В стране сокращается число социальных сирот и домов-интернатов, а 449 белорусов работают профессиональными мамами и папами: эксперт — о последних трендах в охране детства

Родителями не рождаются

В отношении детей, оставшихся без родительской опеки, у нас в стране в  последние годы наблюдается несколько позитивных тенденций. За пять лет домов-интернатов стало меньше чуть ли не наполовину. Вместо этого детей активно устраивают в приемные семьи, открываются детские дома семейного типа. Все больше людей готовы посвятить свою жизнь воспитанию ребят с тяжелой судьбой. Как и благодаря чему развиваются семейные формы воспитания сирот — в нашем материале.
Родителями не рождаются, а становятся. Эта фраза приобретает вдвойне правдивый смысл, когда речь заходит о детских домах семейного типа (ДДСТ). Супруги берут на себя обязанность воспитывать от 5 до 10 сирот, а в трудовой книжке появляется запись «родитель-воспитатель». Иначе говоря, это профессиональные мамы и папы. Сегодня в Беларуси 449 родителей-воспитателей. Кому и на каких условиях государство доверяет воспитание ребят, по разным причинам лишенных родительской опеки? В чем преимущества детских домов семейного типа и что дало стране развитие форм семейного жизнеустройства сирот? О современных трендах охраны детства корреспондент «Р» поговорила с заместителем начальника управления социальной, воспитательной и идеологической работы Министерства образования Еленой Головневой.

Путь к госполитике

— Елена Васильевна, о том, что воспитывать детей, оставшихся без родительской опеки, лучше в семье, говорят уже давно. Необходимость замены интернатов семейными детскими домами неоднократно отмечал и Президент. Насколько стране удалось осуществить переход с групповых форм воспитания сирот на семейные?

— Первый дом семейного типа на территории страны появился еще в 1989 году в семье минчанки Лидии Кузнецовой. В 1995 году, когда мы начали вести статистику, таких домов было уже 21, и там воспитывалось 135 детей. Семейные детские дома открывали в Могилевской, Минской областях, Минске. Но на тот момент это были своего рода эксперименты. Белорусский детский фонд оплачивал труд родителей, а местные исполкомы выделяли на эти цели помещения. В том, что семейные формы воспитания сирот стали широко распространенным явлением и, особенно важно, делом государственным, сыграло важнейшую роль несколько президентских программ «Дети Беларуси», а также последующее включение всех плановых показателей по развитию ДДСТ в государственные инвестиционные программы. После того как в 2007 году Александр Лукашенко познакомился с опытом семейного воспитания сирот, процесс оптимизации сети интернатных учреждений пошел очень активно. Уже в 2008 году детские дома семейного типа были на 60 процентов укомплектованы бывшими воспитанниками школ-интернатов.

Раиса и Казимир Макей открыли семейный детский дом в поселке Чисть Молодечненского района.

— В каких регионах детских домов семейного типа сегодня больше?

— Как и на начальном этапе, в стране по-прежнему в лидерах Могилевщина — здесь функционирует 51 ДДСТ. В Гомельской области их 47, в Брестской — 50. Меньше всего в Минске, однако в столице больше развита приемная семья.

— А в чем разница?

Убрать в доме маме помогают дети.
— В количестве детей. В приемной семье их не более четырех. В детском доме семейного типа — от пяти до десяти. Но в отличие от интерната или Детской деревни (городка) семейный детский дом не имеет статуса учреждения, это замещающая семья.

Детский дом семейного типа и приемная семья — варианты профессиональной замещающей семьи. Они создаются на основе двух договоров — договора об условиях содержания и воспитания детей и трудового договора. То есть родитель-воспитатель в детском доме семейного типа и приемный родитель в приемной семье принимаются на работу и относятся к педагогическим работникам. Родители-воспитатели имеют статус занятых в экономике, получают зарплату учителя 2-й категории, им идет трудовой стаж, предусмотрен трудовой отпуск 56 календарных дней. Если в семье есть дети с особенностями развития, родителям-воспитателям положены соответствующие доплаты и компенсации. Плюс выделяется государственное пособие на содержание каждого ребенка.

Законодательство предусматривает возможность приема на работу супругов. Как правило, родителем-воспитателем устраивается жена на полную ставку, а ее муж — на полставки по совместительству. Чаще мужчина в ДДСТ имеет основное место работы за пределами дома. К слову, такая схема распределения ролей соответствует классической модели многодетной семьи. И ребенок, который здесь воспитывается, получает гармоничное представление о том, какой должна быть семья, как распределены в ней роли мужа, жены, а также о своей роли и обязанностях в семье.

Требуются любящие

— Расскажите, как создаются семейные детские дома?

 — Есть два пути. Первый: если у гражданина есть в собственности жилой дом или квартира, которые позволяют разместить до десяти детей, включая усыновленных, биологических и приемных, то детский дом может располагаться на площади родителей-воспитателей. В таком случае кроме ежемесячных денежных выплат на содержание подопечных предусмотрена компенсация расходов по коммунальным платежам, которые он несет в связи с проживанием воспитанников. Второй вариант — детский дом создается в специально построенных для этих целей новых коттеджах или нескольких квартирах на одной лестничной площадке многоквартирного дома. Большинство наших ДДСТ работает в благоустроенных домах-коттеджах, где есть все необходимое для детей: мебель, бытовая техника, постельные принадлежности и игрушки.

— Кто чаще становится родителями-воспитателями?

Профессиональная мама учит девочек шить. 
— Как правило, это женщины и мужчины, которые уже имеют опыт воспитания собственных детей и неравнодушны к тем, кого обделила судьба. Отрадно, что в нашей стране уже появилось несколько династий родителей-воспитателей: их дети тоже создают свои приемные семьи или ДДСТ.

Законодательство не ограничивает желающих стать родителями-воспитателями не только в образовании, но и в возрасте. Опыт наших ДДСТ показывает, что профессия не играет большой роли в том, как они налаживают отношения с детьми. Среди белорусских родителей-воспитателей есть и бывшие работники сельского хозяйства, и строители, и бухгалтеры, и журналисты. Есть молодые и, наоборот, умудренные жизненным опытом люди. Главная их особенность — любовь к детям.

— А как тестируют на любовь к детям?

— Есть порядок подготовки кандидатов в усыновители и родители-воспитатели. Любой гражданин, желающий посвятить себя воспитанию детей-сирот, в том числе и в формате детского дома семейного типа, обращается по месту жительства в управление образования, заявляет о своем намерении, и его направляют в социально-педагогический центр, где он проходит психолого-педагогическую подготовку. Изучаются его условия жизни, запрашиваются характеристики соседей, коллег. Человек также должен подтвердить наличие источников дохода. Органы власти в плановом порядке закладывают в инвестиционную программу на следующий год строительство дома семейного типа с учетом потребностей региона.

— Как часто госорганы приходят с проверками?

— Такие дома не имеют статуса учреждений, это семья. Поэтому избыточного контроля здесь быть не должно. Отчет родителей о расходовании средств предусмотрен, но требовать чеки с рынка о потраченных на кроссовки или на еду деньгах, согласитесь, неразумно. Должна быть определенная степень доверия. Два раза в год проводится обследование семейно-бытовых условий, и этого достаточно. Как правило, по внешнему виду, атмосфере, по рассказам детей видно, есть ли проблемы. Если поступят тревожные сигналы от соседей, из школы, тогда со стороны госслужбы будет пристальное внимание. Но наша позиция — семья должна быть семьей.

Единственная проблема, которая существует сегодня и над которой мы работаем, — эмоциональное выгорание родителей-воспитателей. Находиться с детьми постоянно и, когда их десять, при этом решать хозяйственные, бытовые, юридические и медицинские вопросы очень трудно. Иногда дети учатся в трех разных школах, и даже на все родительские собрания родители-воспитатели могут не успевать. А когда кто-то из детей заболевает и надо находиться с ним круглосуточно, внутренних сил не хватает. Подключаем психологов социально-педагогических центров оказывать семьям максимальную поддержку.

Такой коттедж предоставили для проживания воспитанникам Раисы и Казимира Макей в Молодечненском районе.

— Любой ребенок-сирота может попасть в семейный детский дом? Можно ли взять младенца?

— Желающих взять самых маленьких много среди усыновителей — сейчас, например, 154 человека на очереди. А усыновление у нас в приоритете. Поэтому в ДДСТ попадают, как правило, дети постарше. К сожалению, туда еще сложно устроить детей с особенностями психофизического развития, инвалидностью. И не потому, что родители-воспитатели против или в доме нет условий, допустим, по безбарьерной среде. Все эти вопросы решаются. Дело в том, что в детском доме семейного типа до десяти детей, и часто это несколько кровных братьев и сестер, не всегда готовых принять ребенка с особенностями, который для них родным не является.

К счастью, случаи, когда детей с тяжелыми заболеваниями благополучно устраивают в такие дома, уже не редкость. В Ленинском районе Минска в квартире случился страшный пожар, погибли родители, дети сильно обгорели, и одна девочка с обширными ожогами оказалась в больнице, ее состояние было очень тяжелым. Родитель-воспитатель Ирина Курьян забрала ее, и, несмотря на то, что малышка требовала постоянного ухода, реабилитации, внимания, удалось полностью восстановить ее и подготовить к самостоятельной жизни.

Все подопечные родителей-воспитателей Веры и Василия Ложечник любят выбираться в лес за ягодами и грибами. 

— Если ребенка оформили в семейный детский дом, значит, назад, то есть в биологическую семью, уже дороги нет?

— Если в отношении ребенка принято решение о том, что он нуждается в государственной защите, он может быть помещен в любую замещающую семью или интернатное учреждение. Но при этом все равно планируются мероприятия по налаживанию детско-родительских отношений с биологическими родителями. И если родитель-воспитатель принимает такого ребенка, он обязан налаживать отношения между этим ребенком и его родителями, принимать непосредственное участие в мероприятиях, предусмотренных для возвращения в родную семью. Если же биологических родителей лишают родительских прав, то ребенок остается в детском доме семейного типа.

Дети из всех замещающих форм воспитания могут быть усыновлены. Нередко и сами родители-воспитатели усыновляют своих воспитанников.

Экономия и интерес ребенка

— Правда ли, что по сравнению с интернатными учреждениями содержание ДДСТ менее затратно?

— Чем больше учреждение и число воспитанников, чем больше здание с коммуникациями, тем, разумеется, дороже его содержать — ведь требуется не только штат педагогических работников, но и обслуживающего персонала. В ДДСТ нет уборщиц, поваров, рабочих по обслуживанию. Экономная хозяйка, мама-воспитатель, готовит вместе с детьми, покупает вместе продукты и содержит дом как свой собственный, как в обычной многодетной семье. Поэтому расходы здесь ниже.

Мы проводили расчеты, во сколько обходится содержание одного ребенка по плановой наполняемости во всех формах устройства сирот, кроме опекунской семьи (родственникам зарплат государство не выплачивает, только пособие на детей), и ДДСТ действительно оказался наименее затратной формой. Чуть дороже обходится содержание воспитанника в Детской деревне (городке), затем — в детском доме, затем — в школе-интернате, и дороже всего — в приемной семье.

Однако при выборе формы устройства мы руководствуемся не экономическими критериями, а прежде всего социальными — интересами ребенка, как ему лучше. В белорусских ДДСТ сегодня воспитывается 1827 ребят. Для сравнения: в приемных семьях — в два раза больше.

И дети в ответе за тех, кого приручили. 

 Сохранять и замещать

— То есть в некоторых случаях не стоит торопиться и с устройством в ДДСТ?

— Политика в сфере охраны детей комплексная. Вначале предпринимаются все меры, чтобы сохранить биологическую семью ребенка. В стране стали реже лишать родительских прав. До принятия Декрета № 18 «О государственной защите детей в неблагополучных семьях» все сложные ситуации сразу же выносились на рассмотрение суда, и у родителей забирали детей. Сейчас прерывание отношений между родителями и детьми — это многоступенчатый процесс. При семейном неблагополучии ребенок попадает в поле зрения любого из субъектов профилактики. Начинается социальное расследование, есть ли причины и основания для признания ребенка находящимся в социально опасном положении. Если такие причины нашли, то местные органы определяют необходимые мероприятия, которые помогут вывести из него. Если родители не принимают такую помощь и не выполняют рекомендаций служб, дети признаются нуждающимися в государственной защите, и их отбирают у родителей на срок не более шести месяцев. И только когда родители ничего не предпринимают, чтобы вернуть своих детей, комиссия принимает решение направить документы в суд.

В случае невозможности сохранить биологическую семью ребенка пытаются устроить в опекунскую семью, то есть к родственникам, чтобы не прерывать кровные связи. Если нет близких, готовых стать опекунами, ищут замещающую семью. В приоритете усыновление, потому что семья усыновителей обеспечивает все права ребенка, вытекающие из родства с кровными детьми. Если усыновителей не находят, устраивают в приемную семью или ДДСТ. И в крайнем случае — в интернатное учреждение.

Младенцев, как правило, усыновляют, а в ДДСТ приходят дети постарше. 

— О каких эффектах такой многоплановой политики можно говорить сегодня?

— Во-первых, число выявляемых детей сиротской категории за последние пять лет снизилось на 23 процента — в прошлом году их было чуть более 2000. Второй тренд — в два раза сократилось количество отказов родителей от детей. В прошлом было всего 84 отказа (раньше мы фиксировали сотни случаев). И третья тенденция — становится меньше число вновь выявленных детей сиротской категории, направляемых на воспитание в детские интернатные учреждения. Если в 2015 году в интернаты устроили 14 процентов вновь выявленных детей, утративших родительскую опеку, то по итогам прошлого года — 11 процентов. За пять лет сеть интернатных учреждений для детей сиротской категории в системе образования сократилась более чем на 41 процент — с 34 до 20.

Кроме того, сохраняется положительная динамика восстановления родителей в их правах. За время действия Декрета № 18 по решению суда 2457 родителям возвращены 3885 детей. Примерно столько живут в 52 детских домах максимальной наполняемости.

К сожалению, мы пока не смогли преодолеть такое негативное явление, как лишение родительских прав. В 2019 году суды приняли такое решение в отношении 1312 родителей, у которых забрали 1258 детей. А это означает, что потребность в домах семейного типа, как и в других формах устройства сирот, остается.

ИЗ ПЕРВЫХ УСТ

Профессиональные мамы — о своем призвании

Раиса МАКЕЙ, родитель-воспитатель десяти детей, поселок Чисть, Молодечненский район:

— Мы с мужем выросли в многодетных семьях. Для меня норма, если в доме шумно, звенят веселые детские голоса. Но после рождения дочери врачи сказали, что больше детей у меня не будет. И мы решили взять сироту на воспитание, через год ее удочерили. Через несколько лет захотели еще одну приемную дочку. Вот нам и предложили организовать дом семейного типа и дали сразу пятерых. Так наша жизнь радикально изменилась — мы переселились из трехкомнатной квартиры в двухэтажный коттедж, который нам выделили, и живем большой семьей: сейчас у нас десять деток. По своей специальности строителя я так и не успела поработать. Совершенствуюсь по специальности мамы. За время работы родителем-воспитателем научилась тому, о чем и подумать не могла — стричь (все мальчики проходят через мой домашний салон красоты) и шить (ремонтируем одежду своими силами).

Наше воспитание — в деятельности. Когда к нам поступает ребенок, первое время мы не выдвигаем никаких требований. А потом постепенно приобщаем к разным делам. Девочку прошу помогать мне по кухне, мальчика — мужу по ремонту, работе в саду. Ходим в лес, выезжаем на речку, хлопочем в огороде. А еще мы ухаживаем за домашними животными. Дети, которые пережили предательство, очень трепетно относятся к брошенным котам и собакам. Подобрали бездомного кота, взяли пса из приюта, оставили у себя еще одну собаку, от которой отказался хозяин. Тишка негласно закреплен за Викой. Бандита и Роя кормит Вова. Они знают, что такое ответственность за тех, кого приручили. А в мяч с животными играют все.

Маргарита Галиновская, родитель-воспитатель восьмерых детей, Жодино:

— Я 13 лет отработала бухгалтером в гороно. И часто слышала щемящие душу истории, как дети оказывались забытыми и преданными собственными родителями. Слушала, мужу рассказывала, и мы как-то решили: квартира большая, давай возьмем к себе кого-нибудь, хоть одному обиженному судьбой ребенку будет легче. А в городе как раз закрывался дом семейного типа, и нам предложили сразу пятерых ребят. Я подумала: ну и ладно, будет у нас что-то вроде круглогодичного пионерского лагеря. И в течение года мы еще пятерых детей приняли. Переселились в благоустроенный коттедж на 400 «квадратов», который нам предоставили. Здесь сегодня есть все — и бассейн, и батут, и два больших аквариума, и куча разной живности — от кур и уточек до восьми котов. И вы знаете, роль профессиональной мамы оказалась очень интересной, она развивает меня как личность. Дети шутят, что меня запросто возьмут работать учителем начальных классов, потому что уже в который раз прохожу вместе с ними школьную программу, и медсестрой, потому что многое знаю о болезнях. Я преодолела свой страх перед серьезными диагнозами — берем на воспитание и деток с хроническими психоневрологическими проблемами. Сейчас с нами девочка, которая ходит в интегрированный класс.

Мне как женщине и маме нравится вкусно кормить эту большую шумную компанию. Пеку пирожки с разными начинками и домашние торты. Завели отличную традицию — в 4 часа, когда позволяет погода, накрываем во дворе стол и пьем всей семьей чай с пирогами и печеньем. Неудивительно, что к нашему веселому дому тянутся и одноклассники, и соседские дети. Бывало, бросали моим детям насмешливое «вы из детского дома». А я их учу воспринимать это с юмором и реагировать с достоинством — наша большая семья живет не хуже, а то и лучше многих семей. А чтобы мы меньше были похожи на учреждение, стараюсь выбираться в город, в кино или другие интересные места, камерно — с одним или двумя детьми в зависимости от их интересов, чтобы это меньше напоминало классное мероприятие.

kozlovskaya@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Татьяна СТОЛЯРОВА , Сергей МИЦЕВИЧ