Сдался, который кусался

У ветеринаров Минского зоопарка более 2.000 пациентов

Закапать глаза льву, принять роды у капибары, вылечить стоматит питону... Для ветеринаров Минского зоопарка Алексея Рябцева и Владимира Петрова это обычное дело. На двоих у здешних айболитов более 2.000 животных. А если с кормовыми (крыс и мышей тоже ведь лечить надо, чтобы здоровое потомство давали) — не сосчитать! Как за всеми уследить?


— И мой рабочий день обычно начинается с обхода. Обхожу вольеры, осматриваю животных, беседую с рабочими по уходу, зоотехниками. Они больше контактируют с питомцами в течение дня, — рассказывает Алексей Рябцев. — Дальше — по обстоятельствам. Или оперативное лечение, или плановые процедуры. Вчера, например, вновь заболевших не было. К счастью, период сезонных заболеваний уже пережили. Все животные, которые могут болеть ринитами и бронхитами, были переведены в закрытые обогреваемые помещения. Сейчас особое внимание только тем, кто у меня на долгосрочном лечении. Вот ягуар, у него гастрит. У хищников в зоопарках это распространенное заболевание. Они должны много двигаться. В дикой природе на каждого по 3 — 4 гектара территории приходится. В вольере, конечно, такие условия не создать. Кроме того, им нужно охотиться, нужен выброс адреналина. Это тоже влияет на заболеваемость... Или винторогий козел. У него стоматит. А в апреле работы добавили козочки и овечки — с приплодом всегда хлопотно. К тому же целая стопка документов на ежедневное заполнение: графики температур, противоэпизоотические мероприятия, лечебные...


На стене в кабинете — «шпаргалки», отпечатанные жирным шрифтом: частота дыхания, физиологические колебания частоты пульса, нормальная температура тела разных видов животных. У каждого вида свои особенности. Напротив кабинета — операционный блок и смотровой манеж. Но в основном, если необходимости в операции нет, все животные осматриваются непосредственно в вольерах. Вот и Алексей Олегович спокойно входит к волкам. Их там раз, два, три... целая стая! А он присаживается на корточки и подзывает. Не идут, беспокоятся. Не подкупает даже добрый кусок мяса... Наконец, волк Вовка поддается соблазну. Позирует с ветеринаром перед фотокамерой...

— Не страшно? — вспоминаю известную пословицу «сколько волка ни корми, он все в лес смотрит».

— Нет. Если начну суетиться, они только больше будут нервничать. Впрочем, так запросто, конечно, не к каждому животному в вольер зайти можно. Бывает, даже летом приходится телогрейку надевать и высокие сапоги. А к попугаям обязательно краги (толстые рукавицы). Своим клювом они запросто фалангу пальца отхватить могут. Некоторых и вовсе осмотреть можно только под наркозом. Скажем, шимпанзе — они гораздо сильнее человека и даже просто в игре могут травмировать.

Следующий на очереди лев Алекс. Не вовремя проявил интерес к львице. А она, как это водится у кошачьих, когтями ему прямо в глаза, чтобы быстрее отстал. Теперь нужно ежедневно закапывать.


— Конечно, напрямую с ним не контактирую, — признается Алексей Олегович. — А процедуру нужно делать в течение 2 — 3 месяцев. Поэтому не усыпляю. Зачем животному столько транквилизаторов? Просто беру шприц с хорошим напором и попадаю в глаза через вольерную сетку примерно с 20 — 30 см. Он на меня рычит, а я делаю свое дело. Главное в работе с опасными животными — соблюдение техники безопасности. А вообще, в зоопарках всякое бывает...

Как–то раз, например, из вольера вышел... медведь. Животное умное — играло с защелками, скинуло незакрытый замок и приоткрыло засов. Благо работники зоопарка быстро заметили, перехитрили мохнатого и завели обратно. За те 20 лет с лишком, что Алексей Олегович работает в зоопарке, у него много историй накопилось. Курьезных. И не очень. Хоть книгу пиши. А почему выбор пал именно на эту профессию?

— Может, потому, что рядом со мной всегда были животные. Еще школьником, помню, свою собаку лечил, была интуиция. А потом, когда пришло время поступать, выбирал — «мед» или «вет»? Остановился все–таки на ветеринарной медицине и не жалею. Хотя, конечно, одних теоретических знаний после техникума и ветеринарной академии мало было. Чтобы стать хорошим специалистом, нужно еще лет 10 — 15 «на передовой». И то вопросы остаются. В зоопарке, кстати, у меня была очень хорошая наставница — Алла Кундельская. Она уже здесь не работает, но мы и сейчас контактируем. Она пару лет назад помогала нам оперировать пуму по кличке Лаки — пожалуй, это самый сложный случай в моей практике.

Операция длилась 6 часов. Любопытный Лаки умудрился засунуть лапу в трехсантиметровую щель. А там — ягуар. Недолго думая затащил пуму в свой вольер до предплечья, разорвал всю кисть... Пришлось ампутировать. К счастью, у котов хороший вестибулярный аппарат. Так что посетители часто и не замечают, что пума с культей, настолько хорошо животное двигается...


В остальном, говорит ветврач, как–то все обыденно. По весне рога оленям обрезать, чтобы не ранили самок. Или волков зашить, если подерутся. Кому–то надо сделать прививки, провести дегельминтизацию, проколоть курс витаминов... Ну а если подозрение на что–то серьезное — начать обследование: измерить температуру, провести исследования биоматериала, сделать УЗИ...

— У нас как–то Международная конференция по учету зоопарковых животных проходила. Так участники из разных стран были в шоке, что мы с напарником просто голыми руками можем держать яка и брать у него анализ крови... Обычно это происходит под наркозом, сделать который, к слову, тоже бывает непросто. Особенно когда животное видит ружье. Скажем, пуме после операции необходимо было делать инъекции дней 10. А поймать под выстрел почти невозможно. В грудь стрелять опасно. Идеально попасть дротиком с транквилизатором в бедро или плечо. А она или двигается очень быстро, или садится в угол и смотрит на тебя. По полчаса, по часу иногда нужно выжидать удобный момент...

А самые неблагодарные пациенты — наверное, обезьяны. Они умнее других. Стоит зазеваться, жди какую–нибудь пакость. Очки у работников крадут, ключи из карманов достают, чего доброго шприц с лекарством стянут.

Подходим к террариуму. Пауки, тараканы, ящерицы... Зоопарк в Минске небольшой, поэтому специализаций у ветврачей нет. Рябцев ищет подход и к теплокровным, и к хладнокровным. Хотя, признается, змеи и прочие рептилии для него по сей день — экзотика. Имеющаяся по ним информация в основном рассчитана на любителей. Поэтому часто приходится за консультациями обращаться к специалистам узкого профиля. Последний раз, говорит зоотехник группы рептилий Катерина Молоткова, ветеринар игуане лапку вправлял. Эта травма — результат внутривидовой борьбы за место под солнцем. Алексей Олегович тем временем готовится осмотреть при помощи специального расширителя полость рта питона. Бывает, она воспаляется. И змея не может полноценно питаться...

Одинаково внимательно, бережно, участливо этот суровый с виду человек работает с новорожденными овечками, агрессивными хищниками, непредсказуемыми рептилиями... И только, пожалуй, мангуст Лея вызывает у ветврача особенные эмоции. Любимчик!

Вопрос ребром

Почему нельзя подкармливать в зоопарке животных?

Часто их плохое самочувствие связано именно с питанием. Поэтому такое большое внимание в зоопарке уделяется проверке кормов. Это обязанность не только ветеринара, а целой группы специалистов под руководством главного зоотехника. А посетители нередко норовят угостить животных чем–нибудь со своего стола. Мартышкам, например, скармливают много конфет. На фоне того, что они и так едят сладкие фрукты, уровень сахара в крови у них резко увеличивается. Это настоящая проблема... А не так давно Минский зоопарк остался без верблюда. Когда животное умерло, в его желудке обнаружили остатки полиэтиленового пакета и детскую перчатку. Во сколько может обойтись покупка нового верблюда? Около 2.000 рублей за малыша. Не считая внушительных затрат на транспортировку...


Хищникам, конечно, мясо в карманах не несут. Но иногда поставщики привозят в зоопарк слишком жирное мясо. А для животных, которые мало двигаются, надо постное. Ведь в результате страдает поджелудочная железа — это проблема кошачьих во всех зоопарках.

Кстати


Рабочий день ветврача в зоопарке — с 8.00 до 17.00. Но вызвать на работу его могут и среди ночи. Из–за болезни питомцев. Появления приплода. Но чаще к приезду новичков. Ни одно животное не попадает на территорию зоопарка, пока специалист не проверит его ветеринарные документы. Это первое. Второе — первичный осмотр: не случилось ли травм за время переезда? Это нужно сделать сразу — не держать животное долго в специальных переносках. Ведь там у них минимальная возможность для движения.Кстати

Со вспышкой не снимать!


Пару лет назад бурого капуцина Рикки в Минском зоопарке напугала вспышка фотоаппарата через стекло вольера. Обезьянка так и упала ниц — инсульт. 3 месяца потом была на препаратах. А ведь на входе в экзотариум и у вольера есть предупреждения для посетителей: «Со вспышкой не фотографировать!»

dekola@mail.ru

Автор фото: Александр КУШНЕР
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?