С «легкой руки» Запада

Почти 40% голосов избирателей получили «Братья-мусульмане», которых представляет «Партия свободы и справедливости». В свою очередь, салафитская «Партия света» набрала 24%. Самую влиятельную из светских партий — Египетский блок поддержали всего 15% египтян. Примечательно, что большая часть избирателей, уже отдавших свои голоса, проживает в самых прозападных городах Египта — в Каире и Александрии. По мере включения в избирательный процесс регионов исламисты еще больше укрепляют свое преимущество.

По итогам первого этапа парламентских выборов в Египте убедительную победу одержали исламисты

Почти 40% голосов избирателей получили «Братья-мусульмане», которых представляет «Партия свободы и справедливости». В свою очередь, салафитская «Партия света» набрала 24%. Самую влиятельную из светских партий — Египетский блок поддержали всего 15% египтян. Примечательно, что большая часть избирателей, уже отдавших свои голоса, проживает в самых прозападных городах Египта — в Каире и Александрии. По мере включения в избирательный процесс регионов исламисты еще больше укрепляют свое преимущество.

Движение «Братья-мусульмане» находилось под запретом в государстве Хосни Мубарака за радикальные взгляды. Что касается салафитов, им присущ еще больший фанатизм в религиозном вопросе. Представители этого течения ратуют за введение в стране законов шариата, допускающего такие древние меры наказания, как отсекание руки за воровство или побитие камнями неверных жен. Кстати, именно салафиты стоят за недавними вооруженными нападениями на египетских христиан-коптов и поджогами их церквей. Понятно, что участие салафитов в политической жизни прежнего Египта было менее заметным.

Лидеры избирательной кампании заявили о готовности создать широкую коалицию с другими партиями, прошедшими в парламент. Трудно представить салафитов в коалиции с либералами. Да и с «Братьями-мусульманами» они разошлись накануне выборов. А вот объединение последних с прозападной фракцией вполне возможно. Интерес «Братьев мусульман» понятен — временный союз со светскими партиями обеспечит им международное признание. В свою очередь, либералам в данной ситуации просто ничего не остается, кроме как идти на сотрудничество с оппонентами, иначе их роль в политических преобразованиях современного Египта будет сведена к минимуму.

Результаты голосования не предвещают ничего хорошего для соседнего Израиля. Одним из шагов египетского правительства, в котором большинство принадлежит исламистам, вполне может стать расторжение мирного договора с Израилем, о чем, кстати, часто говорили в ходе избирательной кампании представители обеих исламистских партий. Симптоматично, что и члены Военного совета, в чьих руках временно сосредоточена высшая власть в стране, провели аналогию итогов голосования с форсированием египетской армией Суэцкого канала в арабо-израильской войне 1973 года.

Правда, западные эксперты надеются, что воинственная предвыборная риторика исламистов в отношении Израиля утихнет после того, как будет сформировано правительство, вынужденное считаться прежде всего с финансово экономическими реалиями. Главным аргументом здесь, конечно, является финансовая помощь Египту от США, которая составляет 3 млрд долларов в год. Понятно, что в случае разрыва отношений с Израилем — главным союзником Вашингтона — денежные поступления прекратятся.

Впрочем, меценаты, вероятно, найдутся. Хотя бы в лице той же Саудовской Аравии и прочих преуспевающих государств арабского мира. К слову, во многом благодаря их щедрым пожертвованиям египетские исламисты достигли успеха на выборах. Известно, что в ходе предвыборной кампании исламисты массово раздавали гуманитарную помощь среди египетского населения, приобретенную на средства, полученные из указанных источников. К тому же новое правительство будет находиться под сильным влиянием внешних региональных факторов. Практически весь геополитический вектор от Ливии до Пакистана сегодня превратился в зону нестабильности, где вооруженное противоборство, по сути, разворачивается между двумя силами — демократическим Западом и исламистами.

Следует заметить, что Египет стал третьей страной арабского мира, где к власти в этом году пришли исламисты. В Тунисе и Марокко на выборах также победили исламистские партии. На первый взгляд, нынешний провал либералов удивляет, ведь западные информационные агентства позиционировали арабские революции как демократические — а значит, светские. Впрочем, приход исламистов к власти в постреволюционных странах Северной Африки прогнозировали многие аналитики и политические деятели. В частности, о такой перспективе предупреждали израильские политики. А покойный экс-президент Ливии Муаммар Каддафи вовсе прямо указывал на то, что за ливийской оппозицией стоит «Аль-Каида».

Вместе с тем участие западной коалиции в свержении государственной власти в Тунисе, Египте и Ливии очевидно. Более того, без военной, политической и экономической поддержки США и государств НАТО свержение одиозных режимов вообще едва ли было осуществимо. Вряд ли западные аналитики не могли просчитать результаты выборов, хотя некоторые эксперты еще пытаются представить Вашингтон в качестве наивного заблуждающегося покровителя так называемой арабской весны. Если допустить, что в Белом доме отдают себе отчет в том, что происходит, следовательно, все революции, инициированные западной коалицией в 2011 году в государствах Северной Африки, были спланированы с расчетом на приход исламистов. Но тогда в чем же интерес США, которые позиционируют себя в качестве борцов с исламским экстремизмом? Мотивы просты — ликвидация суверенных государств. Ведь в условиях хаоса легче достичь своих целей.

Классическое национальное государство отстаивает интересы всей нации на определенной территории. Когда же речь идет о фиктивном, зависимом государстве вроде Афганистана или Ирака, нации как таковой не существует, а есть небольшие общественные группы, контролирующие такие же отдельные участки земли и расположенную на ней ценность, например нефтяную скважину или геополитически выгодный транзитный коридор. Понятно, что сторговаться по цене с полевым командиром всегда легче, нежели с президентом целой страны, который вынужден считаться с интересами миллионов своих граждан.

В завершение хотелось бы процитировать слова пресс-секретаря государственного департамента США Марка Тонера, который сказал буквально следующее: «Исход первого этапа нас обнадежил». Что-то подсказывает, что в этих словах американского чиновника нет сомнения — напротив, в них угадывается четкий дальновидный план, реализация которого идет в соответствии с намеченными этапами.

Глеб ВОЛКОВ

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости