Сосна защищала красноармейцу спину

Белыничские деревни Кармановка, Эсьмоны, Заозерье хранят свидетельства партизанского прошлого

ЭСЬМОНЫ, Кармановка, Заозерье – эти белыничские деревни во времена Великой Отечественной были своеобразным продовольственным тылом для местных партизан, которые оборудовали в близлежащих лесах две взлетно-посадочные полосы и принимали по 4—5 самолетов с Большой земли в день. Однако помощь аукнулась жесточайшими карательными мерами – фашисты не единожды сжигали и бомбили населенные пункты, а жителей, которые не успели уйти в лес, расстреливали. И все же в этом пекле были и истории чудесного спасения, и беспримерного мужества, и поступков, которые сегодня кажутся почти фантастикой. Но что особенно трогает – это лица людей на фотографиях того времени, которые мы рассматривали с краеведами и потомками участников событий.

Несгораемый дом


ДЕРЕВНЯ Кармановка сегодня больше напоминает дачный поселок – живописное поселение на берегу озера оживает летом. Почти все постройки – послевоенные. По рассказам старожилов, говорит учитель истории Эсьмонского УПК детский сад — средняя школа Татьяна Шестак, примерно в 1942 году немцы два дня пытались стереть эту деревню с лица земли: сбрасывали бомбы,  расстреливали из автоматов… Большинство жителей уцелело лишь потому, что в немецкой управе был свой человек, он-то и предупредил сельчан о грядущей беде. Те успели уйти в лес, в землянки. 


Алексей СОЛОВЕЙ - внук сельчан,
купивший чудом уцелевший дом с иконой

Вернувшись домой, многодетная семья Федора Овсиевича нашла свое жилище целым и невредимым! Причем незаметным его не назовешь, срублен на добротном высоком фундаменте. Конечно, стекла были выбиты осколками, но среди пепелищ других хат он казался призраком… Чем объяснить такое чудо, в те времена не знали. После войны это строение Овсиевичи продали другим многодетным односельчанам, лишившимся крова, – Даниле и Александре Соловей. Их внук Алексей Соловей  работает лаборантом в Эсьмонской школе-саду. Вспоминает, что во времена его детства дедовская хата буквально была нашпигована пулями – многочисленные внуки с ними играли в «войнушку». А его брат Олег добавляет, что и сейчас земля продолжает отдавать свои трофеи: когда летом он косил на участке траву, нашел гильзы от немецкого оружия. Их дед не любил рассказывать про войну, однако они знали, что он партизанил, награжден орденом Красной Звезды. 

В семье Данилы Михайловича и Александры Даниловны было пятеро детей: Коля, Федя, Таня, Толик и Александра. Они вспоминали, как пришлось тащить младших братьев и сестренок в лес под пулями, спасаясь от пикирующих практически над головами самолетов. Уже после войны в новоприобретенном доме они решили перекрыть крышу. И на чердаке обнаружили копию образа Белыничской иконы Божией Матери. Времена были богоборческие, иконы прятали, вот и прежние хозяева, видимо, не стали уничтожать образ, который, по легенде, не только помогает исцеляться, но и спасает от пожара. Кто знает, возможно, это и сыграло роль в том, что строение выдержало немецкий налет.

Сейчас в доме уже никто постоянно не живет, многочисленные потомки используют его как дачу. Где сейчас та самая икона? Алексей и Олег Соловьи говорят, что в хате ее уже нет, после смерти деда забрал кто-то из многочисленных родственников. Возможно, она в Могилеве у детей дочери Татьяны, а могло быть и так, что ее забрал в Санкт-Петербург сын Федор.

Хочу  рассказать историю спасения еще одного местного жителя, деталями которой поделилась Татьяна Шестак. Эсьмоны расположены примерно в пяти километрах от Кармановки, до войны это было еврейское местечко, что осталось заметно и по архитектуре некоторых старинных строений. Практически все евреи фашистами были уничтожены – в сентябре 1941 года их погнали в Белыничи, а затем с другими единоверцами в декабре расстреляли в трех километрах от районного центра в урочище Мхи.  Но еще накануне начала войны некоторые местные молодые люди уехали учиться в крупные российские города. Повезло и Ивану Лившицу – он учился в Санкт-Петербурге. Однако в июне 1941 года он сумел вернуться в Эсьмоны к родным. Один из местных полицаев выследил его и сдал за пуд соли и полмешка ржи. Ивану Мэйровичу удалось бежать и пробраться назад на неоккупированную территорию. После войны он жил в Ленинграде и написал в школу в Эсьмонах о том, как ему удалось уцелеть. 

Белая тарелочка со свастиковой каемочкой


ЛЕТОМ подростки вместе с учителем не раз выбирались в походы по окрестностям и находили редкие артефакты. Так, несколько лет назад обнаружили кусок дюралюминиевого крыла от самолета. Скорее всего, это осколок машины летчика-истребителя Виктора Треймана и воздушного стрелка Александра Серова. Как вспоминают местные жители, во время войны в районе местного каскада озер немцы сбросили десант, который должен был прикрывать отступление. Уничтожить его и было боевой задачей летчиков, однако самолет сбили над лесом 29 июня 1944 года. Теперь их портреты, которые привезли после войны родственники, хранятся в музее школы. 

Еще один уникальный экспонат нашла на чердаке собственного дома Валентина Лазовская. Сама она родилась в Олешковичах, однако находку обнаружила на новом месте, в Белыничах. Белая тарелочка из чайного сервиза изготовлена на немецкой фабрике в 1941 году, на обратной стороне – название завода и свастика. Видимо, при освобождении кому-то было не до чая…


Летчик Виктор Трейман и Александр Серов
(1-й и 2-й слева направо)

Кто знает, что еще припрятано на «вышках» местных жителей? Еще одна редкая вещь пока так и не стала общим достоянием. В одном из походов дети пробирались по практически опустевшей деревне Хватовка к Святому озеру – спешили искупаться. Неожиданно из полуразвалившегося дома им навстречу вынырнула старая сельчанка довольно неприглядной наружности.

— Детки, подойдите  посмотрите, здесь святая хата, — позвала она и показала им икону на двух досках, по виду древнюю. Когда-то она сама нашла ее и приняла за чудесное знамение. Попросила подростков запомнить это место и рассказать о нем, но отдавать лик Христа не захотела.

Софии родовая нить


То, что места здесь необычные, подтверждает и любопытный памятник войны – живой. В лесу возле Заозерья растет сосна, на которой вырезаны слова: «Вечная память партизану-красноармейцу Балуеву Н. П.». Когда в этой деревне еще действовала школа, ее ученики узнали, что боец погиб во время одной из карательных операций. Есть даже легенда, что он привязал себя к сосне, чтобы не упасть, и до последнего отстреливался, прикрывая свой отряд. Заозерье в первый раз сожгли в июле 1941-го, а местных жителей использовали как живой щит, устраивая облавы в лесу. Погибший красноармеец Николай Балуев родился в 1922 году в деревне Нова Щелковского района. В 1941-м в составе отдельной боевой группы главного разведывательного управления Генерального штаба его отправили на фронт. Погиб в бою 20 октября 1942 года.


Учитель истории Татьяна Шестак показывает дом, 
где размещался партизанский штаб

В Эсьмонской школе-саду особенно хорошо помнят учительскую династию Хреновских. У четы преподавателей накануне войны было шестеро детей, трое сыновей и дочерей. К тому времени самая старшая, София, окончила бухгалтерские курсы, а ее сестра Ольга в 1939 году – Могилевский педагогический институт. Она вышла замуж и обустроилась с мужем в Осиповичах. Война застала там учительницу с двумя маленькими детьми на руках. Супруг Игорь Короткий сразу ушел на фронт добровольцем, а ей оставаться дома было опасно: предатели могли указать, что она – член партии. Тогда с помощью сестры на подводе лесами она вместе с малышами сумела вернуться в окрестности родных Эсьмон. Обе ушли  в партизанский отряд: Ольга своим каллиграфическим почерком переписывала листовки, а София ходила за 45—50 километров в Круглянский район, где был сосредоточен немецкий гарнизон, запоминала количество людей и техники. Насколько известно, она была связной в партизанском отряде Сергея Жунина, а сам штаб этого отряда располагался в Эсьмонах. То самое здание также уцелело, есть на нем и памятная табличка.


Участница партизанского движения из деревни Эсьмоны
София Хреновская

С весны 1942 года партизанский отряд Жунина получил номер 36. Только за лето этого  года его бойцы пустили под откос 13 эшелонов, уничтожили 24 бронемашины, 3 железнодорожных моста, 11 полицейских участков, убили либо ранили  около 5 тысяч солдат и офицеров противника. Позже в сентябре 1942 года была создана партизанская бригада Борисовского оперативного центра, командиром которой стал Жунин. К началу 1943-го в нее входило уже около 1700 партизан.

Трудно поверить, что эта задорно смеющаяся на фото молодая девушка была частью этой силы. Как сложилась ее судьба? По скупым сведениям в школьном музее, умерла после войны от ран. Ее племянник Василий Игоревич Короткий, сын Ольги, после войны многие годы руководил школой в Эсьмонах. Возможно, именно благодаря его тете ниточка рода не прервалась. Но если вы наберете ее имя в интернете, поисковик не покажет практически ничего, кроме упоминания в списке жен павших красноармейцев. А таких людей нужно помнить.

yasko@sb.by

Фото автора и из архива Эсьмонского учебно-педагогического комплекса детский сад—средняя школа
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?