Стою на точке в одном платочке

Даже в лютые морозы представительницы секс-индустрии выходят в поисках клиентов на дорогу?

Корреспондент «СГ» изучала (не одна!) «придорожный секс-сервис»


Алиса зарабатывает на одной из главных магистралей страны секс-услугами с 17 лет. Сейчас ей 27, имеет двоих детей — 8 и 9 лет, профессионально-техническое образование по специальности швея. Ухоженная, привлекательная, аккуратно одетая, не курит. Но под такое описание представительницы секс-индустрии, которые предпочитают зарабатывать на трассах, подпадают не всегда. Составить типичный портрет «ночной бабочки» с большой дороги невозможно. Подобный заработок привлекает совершенно разных людей и по абсолютно разным причинам.

Корреспондент «СГ» изучала этот с позволения сказать «придорожный сервис» и вместе с социальными работниками, которые участвуют в проекте по профилактике ВИЧ-инфеции, раздавала его субъектам средства защиты и антисептики.


Получите средства защиты


Более двух тысяч проституток состоит в стране на учете в органах внутренних дел. Порядка половины из них — столичные «ночные бабочки». Однако не стоит забывать, что бизнес этот в какой-то мере стал теневым — ушел в интернет. Воспользоваться услугами девушки легкого поведения не составит труда в любом регионе — предложений в сети хоть отбавляй, 473 только по официальным данным. Отсортировать их можно по городам, видам услуг, ценам, возрасту и даже параметрам. Цены, кстати, зависят от вида услуг: в списке массаж, стриптиз, эскорт и многое другое. Заказать девушку можно и за 20 долларов, и за 50 хоть в райцентре, хоть в столице.

Особая категория — представительницы секс-индустрии, которые считают постоянным местом работы дороги республиканского и местного значения. В «рейтинге» этого бизнеса они на самой низшей позиции и неинтересны даже сутенерам, работают сами на себя. По статистике, таких 1159.

Самые привлекательные с экономической точки зрения — это пункты отдыха, остановки транспорта. Их-то и планируем посетить вместе с соцработниками: Павлом и Ольгой. Места дислокации секс-тружениц ребята знают хорошо, ведь занимаются профилактикой инфекций, передающихся половым путем, уже не один год. Работа важная и нужная: так девушки не болеют сами и не передают инфекции другим. Помимо этого, в столице и во всех областных центрах работают анонимно-консультативные кабинеты, где можно пройти тест на ВИЧ, получить средства защиты – сохранить здоровье. 

Социальные работники говорят, за это время сумели наладить контакт с девушками. Знакомых на трассах встречают часто, однако и миграция присутствует. «Как-то встретили такую вот «бабочку» сначала на одной остановке, через какое-то время видим — уже в нескольких десятках километров работает, — вспоминает Павел. — Меняется и состав: кто-то уходит с неверной дорожки, кто-то только выбирает такой путь».

Кстати, исходя из анонимного анкетирования, которое проводили соцработники в 2015 году, в «профессию» в основном приходят в возрасте от 17 до 36 лет, однако встречались и такие, которые начинали зарабатывать и в 13. Стаж варьируется от нескольких месяцев до более двух десятков лет, средний возраст работниц — около 30, есть и младше, и старше. Вспоминают, что встречаются на трассе и настоящие ветераны. Одна, например, 1950 года рождения, а все еще в деле. «Сразу и не скажешь о ее роде занятий. Всегда с прической, опрятная. Смахивает, скорее, на офисного работника», — описывают ветерана секс-труда волонтеры.

35 рублей за десять минут


Выезжаем из города уже после обеда. Одна из пригородных точек пуста. Немудрено, ведь на улице неслабый мороз. Однако через пару километров видим, как, переступая с ноги на ногу, всматриваются в проезжающие машины три барышни.

Одна из них — Алина — выделяется особо: густые черные волосы, карие глаза. Одета сдержанно, неброско. Да и как выстоять в короткой юбке в такие морозы? На вопрос, что привело на трассу, отвечает: «А где еще можно заработать за десять минут 35 рублей?» Жизнь без такого заработка Алина себе уже не представляет, с 17 лет начала. Тогда, десять лет назад, в это дело втянула подруга. «Почувствовав легкие деньги, осталась. Конечно, заработок всегда разный. Вот, например, сегодня стою уже два часа, а никто не останавливается. В среднем в день могу обслужить трех-четырех клиентов. О цене договариваемся на месте, зависит она от самой услуги».

У Алины двое детей-школьников. Родились они уже тогда, когда она пришла в секс-индустрию. Однако о том, чем занимается мама, ребята не знают: «Зато в школе всем говорят, что мама у них самая обеспеченная. И действительно, все деньги уходят на детей. Конечно, заработки сейчас не те, что были раньше. Да и после праздников какое-то затишье наступило. Вот перед Новым годом клиентов было много. Среди моих, например, немало постоянных. Часто мужчины берут номер телефона, а затем звонят и договариваются.

Если на точке несколько «работниц», клиент выбирает сам, с кем хочет провести время. Важно все: здоровы ли, имеют ли вредные привычки. Если нет заболеваний, алкогольной и наркозависимости, расценки возрастают. «Но все равно, — добавляет Алина, — здесь подруг нет, с девчонками у нас только рабочие отношения».

Не возникало ли мыслей уйти из профессии?

— Конечно, были. Но пока это лишь на уровне раздумий. Такой образ жизни как наркотик — отказаться сложно. Но возможно. Моя знакомая, например, вышла замуж и родила ребенка, сейчас живет счастливой семейной жизнью. К таким переменам, правда, я пока не готова.

Муж не возражает


Еще одну постоянную работницу секс-индустрии встречаем лишь через несколько десятков километров. Анну соцработники знают хорошо — на дороге она уже 20 лет. Пришла в «бизнес» в 27 лет. Перед тем как стать на этот путь, перепробовала много профессий — работала в колхозе, была санитаркой в одной из больниц райцентра. Однако все это должного заработка не приносило. А тут и с домашними отношения не складывались. «Постоянно давил отчим, с ним жить было невыносимо. Поэтому и решила пойти на вольные хлеба», — объясняет причину выбора Анна.

Сейчас ей 47, и профессия отпечаток наложила. Отсутствие нескольких зубов и будто пропитанная сигаретным дымом обветренная кожа лица молодости не прибавляют, а из-за одежды, выцветшей куртки облик и вовсе кажется каким-то несуразным. «Да, меня многие знают, есть постоянные клиенты, — набивает себе цену женщина. — Стараюсь, конечно, особо не напрягаться, в день могу обслужить пару клиентов. Своей работы не стесняюсь, и рассуждать о том, хорошо это или плохо, не буду. Говорю как есть».

Работа у Анны, правда, сегодня не складывается — на трассе уже около шести часов, но клиентов нет. Расценки у нее, кстати, демократичные — час 5 рублей. Признается, если бы задумывалась о жизни раньше, давно скопила бы кругленькую сумму. Честно говоря, мне странно слышать, что у нее две взрослые дочери, двое внуков, а в одном из райцентров в собственной квартире живет супруг с сыном. Сама же с 35-летним сожителем семь лет как обосновалась в Минске. «Он у меня толковый. Знает, чем зарабатываю на жизнь, относится нормально. Деньги все-таки приношу. А дети, наверное, только догадываются. Ну что поделать, жизнь такая. Сложная… Но я хоть сегодня могу из этого бизнеса уйти». Почему все-таки не выбирает более спокойную профессию, Анна внятно ответить не может. Пока беседуем, вдалеке появляется силуэт. Женщина узнает своего сожителя и спешит к нему. Парочка скрывается за горизонтом…

Такие странные семейные отношения соцработникам наблюдать приходится часто. Как-то они были свидетелями картины, когда возлюбленный привел свою девушку на точку, поцеловал и оставил работать. Кстати, исходя из опросов, у многих представительниц профессии есть мужья, у большинства — дети.

А как у них?


В западноевропейских странах к проституции относятся по-разному. В Голландии, Швейцарии, Дании, Италии — это легальная профессия. Правда, в Италии нет публичных домов, но в частном порядке оказывать секс-услуги не запрещается. Наказывают там только сутенеров и торговцев людьми. Во Франции узаконена уличная проституция. «Ночные бабочки» Парижа и других городов обязаны получить специальный патент на деятельность. 

Определенных успехов в легализации проституции добилась Германия. Закон, который разрешает ею заниматься официально, принят в 2002 году. Публичные дома Германии получили официальную регистрацию, а их содержанки — социальную страховку. 

* Имена героинь изменены по этическим причинам.

СПРАВКА «СГ»

Занимаются проституцией  в основном женщины, однако попадают в поле зрения и мужчины: на учете в правоохранительных органах республики 38 человек. К административной ответственности за занятие проституцией в 2016 году привлечено 1420 лиц. При этом в каждом третьем случае применено наказание в виде административного ареста. За последние четыре года количество контингента, состоящего на учете, практически не изменилось. В то же время результативность привлечения к ответственности лиц, которые занимаются проституцией, выросла в полтора раза. В прошлом году с учета снят 91 гражданин, отказавшийся от незаконного ремесла.

В ТЕМУ

Еще до революции 1917 года в Минске работали дома терпимости, а проститутки состояли на учете в Минском санитарном комитете. Два раза в неделю они проходили медицинский осмотр. Публичные дома были закрыты с приходом советской власти. В книге Владимира Орлова «Таямніцы полацкай гісторыі» приводятся и расценки 1910 года на интимные услуги. Самый низкий класс — солдатская проститутка: за сеанс в придвинских зарослях брала 30 копеек. Мещанская обслуживала клиентов на наемной квартире и стоила рубль. Элитная — купеческая проститутка — принимала мужчин в отельных номерах и просила от 3 до 5 рублей.

bizyk@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Александр,53,Бобруйск
Может стоит вернуться к тем временам,которые описаны в последнем абзаце статьи,когда всё под контролем!?
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?