Сорт в наследство

На мгновение перенеситесь в детство, чтобы почувствовать вкус и аромат тех овощей и фруктов, какие росли в родительском саду. Получилось? А как думаете, что будут вспоминать ваши дети и внуки? Тему сегодняшнего разговора подсказал собственный поиск. В большом отцовском саду было очень много яблонь и груш. Когда появился свой сад, захотелось найти сорта, которые знала и любила: «Путинку», «Цыганку», «Коштелю». Разговорилась с садоводами и поняла, что поисками старинных сортов озадачена не я одна. Да и ученые бьют тревогу. Cегодня в мире на 97% стало меньше адаптированных к региональным условиям сортов овощей и фруктов по сравнению с 1900 годом (см. рисунок). В Индии, к примеру, из 30.000 сортов риса остались только 12.


Кто–то возразит, мол, зачем старые сорта, если есть новые: крупнее, урожайнее и слаще?

— Старинный сорт — это не только сорт как таковой, — председатель правления экологического учреждения «Агро–Эка–Культура» кандидат сельскохозяйственных наук Светлана Семенас справедливо считает, что это еще история и культура определенной местности. — Некоторые сорта стали местными визитными карточками: «Бере Слуцкая», «Бере Лошицкая». К тому же старинные сорта лучше приспособлены к местным условиям. Они более стойкие к болезням и капризам погоды. Богатство любой страны — это еще и богатство сортов ее овощей и фруктов. Первый помологический сад был заложен в 1834 году при Горы–Горецкой земледельческой школе, сейчас — академии. На Витебщине знаменитый сад был в Больших Летцах, в Минской губернии — в Самохваловичской волости в д. Крупица и в д. Гарутишки. Славилась и Петровичская школа садоводства и хмелеводства Бобруйского уезда. На базе сада, заложенного селекционером И.П.Сикорой в деревне Малые Алашки Шарковщинского района, в 50–е годы прошлого века был основан опорный пункт садоводства. И таких примеров очень много.

Заводя ту или иную культуру, каждый из нас хочет получить не только богатый, но и полезный урожай, минимально измененный селекцией и генной инженерией, выросший без использования пестицидов, искусственных удобрений и стимуляторов. К сожалению, многие новинки без всего этого вырастить практически невозможно. Старинные сорта, как правило, более устойчивы и хорошо приспособлены к местным условиям. И в первую очередь их выделяет неприхотливость. Им не нужна и интенсивная агротехника. К сожалению, появляются новые вредители и новые формы болезней, поэтому и старинные сорта могут потерять устойчивость. Но, как правило, они все же в состоянии расти и плодоносить без химии.

Как правило, старинные сорта очень пластичны. При изменении погодных условий (жара, засуха, мокрое или прохладное лето) у них гораздо больше шансов выжить и дать урожай. Новые же сорта и гибриды часто капризны и неспособны к самостоятельной, без участия человека, жизни.

Огромный плюс сорта еще и в том, что он дает жизнеспособное потомство. Гибриды F1 получены скрещиванием двух так называемых чистых линий, но их потомство не сохраняет родительские признаки. Сами же гибриды по каким–то показателям даже превосходят «родителей», но очень часто стерильны или дают нежизнеспособное потомство. Это значит, что, собрав и посеяв семена с гибрида, получим непонятную смесь разномастных растений, далеко не все из которых принесут приличный урожай. Поэтому и приходится постоянно покупать новые семена, которые будут эффективны только в течение первого года выращивания. Так производитель навязывает нам те или иные гибриды, исходя из своей (а не нашей!) заинтересованности. В том числе экономической.

Думаю, ни для кого не секрет, что дикие съедобные растения наиболее богаты биологически активными веществами. Из культур, которые мы выращиваем в своих садах и на огородах, как генетически (по происхождению), так по свойствам и составу ближе всего к ним как раз староместные сорта. Но их с каждым годом становится все меньше. Легко проследить, как с приобретением одних, так называемых хозяйственно–ценных свойств теряются другие — запахи, вкус, полезные микроэлементы... Наглядный тому пример — земляника садовая, или клубника. Чем крупнее плод, тем он менее ароматный. Или вот еще: помидоры, которые должны хорошо переносить транспортировку, лишились своей нежной и сочной мякоти, а вместе с ней и насыщенного вкуса. 

Сравните томаты прошлых и нынешних лет. Негибридные, пчелоопыляемые сорта огурцов заметно вкуснее новых самоопыляемых партенокарпических гибридов. Старые виды и сорта пшеницы также значительно превосходят новые и по содержанию белка, и по другим важным составляющим. Есть и исключения: у культурных сортов моркови, к примеру, больше каротина, чем у диких видов.


А ведь садово–огородные культуры — это еще и наша культура еды. Где то невероятное богатство блюд, что поддерживалось столетиями? Из нашего меню исчезли не только сорта, но и культуры. Сегодня дети, слушая сказку про репку, недоумевают: что же за диковинный плод вырастил дед? К сожалению, репа стала экзотом вроде авокадо или папайи, а ведь когда–то была чуть ли не главным блюдом на столах наших предков. Неурожай репы приравнивался к стихийному бедствию, а хороший сбор означал сытость и богатство. Из овоща можно запросто приготовить полноценный обед из трех блюд. Суп и похлебка, каша, квас и масло, начинка для пирожков. Ее квасили и солили на зиму, фаршировали гусей и уток. Наверное, так бы и продолжалось до сих пор, если бы Петр I не привез картофель...

Крыжовник «Щедрый».

Ценность старинных сортов еще и в использовании их в селекции. Они — важнейший источник ценных признаков. В первую очередь скороплодности, а также устойчивости к наиболее вредоносным патогенам и вредителям.

Проверка временем — не пустые слова для старинных сортов. Они десятилетиями и столетиями передавали своему потомству способность выживать во всем том многообразии условий, которые они сами и их предки пережили. Новые же сорта и гибриды таким длительным периодом полевых испытаний в различных климатических и почвенных условиях похвастаться, мягко говоря, не могут. Причем чем новее сорт, тем короче его испытания. Если раньше для селекции требовались годы и десятилетия, то сегодня методами генной инженерии, встраивая в геном растения гены, несущие нужные признаки, намного проще и быстрее получить растение с заданными признаками. Генетическая модификация может дать растению целый ряд признаков. К примеру, устойчивость к насекомым–вредителям или к гербицидам.

Свекла «Бордо-237».

К примеру, для создания морозоустойчивых помидоров используют ген североамериканской морской камбалы. Кукурузу «обогащают» генами травы, производящей особые гормоны. Пшенице добавляют ген скорпиона. Опять же ген скорпиона, пересаженный картофелю сорта «Супериор НьюЛиф», сделал его стопроцентно неуязвимым для колорадского жука. А ген, отвечающий за устойчивость работы иммунной системы человека, переданный сельскохозяйственным растениям, оказывается, повышает устойчивостъ их к различным неблагоприятным природным условиям. Но вам захочется лишний раз таких продуктов?

Беларусь может гордиться своими садами, высаженными в начале прошлого века. Кое–где они все еще плодоносят. И среди сортов лидирует, конечно же, «Антоновка». Неповторимый аромат, гармоничный вкус, высокая зимостойкость, неприхотливость к плодородию почв, устойчивость к болезням (даже в дождливые годы паршивеет мало) и вредителям (особенно плодожорке) еще в далеком прошлом сделали ее царицей сада. Да и по урожайности ей практически нет равных: на семенных подвоях — до 200 — 250 кг с дерева. В совхозе «Зубки» Клецкого района сад из «Антоновки» посажен в 80–х годах еще XIX века. И родит поныне! В Брагинском районе, в колхозе имени М.И.Калинина, также растут и плодоносят все еще здоровые более чем 120–летние «Антоновки». В свое время в помологическом саду «Руткевичи» (Щучинский район) было собрано более 60 сортов, клонов, сеянцев и гибридов «Антоновки». А сколько неисследованных сортов растет в садах плодоводов–любителей и научных учреждений?

«Антоновка».

Каждый год сотрудники РУП «Институт плодоводства» отправляются в экспедиции по стране, собирая староместные уникальные сорта и формы, выявляя высокопродуктивные образцы с высоким качеством плодов. Только за последние 3 экспедиции собрано 292 образца, 74 из которых — староместные формы, обладающие уникальной адаптивностью к различным стрессам. Скажем, в результате обследования приусадебных участков и придорожных массивов только по маршруту Каменец — Кобрин — Ружаны — Волковыск — Щучин собрано 8 образцов яблони (в том числе дикой лесной и сливолистной), 14 форм дикой лесной груши, 8 местных форм вишни и дикой черешни, 2 сливы и несколько местных форм абрикоса, боярышника и малины. 

Репа «Петровская».

В окрестностях Мозыря (п. Нагорный) найдены уникальные тонкокорые («бумажные») формы ореха грецкого.

Благодаря садоводам–любителям институтские коллекции существенно пополнились высокоадаптивными формами теплолюбивых культур: абрикоса, винограда, грецкого ореха, персика и фундука. В свое время Р.Э.Лойко, обследуя сады Брестской области, благодаря помощи садоводов–любителей выявил ряд ценных местных форм грецкого ореха («Пинский», «Память Минова») и абрикоса («Знаходка», «Спадчына», «Память Лойко» и др.), которые успешно прошли сортоиспытание и уже включены в Государственный реестр сортов Беларуси.


Сейчас наши энтузиасты в дореволюционных книгах, научных отчетах и докладах советских ученых первой половины ХХ века разыскивают информацию о старинных сортах. Одно из направлений деятельности экологического учреждения «Агро–Эко–Культура» как раз и есть сохранение агробиоразнообразия. Создана и неформальная рабочая группа, цель которой — не дать кануть в Лету старым сортам, обмен семенами и саженцами. Сейчас важно защитить старинные сады, которые имеют не только сельскохозяйственную и природную, но и культурно–историческую ценность. Ведь в ХIX веке наши сорта занимали первые места на сельскохозяйственных выставках, гремели на всю Европу. Они успешно продавались за границей, пользуясь бешеной популярностью.

Один из наших именитых земляков–садоводов — Георгий Федорович Белугин, в 1904 году получивший за саженцы плодовых деревьев золотую медаль Всемирной сельскохозяйственной выставки, проходившей во Франции в Лионе. О своем прапрадеде мне рассказал Михаил Ильич Посконный. Думаю, что по Беларуси таких примеров будет немало. Куда все это подевалось? Почему теперь уже мы завозим семена и саженцы из–за рубежа? Многие старые сорта уже исключены из госреестра, и найти их можно только в частных коллекциях, в глухих деревнях у старушек и у людей, которые до сих пор верны семейным традициям. Может, по примеру Европы и нам открыть «университет бабушек», чтобы их бесценные знания продолжали жить?

Факт


Согласно исследованиям ООН, использование местных сортов в сочетании с естественными удобрениями и традиционными приемами хозяйствования, такими как совмещенные культуры, позволило увеличить урожайность на 15% по сравнению с зарубежными, требующими больших вложений.

Кстати


Сегодня в мире создано около 1.400 банков семян. Самый грандиозный проект — новое Свальбордское всемирное хранилище семян, размещенное в одной из гор на острове Шпицберген, в 1.125 км от Северного полюса. Семена размещены в постоянно охлаждаемой сейсмически безопасной зоне в 122 м над уровнем моря, чтобы даже в случае таяния полярных льдов хранилище осталось сухим.

Совет «СБ»


Если вы каким–то чудом добыли семена старинного сорта или нашли их в бабушкиных закромах, то самый простой и эффективный способ повысить их всхожесть — выдержать в 3–процентном растворе перекиси водорода от 2 до 24 часов, в зависимости от их «старости». В перекиси водорода есть дополнительный атом кислорода, которого нет в обычной воде. Он–то и помогает оживить и реанимировать семена, проведя им что–то вроде «искусственного дыхания».

Справка «СБ»


Что может сделать каждый?

Расспросить у пожилых родственников и соседей, у которых есть сад или небольшое хозяйство, возделывают ли они еще старые сорта, и попросить семена. А получив от них посевной материал, поделиться с другими огородниками и садоводами: у кого–то да вырастет. Фонд обмена семян работает и при «Агро–Эко–Культуре».

Любопытно


«Садовый археолог» и помолог Изабелла Далла Раджоне посвятила жизнь поискам и возрождению старинных сортов фруктов с картин XV века. В своих странствиях она отыскала сорт груши, который в последний раз упоминался 300 лет назад в семейном архиве умбрийских аристократов. Также она спасла от исчезновения «пьяные груши», «кровавые персики», «Христовы яблоки» и невероятного (по 0,5 кг!) размера инжир, до сих пор считавшиеся выдумкой монаха–садовника.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости