Руководитель Европейского бюро ОНТ Руслан Поддубский – о белорусских журналистах в Европе, карантине и его последствиях

С места событий

Репортажи и аналитика с места событий — один из важных пунктов информационной безопасности любой страны. Сегодня в Евросоюзе работает единственная съемочная группа из Беларуси — команда Европейского бюро телеканала ОНТ. Именно от Руслана Поддубского и его напарника оператора Дмитрия Лаца телезрители получают самые свежие европейские новости — честно, оперативно, открыто.

Руслан Поддубский.
Фото Ильи Бернацкого.

В мае исполнилось ровно два года с того момента, как Европейское бюро ОНТ официально начало работать в Брюсселе, вспоминает Руслан Поддубский. Но не все так просто — старту работы предшествовал длительный период подготовки, согласований, оформления документов:

— На то, чтобы получить официальный статус и все необходимые аккредитации, соблюсти все формальности, организовать работу в Евросоюзе, ушло более восьми месяцев. Мы выбирали место дислокации, думали, где базироваться. Центр принятия решений находится скорее в Берлине: там реальная политика, много межправительственных институтов, экспертных сообществ, сильная экономика. А все европейские институты сконцентрированы в Брюсселе, здесь все решения формализуются и оформляются официально. Просчитывали логистику, учитывая, что съемочная группа одна, а охватывать надо все страны Европейского союза. Брюссель — город для чиновников со всей Европы, инфраструктура устроена так, чтобы в первую очередь им было удобно сюда приезжать и отсюда уезжать. И мы этими возможностями тоже пользуемся. Например, международное журналистское удостоверение дает нам такой бонус, как бесплатное перемещение на поездах по всей Бельгии. Также здесь два аэропорта, и, если что‑то где‑то происходит, мы можем буквально через три часа быть на месте событий — в Берлине, Париже или Барселоне. Постоянно перемещаемся на автомобиле: радиус в 700 — 800 километров мы обычно покрываем в течение дня.

Съемку ведет Дмитрий Лац.

Европейский карантин, конечно, осложнил работу белорусских журналистов, однако меньше работать они не стали, покой по‑прежнему только снится. 

— Есть страны, которые закрылись наглухо: во Францию, например, не попасть, она не доступна ни для кого, в том числе для прессы, — комментирует Руслан Поддубский. — В Бельгии пресс‑карты, которую мы предъявляем полиции, достаточно. В Германию тоже можно поехать, там довольно лояльное отношение, но в целом Европа закрылась и запланированные мероприятия отменились. Однако коронавирус — это одно сплошное событие в Европе, и в отсутствие формальных поводов нам все равно приходится работать и как‑то передвигаться в этих странах. Просто сейчас это требует большой предварительной подготовки. И разумеется, поскольку сейчас Европа закрыта наглухо и мы единственная белорусская съемочная группа, мы готовы помогать коллегам с других телеканалов. Телеканал ОНТ понимает, что информационная безопасность — это в том числе и взгляд на события собственными глазами, а не глазами зарубежных медиа, с которыми мы можем и конкурировать, и которые очень часто насаждают свою точку зрения просто массой и количеством. И конечно, когда происходят серьезные события, очень важно отслеживать и понимать именно белорусский контекст, а не российский, не немецкий, не французский. 
Европейское бюро ОНТ — единственная съемочная группа из Беларуси, которая сейчас работает в закрытой на карантин Европе.
В центре внимания Европейского бюро ОНТ самые разные события: от саммитов ­НАТО и межправительственных встреч до спортивных событий, громких мировых премьер или открытия Женевского автосалона. Это, если можно так сказать, в мирное время. А сейчас белорусам важно узнать из первых рук, что же происходит в Европе во время «коронакризиса». 

— По европейским странам прокатилась волна протестов, — подтверждает Руслан Поддубский. — С одной стороны, во многих местах европейцы как люди послушные и дисциплинированные приняли карантин спокойно, а с другой стороны, внутренний протест против того, что их просто посадили по домам и ограничили их базовые права, постепенно закипал и вылился в итоге в массовые манифестации. В Штутгарте сбор людей на акцию протеста ограничили 10 тысячами человек — и стадион был заполнен буквально за пару часов. Когда женщина не может 2 месяца сходить в парикмахерскую, когда активная семья из четырех человек заперта в четырех стенах и просто так выйти невозможно, сложно это выдержать. В Бельгии, например, до недавнего времени была только полиция на улице — патрули по всему городу. Нужно было оглядываться, показать, что ты идешь в магазин: конечно, люди не привыкли к таким ограничениям, чувствуют себя очень неуютно. Жизнь вообще остановилась, нарушены все процессы. По статистике, 52 процента бельгийцев впали в депрессию, многие говорят о проблемах с физическим здоровьем. Причем в бельгийские больницы забирали всех подряд: сделают тест на коронавирус и тут же везут. 

У меня клиника недалеко от дома, так мигалки «скорых» мелькали круглые сутки. Все палаты забиты, и не дай бог сейчас сломать руку: шансов, что ты быстро попадешь к специалисту, который окажет квалифицированную помощь, очень немного. Вот так система работает. Всех с подозрением на COVID‑19 забирают, остальные — справляйтесь сами. 

Белорусские журналисты возвращались из Минска в Брюссель 10 марта, как раз во время массированного локдауна. Рассказывают, как ехали — и за ними буквально захлопывались границы государств.

Журналисты ОНТ всегда в эпицентре событий. Франция: столкновения полиции и движения «желтых жилетов».
Фото предоставлено Европейским бюро ОНТ.

— У меня абсолютно твердое убеждение, что большая часть решений национальных правительств была принята эмоционально, — говорит Руслан Поддубский. — В Европе оппозиция очень быстро подхватывает настроения людей, на передний план выходят популисты, и правительства сначала принимают решения, а потом начинают думать, что делать с последствиями. И сейчас все прекрасно понимают, что натворили таких дел, в первую очередь в экономике, что даже печатным станком ситуацию не исправишь. Люди массово теряют работу, разоряется бизнес. Мы месяц ездим, общаемся, готовим материалы. Яркий пример: владелец кафе, в бизнесе 15 лет, ему запретили работать, у него нет клиентов. И хотя бельгийский бизнес еще «с жирком», это люди не самые бедные, но оборота нет, и вся прибыль, которую владелец аккумулировал, мгновенно вымывается. Да, принято решение о государственной помощи — перечислили ему 4000 евро. Может быть, для белорусского бизнеса большие деньги, но здесь эта сумма не позволяет даже полностью закрыть аренду. Причем это разовая поддержка была, галочку правительство поставило, на этом все. Конечно, люди, которые лишились работы, подали запрос в службу занятости и получают среднюю заработную плату — в Бельгии это 1450 евро в месяц. Но надо учитывать разницу в ценах и стоимости жизни. Коммунальные платежи — от 200 до 500 евро в месяц, средний чек в магазине (мяса и молока купить) — 40 евро, чашка кофе — 3 евро. Поэтому эти выплаты — помощь достаточно условная, чтобы просто не голодать. 

Италия: у разрушенного моста в Генуе.
Фото предоставлено Европейским бюро ОНТ.

В Бельгии 18 мая началась третья стадия ослабления изоляционных мер: заработали школы, людям разрешили гулять в парках, детям — играть на спортивных площадках. На прошлой неделе открыли магазины одежды, косметики, промтоваров (до этого элементарные вещи купить было невозможно). Все это сопровождается тотальным контролем и мерами предосторожности, но бельгийцы, которые по натуре очень общительны и за два месяца карантина дошли до ручки, тут же высыпали на улицы и стараются восполнить дефицит общения. 

— Возникает ощущение какой‑то бесполезности предыдущих мер, — недоумевает руководитель Европейского бюро. — Для чего вводили этот карантин? Предположительно к летнему сезону откроются внутренние границы — между странами ЕС. А дальше будут приниматься решения по границам внешним. Потому что правительства понимают, что надо спасать туризм, это огромная доля ВВП. Нет туристов — не работают практически все сферы экономики: транспорт, общественное питание, гостиницы, торговля, сувенирная отрасль… Нет людей — нет бизнеса, все стоит. 

А пресса работает, преодолевая бюрократические препоны и полицейские кордоны, через многочисленные согласования и усложнившиеся правила. Съемочная группа ОНТ забирается в автомобиль и отправляется собирать информацию — с пылу с жару, с места событий, из первых рук. Как говорится, если откуда‑то люди бегут в ужасе, а горстка индивидуумов с камерами и диктофонами упорно двигается в направлении источника паники, не сомневайтесь: это журналисты. Всегда в центре происходящего, всегда на передовой. 

ovsepyan@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...