Спрос бьет в нос

Ринопластика на грани искусства: как современные технологии позволяют передать тончайшие детали носа

Ринопластика сегодня — это одна из самых популярных эстетических операций. В то же время и сложнейшее вмешательство, когда один неверный штрих может не только испортить внешний вид, но и перечеркнуть здоровье. О том, как хирурги играют светом, тенями и объемами, добиваясь естественной красоты, корреспонденту «Р» рассказал пластический хирург Дмитрий БАТЮКОВ.

Ошибка в миллиметр чревата осложнениями.
фото Travelforaesthetic.com

— Дмитрий Владимирович, можно ли говорить о ринопластике как о модном направлении?

Дмитрий БАТЮКОВ.
фото batiukov.com
— Нет. Есть эстетические идеалы, которые, вероятно, меняются, но очень медленными темпами. Я бы сказал, что сейчас актуальна максимальная естественность. Улучшаются технологии. Увеличивается точность выполнения операций, уменьшается процент непредсказуемости. Мы сегодня, как скульпторы, можем формировать все естественные тени, присущие неоперированному носу. Методики десятилетней давности не позволяли настолько естественно передавать детали.

— Вы ощущаете себя при этом творцом?

— На основании своих знаний я стараюсь спрогнозировать последствия операции. Ринопластика — это очень сложное вмешательство. Каждый третий нос в мире переделывается. Не только потому, что хирурги ошибаются. Пациенты не всегда воспринимают себя с новым носом. С эстетической точки зрения образ получился прекрасный, но человеку в нем некомфортно. И тогда он идет на повторную операцию.

— Какую форму носа пациенты запрашивают чаще всего?

— К нам приходят в основном женщины. Они, как правило, хотят нос маленький, кукольный. Но чем меньше нос, тем хуже он дышит. И наша задача объяснить, что в плане эстетики маленький нос, может, и хорош, но для нормальной жизни его использовать сложно. Естественно, пациент должен иметь заключение лор-врача. При наличии патологии мы планируем последовательность действий с нашими коллегами. Задача пластического хирурга — улучшая внешность, не ухудшить функцию органа. В любом вмешательстве есть границы, переходя которые, мы обрекаем пациента на побочные эффекты и осложнения.

Чем ближе человек к классическим пропорциям, тем больше ему хочется подкорректировать свою внешность, чтобы приблизить ее к абсолюту. Поэтому часто приходится отговаривать молодых девушек от операций: «Вы настолько прекрасны, что хирургия вам может навредить».

«3D- и просто моделирование — это лишь игра на компьютере, которую нельзя приложить к договору. Мы не можем контролировать послеоперационный период в такой степени, чтобы точно сказать, что будет на выходе»

— Пациенты присылают вам картинку идеального в их понимании носа? Что вы на это отвечаете?

— Получить такой же нос на другом лице невозможно. А насколько можно приблизиться к желаемому образу, мы обсуждаем исходя из конкретных данных. Тут играют роль анатомические факторы и то, как операция скажется на здоровье.

— Насколько вам помогает 3D-моделирование?

— Потенциальному пациенту можно показать предполагаемый результат с учетом его особенностей. Но 3D- и просто моделирование — это лишь игра на компьютере, которую нельзя приложить к договору. Мы не можем контролировать послеоперационный период в такой степени, чтобы точно сказать, что будет на выходе. Даже если мы все идеально сделаем руками и максимально приблизимся к желаемой модели, это не значит, что с течением времени после вмешательства слева и справа по сосудам будет притекать одинаковое количество крови, нервы одинаково будут закрывать или раскрывать эти сосуды и так далее. В большинстве случаев — нет. Вспомним хотя бы Джорджа Клуни, у которого одна половина лица шире, чем вторая. Эти и другие моменты накладывают отпечаток на реализацию запланированного образа.

— Как парикмахер определяет форму стрижки для конкретного лица, так и вы видите форму носа?

— Стараюсь донести пациенту, что для него делать рационально. Если он не согласен, откажу ему. Прислушиваюсь к своему эстетическому вкусу.

— Вы его развиваете?

— Участвую в конференциях, читаю литературу по теме. Чтобы видеть детали в ринопластике, надо их понимать. Хирургические техники конечны. Есть, предположим, тридцать. Ими можно быстро овладеть. Вопрос в том, когда и какую применить. Еще лет десять назад ты не видел нюансов. Техники и анестезия были другие. Методы совершенствуются. Плюс опыт. Все это позволяет улучшать результаты. У хирурга со временем формируется свое видение. Он может модифицировать уже известные методики.

Мы перешли от открытой ринопластики к закрытой, сохранив прежние подходы. Такое возможно в большинстве случаев. Собираюсь на очередной конгресс в Стамбул, где будет обсуждаться проблема понижения спинки носа. Достаточно новая методика, описанная еще в 1970-е годы. Но никто ее не применял. Вмешательства стали более искусными, менее травматичными, но более длительными.

Drug-olya@yandex.ru

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости