Ротонда княжеских кровей

Корреспондент «Р» совершила виртуальный тур на пять веков назад, чтобы взглянуть на каменную диковину

Историки подобрались к очередному открытию — замка, одна из башен которого могла служить церковью. Год назад эта история вполне сошла бы за новогоднюю сказку. Но сейчас не получится. Брестский краевед Анатолий Гладыщук парирует: мы не имеем права забыть об одном из древнейших белорусских замков — Берестейском. О том самом, который в период с XIII по XVII столетие был резиденцией первых лиц в государстве. Завораживает в этой истории еще и то, что одной из композиционных изюминок ансамбля была необычная церковь Святого Петра. По функциям — оборонительная башня. По конструкции — ротонда. Корреспондент «Р» совершила виртуальный тур на пять веков назад, чтобы взглянуть на каменную диковину.


Анатолий Гладыщук протягивает рукопись своей книги «Замок Берестейский». Около семисот страниц, тринадцать глав, серьезные приложения. Здесь под одной обложкой собраны его доказательства того, что некогда на территории нынешнего археологического музея «Берестье» находился великолепный замок. По датировке Берестейский замок — самый древний на территории страны. Первое письменное упоминание о нем относится к 1182 году. Оно связано с защитой от нападения поляков замка и города русским князем, имя которого не называется. 

Княжеской резиденцией замок стал во второй половине XIII века, когда Владимиро-Волынский русский князь Владимир Василькович поставил в нем каменную вежу, «яко Каменецкую» (поныне стоит подобная в Каменце), и церковь Святого Петра. Что за церковь? 

Первоисточники приводят историка к заключению: первый и единственный раз на существование на территории Берестья церкви с таким названием обращает внимание Галицко-Волынская летопись. Значит, она была во второй половине XIII столетия. К сожалению, с тех пор хронографы не проронили о культовом сооружении ни единого словечка. Но Анатолию Гладыщуку для продолжения теоретического расследования было достаточно и этой весьма емкой фразы: зачем было летописцу придумывать церковь, которой не существовало?

Отправившись в исторический экскурс, Анатолий Антонович находит подтверждение своей гипотезе у известного ученого-историка, основателя археологического музея «Берестье»:

— Профессор Петр Лысенко в своей научной монографии «Открытие Берестья» по итогам работы над созданием археологического музея «Берестье» пишет, что в раскопе в 1972 году выявлен развал кладки из крупных валунов на извести в небольшом тонком культурном слое, содержащем предметы XIII века. В 1987 году в шурфе на большой глубине Петр Лысенко найдет крупноформатный кирпич-пальчатку. Такие применялись в XIII веке. Но самое главное, им найден и обломок неполивной керамической плитки прямоугольной формы.  

Эврика: подобные плитки применялись для укладки полов в монументальных культовых сооружениях. Значит, церковь, если это она, могла быть одновременно и башней: у Берестейского замка согласно плану 1657 года Эрика Дальберга отдельного здания для церкви не значилось. 


Гладыщук перебирает страницы монографии о храмах X—XIV веков украинского исследователя Юрия Дыбы. Автор делает вывод: одной из устоявшихся традиций в нашей местности в то время было строительство церквей-ротонд. Дальше — больше. Согласно умозаключениям украинского автора, некоторые каменные церкви-ротонды вполне могли принадлежать замкам. 

Анатолий Гладыщук решил перепроверить самого себя беспристрастным вопросом: какие древние каменные сооружения в принципе могли находиться в южной стороне от здания музея «Берестье», то есть там, где Лысенко мог обнаружить артефакты и откуда вывалился кирпич-пальчатка? Анализ разных планов города и их совмещение со снимками из космоса дает потрясающий результат. Он возвращает нас к гипотезе Гладыщука: похоже, как раз за южной стеной современного здания музея находились две из пяти веж Берестейского замка. Одна из них могла быть церковью-ротондой…

В дошедшем до наших дней Реестре замка Берестейского (1566 год) подробно описывается «третея одъ Замуховеча наполъ до полудне» вежа. На башню ведет лестница с цепью, в стене есть малые сени и «светлочка»-комната, окно одно, печь и скамейки, из «светлочки» выходим в помещение-«камору», в нем два окна, из малых сеней опять «камора», двери все с защелками. Неизвестно почему, но описание внутренней планировки есть только для этой вежи и «зекгаровой», то есть вежи с башенными часами. Остается загадкой и то, зачем в стене оборонительной вежи понадобилась комната с окном, печью, лавами? Какова роль комнаты с двумя окнами? 

Ответ нашелся неожиданно — и в том же Реестре замка Берестейского. Читая ревизорский список священнослужителей Берестья (1566 год), названных по принадлежности к церкви, историк обнаруживает: «Попъ Петровски». То есть священник церкви Петра. Предположения соединились: оборонительная вежа могла быть одновременно замковой церковью-ротондой. Носила имя она Святого Петра.  Других-то церквей Петра в Берестье не было.

Интересно, что тогдашние церкви-ротонды частенько строили двухъярусными. Две каплицы размещались одна над одной (например, XIII века каплица Сент-Шапель в Париже). Верхняя предназначалась для владельца и его семьи, больших сановников. Нижняя — для придворных нижнего ранга. Анатолий Гладыщук предлагает вспомнить описание комнаты с одним окном в тесной веже, потом еще одной — уже с двумя окнами: «Думаю, это церковь. Мои теоретические исследования вполне могут оказаться историческим вымыслом. Поэтому окончательный ответ в таких вопросах даст только археология».

Место «жительства» необычной церкви-ротонды XIII века обозначено обстоятельно. Чтобы узнать наверняка, нужно копать. Результатом такого археологического раскопа вполне может стать историческое открытие и, как это было с «Берестьем», воссоздание древности. В данном случае — изящной древней каменной ротонды. Но это уже совсем другая история. 

ДОСЬЕ

Анатолий Гладыщук — краевед, историк. Автор книги «Нямцэвічы. Сапраўдныя гісторыі» о знаменитом белорусском роде Немцевичей. Например, Юлиан Урсин был адъютантом Тадеуша Костюшко, участвовал в создании первой Конституции в Европе. Благодаря открытию, сделанному автором книги, уже четвертый раз в деревне Скоки (Брестский район) в родовом усадебном доме проходят научно-практические конференции «Встреча с Немцевичами». Кроме этого, Анатолий Антонович — кандидат физико-математических наук, профессор кафедры физики Брестского государственного технического университета.

В ТЕМУ

Археологический музей «Берестье» — филиал Брестского областного краеведческого музея. В 1960—1980-е годы на раскопках в этом месте обнаружили деревянные постройки XI—XIII веков, уличные мостовые, ограждения, предметы материальной культуры тех времен. Находки дали жизнь будущему музею. В центре экспозиции — раскоп. На глубине четырех метров размещена часть ремесленного квартала, состоящего из 28 деревянных жилых и хозяйственных построек.

hanna.petrachenka@yandex.ru
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...