Стамбул — Константинополь

«Видишь? Зеленым бархатом отливая,
Море лежит спокойнее, чем земля...»

Я сначала услышала, а потом выучила эту песню Новеллы Матвеевой в «Артеке». Мы пели ее, обнявшись, у костра и верили, что все самое лучшее у нас впереди. У нас действительно все было впереди — неизбежно, в силу возраста.

Мечеть Султанахмет (голубая мечеть) стоит прямо напротив Айи–Софии

«Видишь? Как будто ломтик от каравая,
Шлюпка отшвартовалась от корабля».

Я смотрю на море, на корабли с отваливающими от них шлюпками, слышу крики наглых чаек, кружащих над снующими по Босфору корабликами и выпрашивающих у пассажиров что–нибудь съестное. Горизонт затянут дымкой, от которой все мечети, вздымающие минареты над водой и холмами, кажутся расплывчато–голубыми, хотя называют так только одну — мечеть Султанахмет, строго взирающую на стоящую напротив (гордо! гордо!) Айю–Софию.

«Яхты и пароходы ушли куда–то.
Снова по краю моря они прошли,
Так же, как по натянутому канату,
В цирке канатоходцы пройти смогли».

Один из входов в Айю–Софию с мозаикой X века
Айя–София — главная причина, почему я здесь. Почему среди дневного шума и гама Стамбула, в котором так трудно расслышать призывающие к молитве голоса муэдзинов, пусть и усиленные динамиками многократно, я ищу следы Константинополя. Города, который значит для нас так много. Говорят, что римский император Юстиниан, увидев восставший в 537 году на месте многократно разрушенной и горевшей базилики этот сияющий великолепием и золотом храм, воскликнул: «Соломон! Я тебя превзошел!» Айю–Софию не превзошел никто. Она, построенная всего за пять лет (сроком нельзя не восхититься в неверии: Дуомо в Милане строили около 600), стоит в сердце бывшего Константинополя уже 15 веков. Менялись императоры, религии, государства — Айя–София стоит. Непревзойденная, молчаливая, величественная, бесстрашная. В ней — вся человеческая вселенная: мраморные колонны языческих храмов, христианские мозаики, вязь мусульманской каллиграфии. Нет такого другого места под солнцем.

Говорят, ею, уже превращенной в мечеть, восхищался самый знаменитый архитектор в истории Османской империи Мимар Синан. Именно благодаря ему Стамбул выглядит сегодня именно так — с горизонтом из прекрасных мечетей, которые все до одной (только присмотритесь внимательно!) напоминают Айю–Софию. Всю жизнь Синан, обласканный султаном Сулейманом Великолепным и его наследниками, мечтал об одном: превзойти Айю–Софию, построить нечто более прекрасное и величественное. Но разве это возможно? Всю жизнь он, построивший более 300 зданий и сооружений, стремился к этому идеалу, в каждой своей мечети повторял купол собора Святой Премудрости Божией. Он был одержим этим куполом. Именно благодаря одержимости этого бывшего армянина и христианина (став янычаром, он превратился в турка и мусульманина), ставшего самым знаменитым османским архитектором, все турецкие мечети напоминают Айю–Софию.

«Ты же так хорошо это море знаешь,
Ты же такие песни о нем поешь...
Что ж ты за горизонтом не исчезаешь?
Что ж ты за пароходами не плывешь?»

Высоту купола Айи–Софии Синан все–таки превзошел: у его самой прекрасной, как считается, мечети Сулеймания в Стамбуле (на ее территории похоронен и сам великий архитектор, и султан Сулейман Великолепный, и его не менее великолепная жена Роксолана) купол на пару метров выше, чем у Софии. Но по диаметру все равно меньше. Эх, не смог...

«Дальше по краю моря обрыв отвесный —
Яхты и пароходы идут, скользя,
Робко и осторожно держась над бездной,
Помня, что оступаться туда нельзя».

В интерьерах Айи–Софии мирно (уже мирно) уживаются приметы христианства и ислама

Другая легенда говорит о том, что киевский князь Владимир (тот, которого прозвали Красным Солнышком, а позже нарекли святым и равноапостольным), думая, в какую из вер обратить Киевскую Русь, разослал гонцов по всему свету, чтобы смотрели, изучали и думали, подходит ли его земле эта вера. Говорят, сильно склонялся к принятию иудаизма — ровно до того момента, пока не вернулись в Киев посланные им в Константинополь гонцы. Христианство тогда еще было единым, но службы в Византии отличались особой пышностью. Киевские посланцы наперебой рассказывали, как замирало их сердце от красоты собора и службы, что не понимали они, где находятся — на земле или на небе. И вот мы, христиане, молимся, как и турецкие мусульмане, под куполами великой Айи–Софии.

Читайте также

5. Вторая Прага
Вдоль Босфора идут, водрузив на плечи снасти, рыбаки, хрипя и покашливая сгустками черного дыма, от причалов отплывают маленькие лодочки: в Стамбуле начался рыбный сезон — все вышли на промысел. С моста Галата гроздьями свешиваются рыбаки, то и дело подергивая удочками: клюет, клюет! Когда–то проект для этого моста чертил великий Леонардо, и это единственный в мире мост, давший название карточной игре — бридж (bridge — «мост» по–английски). Именно через него расквартированные в районе Галата во время Крымской войны британские солдаты переходили в старый город, чтобы поиграть в карты в тогда уже знаменитых кофейнях. Под мостом, распространяя на пол–Стамбула аромат жареной рыбы и укутывая все мечети в голубое, зазывают любителей свеженького рыбные рестораны. Айя–София смотрит на суету снисходительно: рыба приплывает и уплывает, люди, страны и империи рождаются и умирают, она — стоит.

«Снова, как по натянутому канату,
В цирке канатоходцы пройти смогли.
Снова — Константинополь, Суэц, Канада,
Снова — по краю моря на край земли».

Стамбул.

Фото Михаила Пеньевского

sbchina@mail.ru
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Версия для печати
Леонид, 66, Минск
Талантливый журналист Инесса Плескачевская - вот и весь комментарий
А ведь и не ваша больше уже повариха ((((

Ох Инеса на стихи вот Вас  что-то потянуло! Так позвольте же и мне грешной тоже привести отрывок из песни, которую под гитару распевал мой пьяненький, очередной «папашка»:

Я ни разу не был на Босфоре.
В море Средиземном не тонул.
И к восторгу примешалось горе,
Что не русским, а турецким стал Стамбул

Дальше уж извините, но не помню, ибо лет пять мне тогда   было всего!  Мы же с Вами, как я считаю, люди мира, хотя вот и стали ими по неодинаковым причинам. Меня в Вашей газете слишком часто банят. Ну так вот я не научилась любить свою Родину с закрытыми глазами, со склоненной головой, с запертыми устами, и нахожу, что человек может быть полезен своей стране только в том случае, если хорошо понимает все ее трудности и проблемы. Ну  а ещё вот я полагаю, что время слепых влюбленностей, как вот у того моего «папашки-моряка»  прошло с развалом СССР. И давайте же просто дорожить  своей землицей,   а чужих нам не надо! Ну а в Стамбуле, кстати, я побывала, и он мне не  понравился: более грязный, чем Минск и  очень  лживый, к тому же, восточный  город. А впрочем, Вам же не довелось  работать в сфере обслуживания мужчин, и значит Вы, конечно же, имеете право думать по-другому, как богатая туристка!

Улисс
А ведь и не ваша больше уже повариха ((((,
Автор стихов Вексин Они приведены полностью  Про пять лет промолчу Нет у вас Родины Нет вам изгнанья
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?