культуры. Некоторые частники готовы высадить целые ореховые сады. И это здорово!

Формируя свою коллекцию, мы ищем новые сорта и новые генотипы, устойчивые к марсониозу ореха грецкого. Пока в нашей копилке их девять: «Ворон», «Заря Востока», «Родина», «Станиславского», «Самохваловичский–2», 68–86–С, 67–86–С, 11–86–С, 12–86–С. В сеть государственного сортоиспытания передан сорт «Косов–16» украинской селекции.

— Зоя Аркадьевна, какие фрукты полезнее?

— Конечно же, те, что выросли в вашем саду, а не куплены в магазине. И больше всего в них витаминов осенью и в начале зимы. Чем дольше яблоки хранятся, тем меньше остается в них полезных веществ. Безусловно, важны и условия хранения. Но в красивых, глянцевых яблоках, купленных весной в любом супермаркете, уже нет витаминов. К тому же импортные фрукты для обеззараживания от карантинных объектов обрабатывают специальными химическими препаратами. Да и по своему составу яблоки южных сортов очень сильно уступают тем, что выросли в средней полосе. У «южан» намного меньше витамина С, полезных органических кислот, минералов и ферментов. Отчасти это объясняется климатическими условиями и сортовыми различиями, а отчасти — тем, что южные яблоки обычно срывают недозрелыми, чтобы они лучше перенесли транспортировку, дозревают они уже в пути. Но многие полезные вещества способны образовываться лишь в тех фруктах, которые созрели на дереве. Кстати, несмотря на это, сахара в южных сортах яблок значительно больше, чем в наших (12 — 15% против 9 — 11%). А это для организма не всегда полезно.

Кроме того, существует довольно любопытная теория, которая утверждает, что для человека предпочтительнее плоды, выросшие в тех же климатических условиях и той же местности, что и он сам, а не привезенные издалека. Ученые считают (и я с этим согласна), что в нашем организме на генетическом уровне заложено предпочтение именно местным фруктам.

(8–017) 287–19–31

nvt–09@rambler.ru
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости