Рукописи не горят

Еще лет 25 назад старинные иконы и храмовые скульптуры XVI - XIX веков зачастую пылились на чердаках пустующих храмов и даже сиротливо валялись на полу.
Еще лет 25 назад старинные иконы и храмовые скульптуры XVI - XIX веков зачастую пылились на чердаках пустующих храмов и даже сиротливо валялись на полу. Там их и находили ученые из Института искусствоведения, этнографии и фольклора Национальной академии наук.

Эти неутомимые искатели привозили раритеты в Минск из разных уголков республики.

В 1979 году в институте открылся музей древнебелорусской культуры. Здесь и обрели новую прописку найденные учеными храмовые раритеты.

По словам Александра Ярошевича, научного сотрудника отдела древнебелорусской культуры института, всего в музейной коллекции около 18 тысяч экспонатов. Большинство икон и скульптур появились здесь благодаря кандидату искусствоведения Ольге Терещатовой, которая возглавляла отдел древнебелорусской культуры. К сожалению, Ольги Васильевны уже нет с нами.

В 70-е атеистические годы искатели старины специально колесили по городам и весям, скрупулезно собирали иконы и скульптуры - настолько ветхие, что их уже нельзя было использовать для культовых обрядов. Бывало, рассыпается от старости икона - а они ее бережно в Минск везут, чтоб не погибло творение, для истории сохранилось... А одна икона, написанная в стиле белорусского барокко в XVIII веке, выглядела просто ужасно: краска шелушилась и отваливалась. Ольга Васильевна нашла икону XVII века, изображающую мадонну с младенцем. Эта утонченная живопись по стилю напоминает итальянский маньеризм. Где пребывал сей замечательный раритет? В простом деревенском костеле Ивьевского района, который стоял опустошенный, с открытой настежь дверью! Старинное произведение валялось на полу.

Александр Адамович подвел меня к алтарной иконе "Поклонение волхвов". В почтенных годах творение - родилось в первой половине XVI века. Нашла ее опять-таки Ольга Васильевна в пустующем деревянном костеле в деревне Дрисвяты Браславского района. Произошло это в конце 70-х годов прошлого века.

Икона написана на доске, которая проглядывает в тех местах, где облупилась краска. Дерево видно и там, где должен быть лик темнокожего волхва. С первого взгляда можно подумать, что икона пострадала от времени. Но, оказывается, от артиллерийского обстрела в годы Первой мировой войны. Тогда осколок снаряда, пробив крышу храма, ударил в алтарь.

По словам Александра Адамовича, изображение обновлялось 4 раза. В нижней части иконы "пристроился" небольшой портрет мужчины в богатых одеждах, дописанный во второй половине XVII века. Он совсем не гармонирует с общим сюжетом, скорее, даже наоборот. Этот человек - Ян Сегень, выходец из шляхты. Вероятно, он помогал костелу и решил вот так "скромненько" себя увековечить.

В музее бросаются в глаза мраморные надгробия Павла Сапеги и его жен - Регины Халецкой, Альжбеты Веселини и Екатерины Гаславской, выполненные из мрамора в первой половине XVII века. Все четверо изображены в полный рост. На Сапеге - рыцарские латы. По обычаю того времени, эти люди выглядят так, будто они лишь прилегли отдохнуть. Женщины держат молитвенники. Почти у всех прочных на вид скульптур отколоты руки, а одна и вовсе без лица. Возможно, кто-то пытался отбить куски мрамора - точных сведений на этот счет нет. Известно лишь, что довольно долгое время с мраморными изваяниями обращались совсем даже неуважительно...

Первоначально эти надгробия украшали каплицу, что стояла возле костела в деревне Гольшаны Ошмянского района. У Павла Сапеги не осталось наследников, и для живших в Гольшанах монахов-францисканцев мраморные скульптуры уже в конце XVII века ничего не значили. И когда во второй половине XVIII века монахи перестраивали храм, они разобрали каплицу, а надгробия просто сложили в углу костела.

Роскошные скульптуры были бесхозными, когда их на грузовике вывозили из Гольшан ученые под руководством Ольги Васильевны. Тогда, в 1978 году, в костеле больше не оставалось никаких ценностей. Более того: величественный храм был распахнут настежь, но отнюдь не потому, что здесь ждали прихожан, а потому, что его в буквальном смысле превратили в отхожее место.

Уходя, я еще раз оглянулась на мраморного Сапегу. И мне показалось, что этот человек в рыцарских латах лежит с очень уж грустным видом. Наверное, из-за того, что ему довелось пережить. Но теперь он наконец-то обрел должный покой...
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости