Минск
+16 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

Ровесники Победы: мы разыскали и встретились с людьми, родившимися 9 мая 1945 года

Миллионы людей 74 года назад плакали от счастья, когда стало известно о капитуляции фашистской Германии и ее союзников. Победа означала конец страданий и лишений, возвращение с фронта родных и любимых, новые надежды и радости. Долгая изнурительная война не сумела задушить в людях стремление жить и любить, и подтверждением тому стало появление на свет малышей, которым предстояло расти в мирное время. Корреспонденты «Р» отыскали людей, родившихся 9 мая 1945 года, и узнали об их послевоенном детстве, о родственниках, защищавших страну и приближавших Победу, о поворотах судьбы, а также выслушали их наказ потомкам.

Свои счеты с войной


«Первая жена и дочь моего папы погибли от взрыва бомбы»: Лилия ЧИЧКАН — о родителях, послевоенном детстве и конфетах в бумажном кулечке

«Запах свежего хлеба я не забуду никогда», — с трепетом рассказывает Лилия Гавриловна Чичкан. Несмотря на то что родилась она в День Победы и не видела всех ужасов войны, детство было нелегким — голод и разруха наложили отпечаток на всю жизнь. Однако было много и светлых моментов — об этом Лилия Гавриловна рассказывает в написанных ею воспоминаниях. Мы заглянули к ней в гости  и расспросили о ярких воспоминаниях из детства и главных радостях мирной жизни в родной стране.



Партизанскими тропами


Лилия Гавриловна родилась на окраине Барановичей в семье рабочих.

— Папа, Гавриил Романович, был человеком мудрым, глубоким и на удивление жизнерадостным, несмотря на то, что война нанесла ему тяжелые раны. В первые ее дни от взрыва бомбы погибли его первая жена и дочь, а все имущество сгорело дотла. Не представляю, как эту потерю пережил папа, но вера в справедливость, которая теплилась в нем, помогла выстоять. Помню, рассказывал, как помогал партизанам, в частности провиантом, отдал лошадь и телегу.

А вот мама Лилии Гавриловны, Вера Николаевна, родилась в Хабаровске — ее семья бежала туда в годы Первой мировой войны, но в 1922-м вернулась в Беларусь. Окончив четыре класса школы, она работала телеграфисткой, но после замужества с головой ушла в семью.

Лилия Гавриловна вспоминает, что в послевоенное время многодетная семья жила бедно — вшестером ютились в крохотном домике.

— Зато в своем! — показывает уникальные снимки тех лет. — Мы с братьями росли крепкими и здоровыми, потому что в семье царила атмосфера любви, уважения и дружбы. Помню, как вместе играли в настольный теннис, выпиливали лобзиком фигурки, много рисовали, читали…

Определенные ассоциации у Лилии Гавриловны и с днями своего рождения, которые навсегда остались в памяти:

— Так много лет прошло с тех пор, столько всего в жизни повидала, но конфеты в бумажном кулечке, которые мне дарили на именины, никогда не забуду. Они такие приторно-сладкие, липкие, но вы даже не представляете, какое это счастье — просто чувствовать их вкус.

Тяжкий хлеб


Маленькая Лиля всегда недоумевала: как может человек все время, не присев, работать. Идеальным примером труженицы для нее стала мама: она не только успевала ухаживать за огородом и скотиной, но также и готовила на большую семью и при этом тщательно экономила продукты.

— Походы с ней за хлебом были для меня праздником. Большие очереди собирались задолго до того, как свежие буханки привозили в магазин. Запах разносился по всей улице, мне сразу хотелось есть, но добраться до лакомства было непросто: у прилавка начиналась давка. Помню, однажды, когда нам отпустили хлеб, я не могла выйти из магазина — столько было народу, что не протиснуться. Продавец, увидев это, разрешила мне зайти за прилавок и прошмыгнуть на улицу через служебный вход. Как же я была ей благодарна…

В 16 лет, окончив школу с хорошими отметками, юная Лилия поехала поступать в Минский институт иностранных языков. Девушка была уверена, что вскоре переступит порог нового учебного заведения, но не тут-то было.

— Провал на экзаменах стал для меня ударом, но сетовать некогда — пришлось искать работу. Целый год мы с подружками обивали пороги разных предприятий, но везде слышали отказ. К счастью, спустя время по комсомольским путевкам нас пригласили разнорабочими на строительство хлопчатобумажного комбината. Радости не было предела: наконец-то мы кому-то нужны!

Трудилась Лилия Гавриловна много: и крутильщицей в цеху, и контролером технологического процесса в бюро нормирования прядильной фабрики, и экономистом, и инженером труда заработной платы, и преподавателем. К слову, повышения ей удалось добиться благодаря образованию — поступить в вуз все-таки получилось. Правда, на заочку в Ленинградский финансово-экономический институт имени М.А. Вознесенского.

— Эхо войны слышала часто. Помню, работал со мной в бухгалтерской школе коллега-преподаватель Александр Позняк. Был он бойцом в партизанском отряде: участвовал во многих операциях по подрыву железной дороги, по которой на фронт шли немецкие эшелоны с техникой и живой силой. Многим фашистам народные мстители тогда воздали по заслугам. На войне ему после ранения ампутировали ногу — без наркоза, в полевых условиях, просто дав выпить спирта. Человек, столько переживший, тем не менее никогда не терял чувства юмора.

На фото 1945 года крохотной Лилии 6 месяцев. Рядом с ней любящая семья — двоюродная сестра Антонина, старший брат Леонид, мама Вера Николаевна и крестная тетя Валя (слева направо).

«Не дай бог узнать, что такое война»


На пенсию Лилия Гавриловна ушла старшим преподавателем факультета экономики и права Барановичского государственного университета. С гордостью вспоминает она о некоторых своих наградах — медали «Ветеран труда», почетной грамоте Министерства образования и грамоте районного Совета народных депутатов.

Семейная жизнь Лилии Гавриловны сложилась: в августе они с мужем отметят золотую свадьбу. Вдвоем вырастили талантливых сына и дочь и теперь радуются за успехи своих внучек.

— Почти 74 года прошло со дня окончания войны, затянулись раны, отстроились города и деревни, выросло несколько поколений, не знающих голода, холода и смертей. Я желаю, чтобы наши люди продолжали жить в согласии и любви. Не дай бог узнать, что такое война...

Христина ГЛУШКО

glushko@sb.by

Фото автора и из архива героини

А настроение — как май!


«Когда денег не хватало, мама покупала сухую соленую рыбу»: Олег СОЛИМГОРОВ — о трудностях послевоенных лет и двойном празднике

«Всегда чувствовал себя немного особенным», — с улыбкой встречает меня Олег Тимофеевич Солимгоров. Перелистывая семейный альбом и рассматривая черно-белые фотографии, мужчина признается: «Теперь очень жалею, что мало расспрашивал отца о войне». Родители, вспоминает, как могли, оберегали его от тягот послевоенного детства. Накануне двойного праздника Олег Тимофеевич рассказал нам об отце и разрушенном войной Бресте.


Помощь из тыла


Тимофей Григорьевич Солимгоров во время Великой Отечественной войны служил интендантом.

— Папа родился в Иркутске. По образованию он был экономистом. Как только началась война, его призвали на фронт. В ожесточенных боях на передовой он не участвовал, но многое сделал для наших ребят. Интенданты во время войны обеспечивали солдат всем: от вооружения и боеприпасов до топлива и продовольствия. Долгие версты войны привели его в 1944 году в Беларусь, где в Осиповичах он познакомился с мамой Анной Петровной. Этот город молодая семья вскоре покинула: взяв «в охапку» жену, отец поехал по приказу в разрушенный Брест помогать восстанавливать город.

Утром 9 мая 1945 года Тимофей Григорьевич отправился на праздничные гулянья. Он еще не знал, что этот день навсегда останется знаковым в его памяти не только благодаря Великой Победе.

— Его разыскали знакомые, которые и сообщили: «У тебя родился сын».

Дорога, которую выбираем


Олег Тимофеевич вспоминает свое детство и школьные годы:

— Мне все давалось легко: учился на 4 и 5, поэтому 10 классов окончил с серебряной медалью. Еще и успевал заниматься спортом, особенно любил баскетбол. Вообще, детство у меня было беззаботное — спасибо родителям, которые старались всем обеспечить. Хотя хватало и трудностей, с которыми люди сталкивались в  послевоенные годы. Помню, когда денег не хватало, мама покупала сухую соленую рыбу (она тогда копейки стоила), и мы ее ели на завтрак, обед и ужин. Ну а в целом у людей было приподнятое настроение: все стремились к лучшему, отстраивали жизнь заново.

Тимофей Григорьевич с первых дней войны служил интендантом

.Вспоминая прошлое, Олег Тимофеевич сильно корит себя за детскую взбалмошность. В подтверждение своего непростого характера рассказывает показательную историю, чуть ли не поставившую крест на его будущем.

— После школы я поехал поступать в Московский государственный университет. Сдал математику на 4 балла и, казалось бы, должен радоваться — поступил. Но не тут-то было. В общежитии, где я остановился на время экзаменов, ребята стали подначивать:  «Да зачем нам этот МГУ, поехали в Московский инженерно-физический институт, там еще экзамены не начались». В общем, утром я забрал документы, хотя меня в приемной комиссии отговаривали, и поехал с друзьями в МИФИ. Но что это за институт, я практически не знал и тем более понятия не имел, на какой факультет идти. Поэтому — только не смейтесь — встал в самую маленькую очередь и сдал документы. По двум экзаменам получил 5, а вот устную математику провалил. Пришлось вернуться домой, в Брест. Вот что значит молодость с ветром в голове… Но я не растерялся: год отработал лаборантом в местной школе, а потом поступил в Минск на инженера-механика в БПИ (сейчас БНТУ). Зато благодаря этому я познакомился с женой, с которой живем душа в душу уже 51 год. Так что все к лучшему: неизвестно, как бы сложилась моя судьба, если бы поступил тогда в Москве.

Все будет хорошо


Традиция отмечать двойной праздник скромно сложились еще в детстве: больших застолий тогда никто не мог себе позволить.

— Я рад, что 9 Мая отмечу дома, по-семейному. Праздничный салют посмотрю из окна — в этом плюс жизни в доме на улице Ленина, — улыбается Олег Тимофеевич. А потомкам желает одного: всегда жить в мире. — Я считаю, что каждый должен трудиться на своем месте и делать свою работу честно, с душой подходить к делу. Тогда все будет хорошо.

Кристина СКУРАТОВИЧ

Фото автора и из архива героя

МиГ между прошлым и будущим


Военный летчик Борис НУЖДИН родился после войны,но она определила для него и выбор профессии, и отношение к жизни

Крик новорожденного, принятого бабкой-повитухой, слился с радостными возгласами и салютами в честь долгожданной, выстраданной Победы. В шутку Борис Васильевич Нуждин, родившийся 9 мая 1945 года, называет себя последышем — он появился на свет, когда и матери, и отцу было уже под сорок, и стал третьим ребенком в семье, где еще долгие годы в разговорах не иссякала тема войны. Ровесник Победы рассказал «Р», как с юных лет и на всю жизнь его покорило сочетание синевы ясного неба и мощи самолетов, причем именно тех, которые могут эту безмятежность уберечь. 

Борис Васильевич с большим уважением относится к памяти тестя, стрелка-радиста Ил-2, прошедшего всю войну.

Долгая память


— В семье случился двойной праздник, и я даже не знаю, какой из них был важнее, — говорит о дне своего рождения Борис Васильевич.

Сколько себя помнит, 9 мая в гости всегда приходили родственники, но так до сих пор и непонятно — его поздравить или отметить День Победы. Ведь разговоры в любом случае сворачивали на тему войны. Слишком свежи еще были воспоминания, очень яркими оставались впечатления:

— Рассказывали, кто и как жил, где воевал, вспоминали погибших. У людей в памяти надолго осталось то время жестокое.

В силу возраста родителей Бориса Васильевича не призвали на фронт, когда началась мобилизация. Его отец участвовал лишь в битве на реке Халхин-Гол в Монголии в 1939 году. Однако это не значит, что война обошла их семью стороной:

— И мать, и отец, и старший брат работали на оборонном заводе в Кемерово, где производились порох, патроны, мины, гранаты. Рассказывали, что фактически там и жили, зачастую ночуя. Рабочие пухли с голоду, но от станков не отходили — фронт нуждался в боеприпасах. Мама говорила, недалеко от завода было поле, на котором росла картошка, и полигон, где испытывали снаряды. Так и убирали урожай — под грохот взрывов, свист разлетавшихся осколков.

О детстве у Бориса Васильевича остались теплые воспоминания: мирное голубое небо, мама и папа рядом, друзья, веселые игры — что еще нужно ребенку?

— Не сказал бы, что мы голодали в послевоенные годы, — хмурится, припоминая, мой собеседник. — У нас корова была. Очень я любил парное молоко — так, что еще долгие годы родители надо мной подтрунивали по этому поводу.

Зов неба


Учился и оканчивал школу Борис Васильевич в Омске. И пусть военные действия прекратились с его рождением, сердце мальчика оказалось отдано военной авиации.

— После школы я поступил в аэроклуб, отучился там, потом пошел в учебный авиационный центр, затем окончил Ейское летное училище, — перечисляет подполковник военно-воздушных сил в отставке. — По распределению отправился служить в Украину, где познакомился с будущей женой Надеждой. Ее отец тоже военный летчик, служил в том же полку, но когда я приехал, уже вышел на пенсию.

Фотография тестя, Попова Николая Павловича, стоит в квартире Нуждиных на почетном месте. В качестве стрелка-радиста на штурмовике Ил-2 он начал свою войну битвой за Сталинград, участвовал в освобождении от фашистов Кубани, Восточной Украины и Беларуси, а закончил в Австрии.

— Экипаж штурмовика Ил-2 состоял всего лишь из двух человек, — объясняет Борис Васильевич. — Летчик вел машину, а стрелок-радист сидел позади, спиной к нему, за пушкой или пулеметом, прикрывая самолет от вражеских истребителей.

МиГ-17.

Говорят, Николай Павлович с удовольствием общался со школьниками и трудовыми коллективами, а вот в собственной семье о войне рассказывать не любил. За него это делала супруга, которая участвовала не только в Великой Отечественной, но и в финской войне.

— Мама Вера Семеновна «состарила» себя на два года и ушла на фронт, — вступает в беседу Надежда Николаевна, супруга Бориса Васильевича. — Не знаю, как называлась эта служба, но фактически они были обслуживающим персоналом — сопровождали армию, ухаживали за ранеными, работали на кухне. Особенно тяжелые воспоминания сохранились от последних месяцев войны. Преследуя неприятеля, армия двигалась очень быстро. Мама говорила: «Ты не представляешь! Бывало, мы шли просто по трупам, оставшимся после боев, не хватало времени их хоронить. Это было невероятно тяжело! Попадались и раненые. Кого могли — вытаскивали, за собой волочили».  

Страны и гарнизоны


Военный летчик Борис Васильевич летал на бомбардировщиках. Он бережно расставляет передо мной модели самолетов, которыми приходилось управлять, — МиГ-17, МиГ-21. Когда возникли проблемы со зрением, остался на земле, в командном пункте. В качестве штурмана несколько лет служил в Чехословакии. Оттуда перевелся в Читу, в Центр управления авиацией, где отвечали за взаимодействие боевой авиации с наземными войсками. Был начальником информационно-справочной службы, в которую стекались все сведения, касающиеся боевой готовности каждого авиационного полка, информация о боезапасах, летчиках. Затем снова была Чехословакия. Там его и застало решение о роспуске военной Организации Варшавского договора, за которым последовал вывод советских войск из Венгрии, объединенной Германии, Польши и Чехословакии. Так семья Бориса Васильевича оказалась в Минске.

— Итогом распада Советского Союза стала реорганизация военно-воздушных сил Беларуси, — вспоминает Борис Васильевич. — Здесь ведь базировались и боевая, и армейская, и морская авиация. Небольшая страна не нуждалась в таком количестве ВВС, поэтому их состав сокращался. Вскоре я уволился в звании подполковника военно-воздушных сил.

Сейчас Борис Васильевич, которому на днях, как и Великой Победе, исполнится 74 года, наслаждается заслуженным отдыхом. Он радуется за детей, гордится внуками и все еще немножко скучает по небу, деловитой суете аэродрома и запаху авиационного топлива.

Оксана НЕВМЕРЖИЦКАЯ


Фото Александра КУШНЕРА

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.67
Загрузка...