Сельская газета

Россельхознадзору скучно. Приходится запрещать уже запрещенное

Правда ли, что это надзорное ведомство вновь закрыло ряд наших предприятий?

Продовольственные взаимоотношения двух  стран полны многочисленных запретов, разрешений, разговоров и переговоров. Особенно богат ими 2017 год. Из-за продвигаемой российским аграрным ведомством политики импортозамещения экспорт продуктов питания регулярно «накрывает» то усиленный контроль, то полный запрет, то вообще непонятные вещи. 

Впрочем, обо всем по порядку. 


Время летит быстро. Более трех лет прошло с момента ввода российского продовольственного эмбарго. И шанс занять опустевшие полки магазинов соседней страны мы вовсе не упустили. Поставки только нашей молочки сюда за последние два года в тоннаже выросли на 50 процентов. Да,  Беларусь — не Италия, не Франция и даже не Северная Финляндия, но на хорошем сыре, молоке, колбасе, да и на  других качественных продуктах можем хорошо зарабатывать. Но какой бизнес без такой жестокой штуки, как конкуренция. Мы не учли, что, насыщая соседний рынок качественной едой, больно наступаем на старую мозоль российских переработчиков. Белорусские мясо и молоко – серьезные конкуренты, убрав которые можно очень прилично заработать, а самое интересное — не особо  напрягаясь.

Подтвержденный факт и то, что на российском рынке нам искусственно создают не самые благоприятные условия, вводят  квоты. Затем следует неизбежное  обвинение  нас в демпинге: мол, занижают цены, чтобы выбить конкурентов с рынка. 

Теперь основная претензия – реэкспорт продовольствия и недостаточный санитарный контроль. И главный инструмент воздействия на конкурентов — Россельхознадзор – лютует с завидным постоянством: история претензий российского ведомства есть практически у каждого нашего предприятия.

Только за прошлый год Россельхознадзор насчитал 723 нарушения в поставках,  а в конце февраля этого года вообще ввел режим усиленного лабораторного контроля в отношении десятка мясо-молочных предприятий,  с весны к ним добавилось еще девять. В мае, правда, Россельхознадзор снял ограничения с девяти наших переработчиков, но, видимо, чтобы мы не особо расслаблялись, в отношении еще девяти ввел режим усиленного лабораторного контроля,  временно ограничил поставки еще трех молочных компаний. Кроме того,  на своем сайте опубликовал так называемый стоп-лист, в котором оказались 34 завода, которые производят молочную, мясную, рыбную продукцию, корма. Мало того, 20 комбинатам дали право поставлять только отдельные виды продукции.

Потом все как-то затихло, тема ушла с газетных страниц. Но, видно, скучно стало специалистам Россельхознадзора. Да еще не всегда левая рука знает, что делает правая. Иначе как объяснить, что 18 августа ведомство снимает ограничения на ввоз продукции трех предприятий — ОАО «Молочные горки», ОАО «Рогачевский МКК», ОАО «Савушкин продукт», введенное… днем ранее. При этом в его реестре вообще ничего не упоминалось о введенных по отношению к данным предприятиям санкциях.

В начале сентября Россельхознадзор закрыл ввоз сухого молока, сыра и масла Копыльского филиала Слуцкого сыродельного комбината, ссылаясь на свое же указание от… 15 мая.

 Директор маслосырзавода Иван Горбач  недоумевает: «Никаких протоколов не видели, где, конкретно в какой продукции и при каких обстоятельствах обнаружили что-то запрещенное. Не знаю и не представляю. Будем разбираться». 

На 10 сентября российский рынок для ввоза всей продукции закрыт для 8 молокоперерабатывающих комбинатов, частичного ввоза – для 16. Запрещены поставки также с 16 мясных государственных предприятий и 9 частников. 

Но послушайте. Если надзорное ведомство отвечает за свои слова, то мы, белорусы,  должны либо вповалку лежать  в инфекционных больницах, либо просто корчиться в судорогах, откушав  некачественных колбас, сыров и прочей еды. 

Или же дело все-таки в другом? В том, что ведомство  пляшет под дудку своих крупных производителей, делающих все,  чтобы ниши на российском рынке, освобожденные западными «партнерами», не заняли белорусы.

И ведь мы точно не знаем, что Россельхознадзор находит или нет, потому что доступа к протоколам испытаний нет. Но известно, большинство консервантов, стабилизаторов или антибиотиков, которые применяются в техпроцессе производства, например,  сыров, разлагаются во время созревания. Это значит, когда продукт поступает в продажу, нельзя обнаружить даже следов использования. К тому же обычно это настолько мизерные дозы, что нет никакого риска здоровью потребителя. Поэтому можно выдвинуть три версии.

Первая – нашли какую-то бяку просто, чтобы ее найти. Вторая — в поставках был слишком незрелый сыр. Третья – консервантов переложили, потому что сырье было совсем плохое. В третью версию не верю, потому что у нас отличное сырье, модернизированные или недавно построенные заводы. Уровень производства на порядок выше, чем на большинстве российских предприятий. 

Как будут развиваться наши отношения на молочном рынке, предсказать несложно. Думается, мало что изменится. Как говорится, что в лоб, что по лбу. В любом случае, Россия далека от самообеспеченности собственным молоком, и без нашей продукции пока не обойдется. Как бы ни лютовал надзор. 

germanovich@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Иван г.Кричев
А этому удивляться уже не стоит и пора вводить зеркальные меры. Только нужно разобраться, чей интерес прикрывает
эта контора, чтобы не пострадали не виновные.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости