Страницы черной были

Похороны деревни Малиновка Чериковского района

По сути, зона отселения — это такие же могилки

 Это Минск, где одновременно возводятся десятки домов и объектов социально–культурной сферы, напоминает огромную строительную площадку. А на востоке страны — части территории Гомельской и Могилевской областей — картина порой прямо противоположная. Здесь не строят. Здесь сносят. Местные деревни в прямом смысле слова уходят под землю. В специально вырытые котлованы. Пропитанные радионуклидами хаты и сараи, школы и клубы, фермы и водонапорные башни... В преддверии 28–й годовщины со дня аварии на Чернобыльской АЭС корреспонденты «СБ» вместе со специалистами предприятия «Радон» отправились на похороны деревни Малиновка Чериковского района.

 

Место запустения

 

Каждое утро, как только маленькая стрелка часов приближается к восьми утра, зона оживает. Впрочем, оживление это отнюдь не радостное и скорее напоминает день поминовения усопших на деревенском кладбище. По сути, зона отселения — это такие же могилки. Погост захороненных деревень и воспоминаний, с каждым годом расширяющийся за счет новых могил–котлованов.

 

Нынче десяток приехавших в зону поутру мужиков хоронят школу. Двухэтажное здание рушится на мелкие бетонные осколки под напором кирковщика экскаватора «Антей». Он, кажется, бьет в душу. А школа превращается в строительный мусор. Гусеничный бульдозер сгребает его в заранее вырытый котлован. Рабочие в респираторах, спасающих от поднявшейся столбом радиоактивной пыли, отводят глаза. Признаются: вроде бы ежедневная рутина, а сердце все равно щемит. Болит. У каждого из них с зоной связаны свои воспоминания.


 


Мастер производственного участка Республиканского специализированного предприятия «Радон» Петр Петров уехал из района, когда жизнь еще там била ключом... Вернулся в пустоту. У рабочего Николая Сметанникова из деревни Малиновка родом жена. Он и сейчас запросто может определить, где стояла тещина хата. Главному инженеру предприятия Анатолию Цыганкову в 1986–м — уже после чернобыльской беды — довелось принимать участие в строительстве новой школы в деревне Братьковичи Костюковичского района. Спустя два десятка лет в котловане погребли и ее. Также как и возведенные после трагедии домики для переселенцев в деревне Дережня.

 

Понятное дело, зона отселения — это не заповедная территория. Нет никакого смысла сохранять деревни в первозданном виде, превращая их в памятник для потомков. Зато, утверждают специалисты предприятия «Радон», зона для специалистов МЧС — головная боль, ведь там слишком уж сложно обнаружить и предотвратить возгорания. Это привлекательное местечко для асоциальных элементов, которые занимают пустующие хаты. Больше всего зона боится окурков. Пожар — это всегда бедствие. В данном случае двойное. Вместе с дымом и сажей далеко разносятся радиоактивные частицы. Именно выброшенный из окна проезжающего транзитом через зону автомобиля бычок (ездить по ряду дорог можно, останавливаться запрещено), полагают в «Радоне», и стал причиной недавнего пожара, спалившего деревянную хату.


 


— Это в Холмах произошло. В доме никого не было. Хозяин умер в прошлом году. Понятное дело, чтобы не допустить распространения пожаров, в первую очередь ликвидируем деревянные строения. Лесхозы делают противопожарные рвы. Вон как возле дома деда Паши в Малиновке, который съехал лишь в конце прошлого года. Все дело в том, что снести хату мы имеем право лишь тогда, когда хозяева получили за нее компенсацию от местных властей. Иначе ни к одному подворью не подойдем. Зачем нам эти конфликты?

 

Зона привлекательна и для мародеров. Хотя годы, когда они массово промышляли в заброшенных чернобыльских деревнях, давно минули. Вот и Петр Петров, обследуя школу перед предстоящим сносом, не нашел там ровным счетом ничего интересного.

 

— Пустота и разруха полнейшая. Ни одной железки. Захожу в спортзал... Одни стены. Казалось бы, где–то под потолком должны хотя бы щиты баскетбольные висеть. Но нет. Вывезли и их. Я шесть с лишним лет здесь работаю, а интересных находок не встречал. Здания пустыми уже двадцать лет стоят. Все, что там можно было найти, нашли до нас...

 

— А раньше среди найденных артефактов встречались старинная телега, ткацкие станки, монеты, посуда...— замечает главный инженер Цыганков.

   

Вредная работа

 

Жизнь работников предприятия «Радон» — это бесконечные командировки. Дома они появляются лишь в выходные. По будням ночуют на производственных базах, оборудованных санпропускниками. С комнатами для отдыха и питания. Таких на балансе три. В Славгороде, деревне Сидоровка на Краснопольщине и в деревне Видуйцы в Костюковичском районе. О том, что все они заняты на вредном производстве, напоминают укороченный — семичасовой — рабочий день да повышенная зарплата. А еще сотрудников «Радона» регулярно осматривают врачи: снимают показания индивидуального внешнего облучения, два раза в год проверяют на СИЧ...

 

— Были бы проблемы со здоровьем, никто бы их сюда не пустил. Вот Николай Иванович Сметанников уже двадцать лет, к примеру, работает. Старожил! Что касается условий, то перерыв на обед, скажем, не предусмотрен. Доставлять питание в зону невыгодно. Да и зачем находиться лишние полчаса под воздействием радиации? К слову, летом начинаем работу едва ли не на рассвете, пока не жарко, пока не атакуют оводы и слепни, — делятся подробностями на предприятии.

 

В три часа дня рабочие из Малиновки уедут. Останутся лишь техника да сторожа. По четыре человека на объекте. Таких в штате «Радона» едва ли не четверть. Именно они каждую ночь чувствуют на себе опасность зоны. Их работа — защитить от воров технику. Ведь если работаешь где–нибудь на приграничной территории, того и гляди, колеса снимут или трактор уведут. Впрочем, защищаться сторожа вынуждены и сами. От зверья, которое давно почувствовало себя здесь полноправным хозяином.

 

— Сторож ночью слышит: собачка залаяла. Вышел, а на него набросился енот. Бешеный, скорее всего... Пришлось схватить топор. В этом же котловане зверька и похоронили. А вчера неподалеку видели вышедшего на дорогу волка, — вспоминает последние случаи Петр Петров.

  

 

Хаты стоят до последнего

 

В мае от деревни Малиновка останется лишь заменивший традиционный указатель памятный камень на въезде да дом деда Паши. О том, что здесь когда–то жили люди, напомнят только фруктовые деревья среди зарослей и домашние цветочки–многолетники. Специалисты переместятся на другой объект. И если школа и подобные ей массивные здания уходят под землю месяца за четыре, а деревенская хата — за два дня, то для того, чтобы на месте целой деревни появилось чистое поле, необходимы годы.


— Три года ушло на захоронение деревни Самотевичи в Костюковичском районе, где, к слову, родился знаменитый белорусский поэт Аркадий Кулешов. Представьте, огромный населенный пункт с несколькими улицами, полуторами тысячами домов, школой, фермой, Домом культуры, сельсоветом... Нынче там остался остов Свято–Троицкой церкви. Она заброшена, но ее масштаб поражает и сейчас. Скоро начнем работы в еще одном крупном населенном пункте — деревне Высокий Борок Краснопольского района. Объемы немалые. Животноводческий комплекс, котельная с высокой трубой, магазин, школа, — ставит новую цель главный инженер РСУП «Радон» Анатолий Цыганков. 


Цифры


По данным Национального статистического комитета, в Беларуси на начало года на загрязненной радионуклидами территории проживало 12,1% населения страны — 1 миллион 142,6 тысячи человек. В зоне радиоактивного загрязнения находилось 2.393 населенных пункта.

  

Справка «СБ»

 

За период своего существования предприятие произвело работы в Чериковском, Костюковичском, Климовичском, Славгородском, Краснопольском и Быховском районах Могилевской области. На отселенных территориях и в реабилитируемых населенных пунктах снесено и захоронено 6.185 подворий и 637 производственных строений в 117 деревнях. Работы в Климовичском, Славгородском, Быховском районах уже завершены. Другие планируется закончить к 2020–му. Всего же в 2014 году предполагается захоронить 173 объекта. На эти цели выделено почти 23 миллиарда рублей. В Могилевской области нынче работают еще три бригады — в деревнях Прудок и Кривая Нива Костюковичского района, деревне Росомаха Краснопольского района и в деревне Дубровка Чериковского.

 

Советская Белоруссия №79 (24462). Суббота, 26 апреля 2014 года.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Судиться елена, 40лет, Из Туркмении
А я собирался навестить деревню малиновки а тут вон как
хотела найти своих родных
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости