Народная газета

Со слезами на глазах

Завтра в Риме на неформальный, но важный саммит соберутся руководители стран Европейского союза. Повод праздничный: будут отмечать 60-летие Римского договора, который заложил основы того, что со временем и стало Евросоюзом. А тогда, в марте 1957 года, Бельгия, Германия, Италия, Люксембург и Нидерланды договорились о свободном передвижении людей, товаров, услуг и капитала. Эти четыре свободы и сегодня остаются краеугольными камнями ЕС, любое покушение на которые воспринимается странами-основателями весьма болезненно.

Наверняка вы обратили внимание на то, что Великобритании среди стран — основателей ЕС не было. Британское правительство отправило на ту встречу почти рядового сотрудника, но его слова о новом начинании стали знаменитыми, а сейчас воспринимаются как пророческие: “Нет шансов, что вы придете к соглашению по договору, который сейчас обсуждаете. Если вы придете к соглашению, нет шансов, что оно будет ратифицировано. Если оно будет ратифицировано, нет шансов, что оно будет выполняться. А если оно будет выполняться, то будет совершенно неприемлемым для Великобритании”. Сказав по-французски “до свидания” и “удачи!”, он покинул Рим. И завтра в Риме премьер-министра Великобритании не будет: единственное, за что лидеры Евросоюза благодарны Терезе Мэй, так это за то, что официальный старт выходу Великобритании из ЕС будет дан после саммита, 29 марта. Но тень брексита праздник уже испортила: впервые со дня своего основания ЕС не расширяется, а сокращается.

Да и с остающимися 27 членами не все гладко: вместо солидарности и сплочения только внутренние дрязги и споры. А ведь опросы общественного мнения показывают: большинство населения — за единую Европу. Так что слухи о скорой смерти Евросоюза кажутся преувеличенными, а ставка предвыборных кампаний на очередной “выход” не слишком победной.

Победители или проигравшие, но обсуждать будущее Евросоюза без Великобритании в Риме, конечно, будут. К тому же председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер предложил пять возможных сценариев

(я писала об этом две недели назад). И хотя сценариев пять, все чаще звучат голоса в пользу одного. Того, который в докладе Юнкера красиво назван “Кто хочет больше, делает больше”, но который все чаще называют “Европой разных скоростей”. Де-факто она давно существует: это безвизовая Шенгенская зона и зона евро, которые объединяют далеко не всех членов ЕС. Но Восточной Европе идея “двух скоростей” не слишком нравится: здесь боятся, что этот сценарий поделит европейцев на первый и все остальные классы. Причем шансы восточных европейцев оказаться “первоклассными” гражданами стремятся к нулю.

В качестве доказательства они приводят самый, на их взгляд, вопиющий пример: продукты одних и тех же марок, продаваемые в Западной и Восточной Европе, отличаются по качеству. В Восточной, понятное дело, хуже. Руководители Венгрии и Польши говорят о “новом железном занавесе”, другие спрашивают: та ли это Европа, в которую мы так стремились? Да, это она. Просто не нужно путать туризм с эмиграцией.

Евросоюз должен основываться на равенстве интересов всех его членов, говорит (а как будто заклинает) премьер-министр Польши Беата Шидло на встрече Вышеградской группы, которая объединяет Венгрию, Польшу, Словакию и Чехию. Подтверждая тем самым, что “Европа разных скоростей”, против которой Вышеград выступает, на самом деле уже реальность. “Мы не согласимся на разделение внутри ЕС, потому что это прямо ведет к дезинтеграции”, — добавляет польский премьер. Что выглядит как отрицание очевидного: разделение уже состоялось и Польша с другим членами Вышеградской группы с этим не только согласились, но и внесли свой немалый вклад.

А вот Жан-Клод Юнкер в Риме будет говорить о том, что Евросоюз должен сокращать разрыв между обещаниями и их выполнением. Как показывает опыт, это-то и есть самая трудная задача. Но я желаю Евросоюзу удачи. Потому что, как мне видится, после СССР это самый грандиозный общественно-экономический эксперимент. Пусть удастся.

Версия для печати
Андрей З
Инесса Плескачевская, а через два-три года конец света наступает или жизнь заканчивается?
Андрей К
Почему ЕС сокращается? 7 новых стран с нетерпением ожидают принятия в ЕС.
Инесса Плескачевская
Андрей К, Они, конечно, ожидают, но в ближайшее два-три года приняты не будут.
Андрей З
Инесса Плескачевская, а через два-три года конец света наступает или жизнь заканчивается?
Инесса Плескачевская
Андрей З, Знаете, события в мире сейчас настолько ускорились, что сейчас никто не знает, что будет через три года с ЕС. Но конец света, надеюсь, не случится. Хотя жизнь у кого-то закончится наверняка: суровая правда жизни и смерти.
пенсионер автору, за 60, Россия
Желание маленьких стран естественно, они будут объединяться, они будут отдавать свой суверенитет, свою независимость ради коллективного благополучия. Другое дело, что внутри этой общности не гарантирует для своих членов равные материальные возможности. Визитной карточкой Евросоюза является Германия. И все, кто рвется в ЕС, представляют свое будущее как в Германии, высокое социальное обеспечение, высокая занятость населения. И переубедить невозможно. В свою очередь, визитной карточкой ЕАЭС почему-то выбрана глубинка Восточной Сибири России. Не бурно развивающийся Казахстан, ни Беларусь, а именно провинция в России, причем Москва всегда выпадает из оценки. Поэтому всегда получается, что в ЕС априори лучше, чем в ЕАЭС, пусть даже это в Молдавии или Румынии. И в этом случае переубедить невозможно. Включается механизм проб и ошибок. Пусть даже цена ошибки очень велика. А слова Юнкера, не более, чем ритуал.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?