С Мамаева кургана на Берлин

70 лет назад отгремели последние раскаты Сталинградской битвы — одного из ключевых сражений Великой Отечественной войны...

70 лет назад отгремели последние раскаты Сталинградской битвы — одного из ключевых сражений Великой Отечественной войны, крупнейшей сухопутной схватки Второй мировой. 2 февраля 1943 года генерал–фельдмаршал германской армии Фридрих Паулюс покорно вышел из подвала–бункера и вместе со своим штабом и остатками 6–й армии сдался в плен советским солдатам. Он был одним из главных разработчиков плана «Барбаросса» и первым из высокопоставленных зачинщиков и участников нацистской авантюры признал его провал. Дальше неизбежно наступал черед остальных. Разгром гитлеровцев под Сталинградом стал предвестником победных залпов советских салютов над поверженным рейхстагом.


Сегодня совсем немногие могут описать события семидесятилетней давности как очевидцы. И уж вовсе единицы были непосредственными участниками проходивших 200 дней жесточайших боев. Но минчане Василий Акимович Климовских и Михаил Сергеевич Анохин и есть те самые герои Сталинграда, которые вместе со своими боевыми товарищами заставили врага выбросить белый флаг. Сталинградское сражение вошло в мировую историю как образец воинской доблести и пример потрясающей самоотверженности солдат–освободителей Красной Армии, о чем и говорили ветераны на недавней встрече в клубе имени Дзержинского, организованной Белорусской общественной организацией ветеранов КГБ «Честь».


Прежде думай о Родине


Все, кто знает Василия Акимовича Климовских, с огромным уважением и восхищением говорят о его энергичности и жизнелюбии. Ветеран Великой Отечественной войны и органов госбезопасности, кавалер четырех боевых орденов никогда ни на что не жалуется — наверное, сказываются прежнее воспитание и закалка, когда человек с молоком матери впитывал: «Прежде думай о Родине, а потом о себе». А еще солдаты, прошедшие через такое горнило, особенно умеют ценить жизнь и знают: тому, кому в тех условиях посчастливилось выжить, выпал от судьбы бесценный подарок.


Василий, праздновавший в ночь с 21 на 22 июня 1941 года окончание педагогического училища, буквально рвался на передовую. С друзьями тогда прямо с выпускного в военкомат отправился. Но парню не исполнилось еще восемнадцати. Так что поехал он на полтора месяца в школу — детишек учить читать–писать. Потом, в октябре 41–го, все–таки призвался на учебу в пехотное училище и ровно через год, уже лейтенантом, погрузился в эшелон — и на фронт. На Сталинградский фронт. О том, что это была за дорога, и сейчас рассказывает с дрожью в голосе. Когда эшелоны с курсантами останавливались на станциях, женщины, не скрываясь, плакали, глядя на мальчишек, почти детей, в солдатской форме. Многие курсанты не добрались даже до места назначения — вражеские бомбежки проводились настолько массированно, что уцелеть под ними было очень сложно. А если учесть, что вчерашним курсантам выдали очень темного цвета ватные брюки и куртки, то понятно: такую цель на белом снегу фашистские пилоты не заметить не могли. Иной раз буквально измывались над своими жертвами, пролетая чуть ли не над их головами. А вот взвод, куда включили Климовских, сохранился практически в полном составе. Во время самого страшного авианалета Василий увидел в стороне сарай и сумел провести остальных к нему, где все и укрылись.


Спасать товарища любой ценой стало для командира Василия Климовских принципом всей фронтовой службы. Он и первую свою награду — орден Отечественной войны II степени — получил за то, что не только врага выбил с позиции, но и выносил из траншеи раненых бойцов, причем вместе с оружием. Под Сталинградом Василий Климовских быстро повзрослел и первое, что узнал, — цену фронтовому братству, тому, как дорого стоит помощь людей, лежащих в одном окопе с тобой плечо к плечу. В подразделении, куда его направили сразу после училища командиром, воевали уже получившие опыт фронтовики, многие — люди в годах. Они сказали 18–летнему парню: «Слушай нас, и все будет хорошо...» Вообще, взросление под вражескими пулями шло очень быстро. И Сталинград выступил главным наставником и учителем юного лейтенанта. Затем были Южный фронт, 4–й Украинский, 1–й Прибалтийский. Служил командиром стрелкового взвода, роты, роты автоматчиков, начальником штаба стрелкового батальона.


6 января Василию Акимовичу Климовских исполнилось 89 лет. Он уже может позволить себе слегка посетовать: мол, возраст... Но мне показалось, так, больше для порядка. На самом же деле молодым впору позавидовать его энергичности. И когда я сказала об этом, мой собеседник, лихо сверкнув глазами, с припрятанной в улыбке веселой хитринкой ответил: «Держимся же, держимся, как иначе...»


Спасти «Катюшу» любой ценой


Молодцом держится и Михаил Сергеевич Анохин, также защитник Сталинграда, кавалер двух орденов Отечественной войны I степени, ордена Красной Звезды, многих боевых медалей. Ему–то уже целых 95! Но Михаил Сергеевич шутить не разучился и любимые стихи в микрофон еще как уверенно декламировал. Строчку из одного такого произведения я приведу: «...И при нас наши боли, и наши медали». На мой взгляд, она во многом передает сегодняшнее душевное состояние солдат Великой Победы. У Михаила Сергеевича репутация человека по натуре очень скромного, который, как говорится, вперед не лезет. Но это в нынешней мирной жизни. А вот на фронте Анохин, если требовалось, не раздумывая делал шаг вперед, прекрасно понимая, что этот шаг легко может стать последним для него. Михаил Анохин служил старшим оперуполномоченным контрразведки «СМЕРШ» 80–го гвардейского минометного полка в подразделении, обеспечивавшем сохранность и секретность ракетных установок «Катюша». Боевая задача ставилась так: в случае, когда орудие спасти не удается, его необходимо уничтожить любым способом. Если надо взорвать вместе с собой, значит, вместе с собой. И это понимали все.


Однажды под Сталинградом произошел крайне неприятный инцидент: приставленный к одной из «Катюш» офицер не смог вытащить установку на бездорожье и уехал в часть, тем самым нарушив приказ. Требовалось срочно что–то предпринимать. И тогда Михаил Анохин вышел вперед: «Я пойду...» Слава богу, удалось найти танк и благополучно вытянуть застрявшую «Катюшу» уже под огнем фашистов. Но ведь все могло сложиться и по–другому... После Сталинградской битвы в полку осталось меньше половины личного состава. Из 24 «Катюш» уцелело только 7, но ни одна не досталась врагу.


Еще Михаил Анохин на фронте вел записи. Делались они между боями огрызком карандаша, угольком — тем, что в руки попадет, и на том, что удастся отыскать. Затем листочки или лоскуточки солдат отсылал полевой почтой домой. Дома записи бережно хранили, и, когда воин вернулся, собрал из них небольшой дневник — очень лиричный и трогательный. Говорят, война ожесточает души и сердца солдат. Не всех...


В нынешние дни юбилея Сталинградской битвы по разным телевизионным каналам часто показывают военную кинохронику тех лет. Вот ужасающие развалины города на Волге, вот вздохнувшие свободно немногочисленные оставшиеся жители, а вот фельдмаршал Паулюс в меховой, похожей на заячью, шапке–ушанке явно русского происхождения. Он ежится и дрожит то ли от холода, то ли от осознания происходящего. Для него война закончилась. А для окружавших его советских бойцов все еще впереди. У них впереди — Победа! И маршрут к ней уже проложен.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Валентин Петрович
Вот кому вечная слава, так это им, которые прошли через ад. Ипусть не верещат в Америке или в Европе, что гитлеровцев победил мороз или там какие-то обстоятельства. Мировое зло победили наши с вами отцы и деды… Простые люди, которым тоже было ведомо чувство страха, холода, голода, а иногда и брошенности, зная как распоряжались жизнями солдат некоторые военачальники.
Влад
Зачем в России идут разговоры о том, чтобы переименовать Волгоград? Делать чиновникам нечего?
Tur
После того, что произошлов Сталинграде, когда боец в среднем жил всего несколько часов а при штурме одного дома могли положиьть роту, - всякая мыслящая цивилизация прекратила бы воевать сама с собой. Дальше некуда! Но человечеству оказалось мало: потом еще Хиросима, Вьетнам, Корея и так дальше. Остается только надеятся, что некоторые политики все-ж таки задумались, и герои Сталинграда погибли не зря.
Сергей Семёнов
К Сталину можно относиться по разному. Мой прадед погиб от рук сталинистов, работников НКВД. Считаю правомерным о переименовании Волгограда в Сталинград. Здесь началась наша победа над фашизмом. На Волховском фронте погиб брат моей бабушки Иван Иосифович Минкевич. Погиб за Родину, которая уничтожила его отца дворянина Иосифа Филиционовича Минкевича. Никто из нашего рода Минкевичей неизменил Родине, хотя Родина жестока относилась к нам.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?