Счет идет на взятки

Когда возникают трудности банковского перевода

В правилах антикоррупционной борьбы исключения не делаются. Неприкасаемых нет. И это четкий посыл всему обществу.

Одно из последних задержаний — Сергей Ровнейко, инспектор по кадрам Гродненской области, который находился в статусе помощника Президента, взят с поличным при получении 200 тысяч долларов. Он подозревается в вымогательстве и получении взяток от представителей коммерческих структур за решение вопросов, входящих в его компетенцию. Арест чиновника является очередным эпизодом в серии громких антикоррупционных дел. 


Только в последние годы за взятки были осуждены председатели нескольких районных и городских исполкомов. Должностей лишились даже те руководители, которые сами не были причастны к казнокрадству, но чьи подчиненные попались на махинациях при госзакупках и разбазаривании государственных денег. Отправлены в отставку министры лесного хозяйства и спорта за то, что в одном случае за рубеж по бросовым ценам сплавлялся лес, а в другом — всплыли факты сбора директором крупного столичного спортивного сооружения “дани” с арендаторов.

Последовательность и масштабность проводимых антикоррупционных мероприятий свидетельствует о четкой работе правоохранительных органов.

К тому же это делается на высоком профессиональном уровне. Сегодня, в век компьютерных технологий, денежные “благодарности” все реже упаковывают в кейсы или складывают в неприметные конверты, которые просители “забывают” в начальственных кабинетах. “Сейчас используются схемы получения взяток через офшорные фирмы, которые открываются за рубежом. Потом эти средства могут направляться на покупку недвижимости, вводиться в бизнес в виде займов и прочее. Это уже комплексное финансовое преступление”, — приводит БЕЛТА слова заместителя начальника управления Департамента финансовых расследований КГК Александра Пракопенко.

К семи годам тюрьмы по итогам судебных заседаний в минувшем мае приговорен Геннадий Зубарев — экс-гендиректор ОАО “Банковский процессинговый центр” (БПЦ). Он попался на лоббировании интересов зарубежных фирм при закупке у них программного обеспечения и банкоматов. Сумма откатов даже по западным меркам впечатляет — более 2 миллионов евро. Это саквояжи купюр. Но из рук в руки не передавалось ни цента. Деньги путешествовали по безналичным каналам. В эпицентре скандала оказались бизнесмены из Финляндии, Латвии, Великобритании, Германии, США. Вот какие волны пошли от БПЦ. На эту тему в конце весны появилась статья в старейшей газете The Herald. Она для зарубежного читателя (нашим эти факты известны из судебных репортажей) раскрыла подноготную приговора Геннадию Зубареву и Никите Мелниковсу, экс-менеджеру Tieto Latvia — фирмы, которая является “дочкой” финской компании Tieto.  Принцип перевода денег от иностранного коммерсанта оказался прост, как оттиск печати на документе. Сперва по схеме SLP (Scottish Limited Partnership — шотландское ограниченное партнерство) было создано практически анонимное предприятие. Затем на него в западном банке был открыт счет. Туда-то и шли деньги. В частности, фигурировавшая в деле Геннадия Зубарева ITI Corporation была зарегистрирована в Эдинбурге в квартире на ул. Монтгомери, как и тысячи других аналогичных “пустышек”. ITI Corporation закрылась в ноябре 2017 года, так и не подав ни одного отчета в госорганы. Все это порождает вопросы. Многие в ЕС заговорили о SLP как о легальном канале в Европе для отмывания криминальных финансов. Более того, мало кто сомневается, что тактика подкупа чиновников для победы в тендерах — это вряд ли самодеятельность мелких менеджеров корпораций. Кстати, в разное время и в разных странах в жернова подобных расследований попадал Майкрософт — по данным The Wall Street Journal, в Пакистане подразделение корпорации оплатило отдых в Египте для госчиновника и его жены, чтобы выиграть тендер на 9 миллионов долларов. Daimler согласно обвинению министерства юстиции США и комиссии по ценным бумагам и рынкам за десять лет подкупила чиновников на общую сумму в десятки миллионов долларов как минимум в 22 странах.  Менеджеры Johnson & Johnson “заинтересовывали” врачей рекламировать пациентам весьма неоднозначный препарат риспердал. Не скупился на подношения и известный производитель телекоммуникационного оборудования Alcatel-Lucent, чтобы получить более выгодные условия по сделкам — за пять лет на эти цели пошло около 8 миллионов долларов (по иску, поданному комиссией по ценным бумагам и рынкам США в федеральный суд во Флориде, Alcatel-Lucent согласился заплатить 45 миллионов долларов штрафа и еще 92 миллиона для урегулирования претензий со стороны министерства юстиции США).


В Беларуси за взятку в 6,5 тысячи евро от немецкой компании (выиграла тендер на поставку свеклоуборочного комбайна ценой почти 435 тысяч евро) осужден на 7 лет  председатель Узденского райисполкома. При получении 250 тысяч долларов за помощь в выделении участка для строительства зарубежного мусороперерабатывающего завода был арестован зампредседателя Мингорисполкома. Наши бизнесмены также нередко предпочитают добиваться победы в конкурсах и торгах заблаговременно. “Признательность” варьируется в пределах 2—7 процентов от суммы контракта. На “убеждение” снабженцев закупать спецодежду только у известной белорусской фирмы ее руководство с 2013 года (следствие ведет КГБ) выделило более 1,5 миллиона долларов. Так же решала вопросы и компания, продававшая нашим госучреждениям компьютерное оборудование — суммы “благодарности” каждый раз исчислялись от 10 до 20 тысяч долларов. 

Конечно, расследование громких уголовных дел не было бы возможно без наличия политической воли. Президент неоднократно подчеркивал, что результаты оперативных мероприятий в отношении высокопоставленных руководителей докладываются ему лично и уже на основе достоверности фактов и глубины анализа принимаются решения по каждому конкретному случаю. 

В стране создана эффективная равновесная антикоррупционная система. В ней задействованы все правоохранительные органы. И главное, они не конфликтуют друг с другом, а дополняют исходя из специфики своей деятельности. Важная деталь — на первоначальном этапе следствия не происходит утечки информации. Согласно заявлению КГБ в отношении Сергея Ровнейко разработка велась около года. Аресты санкционируются только тогда, когда доказательный пазл полностью собран. 

Наказание за взятки у нас достаточно суровое — до 15 лет тюрьмы с конфискацией всего имущества. Председатель Верховного Суда Валентин Сукало говорит, что в стране “четко прослеживаются четыре принципа, на которых должна базироваться вся антикоррупционная работа, — это справедливость, равенство всех перед законом, гласность и неотвратимость ответственности”. Генеральный прокурор Александр Конюк считает, что принятый несколько лет назад закон о борьбе с коррупцией “соответствует времени и говорить о каком-то существенном совершенствовании законодательства нет необходимости”.

И еще. В правоохранительных сетях оказываются коррумпированные чиновники разного уровня, но деформации государственного аппарата не происходит. В Послании белорусскому народу и Парламенту Александр Лукашенко сказал так: “В системе управления много честных и порядочных людей. Таких — абсолютное большинство, иначе просто невозможно было бы работать. И то, что наши граждане видят на телеэкранах и читают на страницах газет, лишь показывает открытость власти в вопросах борьбы с этим злом. Люди должны понимать, что никакие ситуации не замалчиваются”.

Противостояние коррупции сегодня остается одним из главных запросов общества. Ведь речь идет о таком социальном стержне, как справедливость. Мздоимство, блаты, кумовство — все это может привести не только к девальвации институтов власти, но и превратиться в горящую спичку, поднесенную к легковоспламеняющимся парам недовольства. Задержания мэров Бобруйска и Гомеля произошли не на пустом месте. И если в Бобруйске должности стали вдруг продаваться, как машины на авторынке, а в Гомеле квартиры едва ли не за бесценок уходили зятю-брату-свату высокого начальника, то гневных тирад и не только на скамейках не избежать. Реакция властей в таких случаях жесткая и понятная. 

Но дело не только в морали. Любая взятка бизнесменом закладывается в конечную цену продукции наряду с затратами на электроэнергию, материалы, аренду. Себестоимость. В итоге за все платит рядовой потребитель. А ведь все эти “презенты” могли бы стать инвестициями. Платились бы налоги, шла бы вверх зарплата. А так — расширение теневого рынка, рост социального неравенства и правовой нигилизм. 

Злоупотребления на государственной службе — проблема актуальная для всех стран. В ЕС недавно даже вывели годовую цифру потерь от коррупции: более одного триллиона долларов (по данным  исследовательско-консалтинговой организации Rand Europe), или 6,3% ВВП Евросоюза. Уличные протесты против правительств, чьи министры оказывались замешаны в неблаговидных делах, сотрясали в свое время Румынию, Словакию, Израиль, Испанию (на днях премьер-министр этой страны был вынужден уйти в отставку из-за скандала вокруг “черной кассы” его правящей “Народной партии” — деньги туда поступали в основном из откатов на госзаказах). Но на площадях коррупцию не победить. Протесты — это реакция на болезнь. Поэтому все понимают — до обострений лучше не доводить. Опыт многих стран, в том числе и Беларуси, говорит о том, что правоохранительные органы могут навести порядок среди нечистых на руку чиновников. И это делает государство более стабильным. 


Ни дать ни взять

Южная Корея. Согласно Закону “О борьбе с коррупцией” каждый совершеннолетний гражданин имеет право инициировать проверку в отношении любого чиновника. Закон обязал главный антикоррупционный орган страны — Комитет по аудиту и инспекции — начинать расследование по любому заявлению.

Нидерланды.
В стране действует трехуровневый контроль по пресечению коррупции в госучреждениях. Во-первых, практически в каждом из них существует собственный отдел, занимающийся внутренними расследованиями. Второй уровень — общественный контроль. Службы общественного обвинения имеют право инициировать проверку чиновника. Материалы, связанные с расследованием, в обязательном порядке попадают в свободный доступ для изучения широкой общественностью. Третий уровень — государство осуществляет контроль со стороны правоохранительных органов.

Сингапур. В законодательстве есть термин “презумпция коррумпированности”, то есть при любом подозрении в нечистоплотности чиновник считается виновным, пока не докажет обратное. Бюро по расследованию имеет право без решения суда обыскивать и задерживать подозреваемых.

Китай. Взяточнику в зависимости от размера суммы грозит длительный срок лишения свободы вплоть до пожизненного и даже расстрел. Cвыше 159 тысяч человек получили в 2017 году различные наказания за нарушение партийной дисциплины и коррупцию.

США. Взятка карается штрафом в трехкратном размере либо лишением свободы до 15 лет. Эти наказания могут быть совмещены.

Франция. Предусмотрено наказание за взяточничество в виде лишения свободы до 7 лет для руководителей и служащих промышленных или коммерческих предприятий и тюремное заключение на срок до 10 лет для должностных лиц. Также запрещено должностным лицам получение различного рода подарков вне зависимости от их стоимости под угрозой наказания в виде лишения свободы на срок от 2 до 10 лет или крупного штрафа.

Количественное измерение

За первый квартал этого года в стране коррупционными признаны 696 преступлений. Это в два раза больше, чем за такой же прошлогодний период — 311. К уголовной ответственности привлечено 264 должностных лица.  Рост числа коррупционных преступлений обусловлен не только активностью правоохранительных органов, но и наличием многоэпизодных уголовных дел. К примеру, работник Транспортной инспекции Министерства транспорта и коммуникаций осужден за 59 эпизодов получения взяток.  

В структуре коррупционных преступлений количество полученных взяток возросло с 86 до 294, хищений путем злоупотребления служебными полномочиями — с 119 до 153, злоупотреблений властью или служебными полномочиями — с 61 до 78, дачи взяток — с 17 до 132, превышений власти или служебных полномочий — с 22 до 26, бездействий должностных лиц — с 1 до 5.  

Немногочисленны факты незаконного участия в предпринимательской деятельности и легализации (отмывании) материальных ценностей, добытых преступным путем, посредничества во взяточничестве.  

Коррупционными преступлениями причинен ущерб на сумму более 7,28 млн рублей. Возмещено более 2,72 млн. Наибольшее количество таких преступлений учтено в сферах транспорта — 157 (в 2017 году — 3), государственного управления — 92 (76), промышленности — 80 (31), здравоохранения — 78 (9), строительства — 56 (23), образования — 45 (37), сельского хозяйства — 35 (32) и торговли — 17 (48).

Зафиксированы случаи, когда должностные лица органов местного управления и самоуправления, иных государственных органов похищали товарно-материальные ценности, привлекали сотрудников и служебную технику к работам в личных целях.

Источник: Генеральная прокуратура 


Анатолий Федоров

infong@sb.by


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.3
Загрузка...
Новости