Рыцарь оперы

Анатолий Сивко стал первым на престижном международном конкурсе «Новые голоса» в Германии

Анатолий Сивко часто дает белорусам повод для гордости. У него что ни конкурс, то лауреатское звание. Вот и недавно с престижного международного конкурса «Новые голоса» в Германии вернулся с первой премией. Двадцать шесть стран мира, сорок два вокалиста – и белорус лучший из них. Это повод поближе познакомиться с молодым оперным артистом.


— Анатолий, несколько лет назад вы уже участвовали в «Новых голосах», но белорусских. Тогда финалисты имели возможность стать солистами нашего Президентского оркестра, вы отказались. Почему?

— Тогда из-за своей занятости я просто не смог бы работать в штате: было много концертов за пределами страны. Но мы подружились с Виктором Бабарикиным и по сей день выступаем вместе на различных концертах. Пою не только оперу. Например, 11 декабря у нас будет рок-концерт, причем уже не первый. Также я пою оперные арии в рок-обработке и мировые хиты в классической обработке. Все-таки я начинал с рок-музыки, поэтому иногда возвращаюсь к ней. 

— Когда поняли, что опера интереснее?

— Рок мне тоже интересен. Просто в семнадцать лет я начал заниматься академическим вокалом, совмещать с роком было сложно, особенно на начальном этапе. К тому же мой педагог сказал, что с таким голосом надо заниматься оперой, нельзя растрачивать его на что-то другое.

— Расскажите, кто этот человек, который подарил миру такой голос?

— Это Георгий Илларионович Юревич. У него много известных учеников, среди которых и Владислав Сулимский, солист Мариинского театра, который тоже много гастролирует по всему миру. Я счастлив, что судьба свела меня с таким педагогом. Он профессионал с большой буквы, кроме того, очень чуткий человек. Я ему обязан пятьюдесятью процентами успеха. 

— Кстати, тогда солисты Президентского оркестра даже представляли Беларусь на «Евровидении». Не жалеете о потерянном шансе?

— Конечно, нет. Это не мой конкурс. Хотя,  если бы мне предложили интересную песню, почему бы нет? Я люблю смешивать жанры, экспериментировать. Сейчас с Президентским оркестром хотим записать диск именно такой музыки, скорее всего, там будут и наши белорусские народные песни. Как-то исполнял «Нёман» в рок-обработке, получилось интересно. Почему бы не продолжить этот опыт?

— Вас часто сравнивают с Дмитрием Хворостовским. Это льстит или раздражает, ведь каждый артист стремится быть индивидуальностью.

— Это, несомненно, льстит. Благодаря этому человеку я увлекся классической музыкой. Много лет назад услышал, как он пел песни военных лет на Красной площади, и сказал себе: «Я тоже так хочу!» До тех пор не понимал такую музыку, хотя к тому времени мы с мамой уже съездили в Молодечно в музыкальное училище, я показался педагогу, но еще сомневался. А тогда я твердо понял, куда хочу двигаться, стал ежедневно работать. А через десять лет спел с Дмитрием на одной сцене, это случилось в прошлом году. Вы не представляете, какое счастье стоять со своим кумиром рядом. У нас, кстати, с ним один менеджер.

— Неужели музыкальные агенты так нужны даже таким мастерам, как Хворостовский?

— Конечно. Сегодня без агента никуда. Именно этот человек занимается продвижением, предлагает контракты, договаривается с театрами, ты же только говоришь да или нет. Важно иметь хорошего агента.

— И как подружиться с менеджером Хворостовского?

— В любом случае все начинается с прослушивания. Понравился — с тобой начинают работать. Но в моем случае помог именно Дмитрий. После того как мы спели с ним пару спектаклей в Лондоне, я стал вхож в его дом. Однажды мы там репетировали: я пел, он аккомпанировал. Мы закончили, он без слов взял телефон и стал звонить своему агенту. Он говорил ему такие слова обо мне, что я был на седьмом небе от счастья. Это был один из самых счастливых дней в моей жизни.

— Но настоящее счастье для артиста – это покорение лучших мировых площадок.

— Я уже спел в Королевской опере, с Дмитрием Хворостовским исполняли «Бал-маскарад». Вскоре, кстати, это же произведение будет у меня в Баварской опере. Я для себя определил пятерку лучших мировых площадок, на большей части из них я уже выступал, не покоренным пока остается «Метрополитен-опера». Есть куда стремиться.

— Анатолий, скажите, а зачем вполне состоявшемуся певцу конкурсы?

— Это был мой последний конкурс. Это настолько престижная награда, что мне уже больше ничего не надо доказывать. Признаюсь, думал, что последним будет конкурс вокалистов имени Франсиско Виньяса, который в начале года проходил в Испании. Там я получил вторую премию, первую отдали девушке из Украины, и можно было считать, что среди мужчин я был лучшим, тем более что получил еще четыре специальных приза. Но хотелось чистой победы, поэтому и отправился в Германию. Хотя мой агент меня всячески отговаривал, ведь моя жизнь уже расписана на три года вперед.

— Анатолий, расскажите, как простой мальчишка из Сморгони пробился на мировую сцену?

— У меня не было начального музыкального образования. Я играл на гитаре, научился сам. Голос у меня появился в семнадцать лет. Сегодня и сам не понимаю, как случилось, что я стал оперным певцом. Рок-исполнитель – такие мысли были, но никак не бас. В детстве играл в футбол и мечтал стать футболистом. 

Просто в старших классах стал участвовать в местных музыкальных конкурсах – какие-то способности заметила моя учительница пения. Потом мне посоветовали съездить в Молодечно к замечательному педагогу Юревичу. Помню, отправились с мамой, у меня бронхопневмония, голоса нет. Я до сих пор удивляюсь, как Георгий Илларионович что-то услышал. Сказал еще раз приехать перед самыми экзаменами. Так я и поступил. Он очень внимательно ко мне относился.

— Среди наших артистов бытует мнение, что за высшим образованием лучше ехать за границу.

— После музыкального училища я хотел уехать в Санкт-Петербург в консерваторию, но даже не прошел первого тура, хотя у меня к тому времени уже было два Гран-при на международных конкурсах. Вернулся домой. И на мое счастье, в том году на базе Молодечненского музучилища открывался филиал нашей консерватории. Я закончил ее у своего же педагога, в сумме мы проработали с ним девять лет. Ни на минуту не пожалел, что судьба распорядилась так.

— Но в вашей биографии есть учеба в Амстердаме и Зальцбурге.

— В конце первого курса я победил на конкурсе в Эстонии. Мне тогда был 21 год, а остальным участникам на лет пять-шесть больше. В жюри был руководитель оперной студии Амстердама, он и пригласил меня к себе. Пробыл три месяца, не только учился, но и выступал. Кстати, тогда же у меня появился мой первый агент и я начал работать за гра-ницей. Была и двухмесячная стажировка в Зальцбурге. Считаю, что дополнительное образова-ние никому не мешает.

— Несмотря на то что у вас очень насыщенный гастрольный график, вы третий год работаете в нашем Большом театре. Что тянет сюда?

— Каждый артист, каким бы востребованным он ни был, должен возвращаться домой и радовать родную публику. Я здесь получил образование и обязан отплатить добром стране.

stepuro@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости