Реформе — да, беспорядкам — нет!

По просьбам читателей — такой подзаголовок можно было бы дать этому тексту. После выхода статьи «Каталонская коррида» многим понравилась идея взглянуть на то, как разрешались политические кризисы в других странах. Что ж, дело хорошее… Сейчас очень активно проявляет себя в белорусской повестке Франция. Ее президент Эммануэль Макрон постоянно делает какие-то заявления, комментируя политическую жизнь в нашей стране. Очевидно, давая советы, он опирается на опыт собственного государства?


Бурная история Франции, наполненная чередой войн, потрясений и революций, сейчас уперлась в эпоху, которую принято называть Пятой республикой. А первой была созданная той самой знаменитой революцией в конце XVIII века, с гильотиной и якобинским террором. Кстати, именно гильотина служит своеобразным символом эволюции государственного строя во Франции: впервые ее применили еще до провозглашения Первой республики, а последнее обезглавливание произошло уже при Пятой — в 1977 году.

Может показаться, что нынешний политический строй во Франции, существующий с 1958 года, — один из самых стабильных не только в Старом Свете, но и во всем мире. В реальности это довольно бурная жизнь от одного кризиса к другому. Сама республика возникла в условиях вялотекущего военного переворота. Тогда генералы, воевавшие в Алжире, фактически приперли правительство к стенке, требуя передать власть генералу де Голлю. Сам национальный герой Франции имел весьма специфические взгляды на демократию. Он свято верил в свою мессианскую роль, а потому с большим трудом согласился на семилетнюю президентскую каденцию, искренне полагая, что главу государства должны избирать не менее чем на 12 лет. А всего через три года после прихода к власти его самого чуть не свергли все те же генералы-«алжирцы», недовольные исходом войны в Северной Африке.

Затем случился самый известный политический кризис во всей послевоенной истории Западной Европы — так называемые майские события 1968 года. Студенческие волнения, массовые демонстрации, забастовки рабочих и служащих проходили под лозунгом «Будьте реалистами и требуйте невозможного!». Голлисты ответили своим слоганом «Реформе — да, беспорядкам — нет». Собственно, именно этими словами отвечает практически каждая французская власть любым протестным движениям. В итоге на досрочных парламентских выборах победило пропрезидентское большинство, сам 78-летний генерал через некоторое время ушел в отставку. Но система полностью сохранилась под руководством Жоржа Помпиду, которого в правление де Голля едва ли не официально называли дофином, то есть наследным принцем. И, что интересно, устоявший политический режим с небольшими изменениями существует до нашего времени, кто бы ни находился у власти, правые или левые.

Сама политическая система Франции постоянно подвергается критике. Взять хотя бы выборы в национальную ассамблею. Они проходят в два тура. В итоге порой получается парадоксальная ситуация. Как это не раз уже бывало с «Национальным фронтом», а ныне «Национальным объединением» под руководством Марин Ле Пен. Скажем, в 2012 году ему досталось всего два места в нижней палате парламента, а в 2017-м — восемь. При этом на выборах в Европарламент, которые проходят по более простой системе пропорционального представительства в один тур, эта партия в 2014 году заняла первое место, получив 24 мандата из 74 причитавшихся Франции. В 2019-м «Национальное объединение» добилось 23 депутатских мест. Не правда ли, разительные отличия?

Несовершенство политического устройства Франции становилось причиной многочисленных политических кризисов и массовых движений. Только национальная ассамблея распускалась пять раз!

Самым известным протестным движением стали, безусловно, «желтые жилеты», буквально взорвавшие Францию в конце 2018 года. Как же отреагировали власти? Двояко. С одной стороны, они развернули достаточно серьезные репрессии. Только за первые полгода движения французские суды вынесли 3100 обвинительных приговоров участникам движения, из них 400 — к тюремному заключению. С другой — Эммануэль Макрон инициировал широкий общенациональный диалог, начав его с местного уровня — на собраниях мэров малых французских городов. Результатом стало снижение протестной активности и падение его общественной поддержки.

Французский опыт говорит о том, что любая политическая система, даже на первый взгляд вполне устойчивая, не избавлена от протестных движений, кризисов и противоречий. Но здоровый общественный организм имеет собственный механизм преодоления таких ситуаций. Граждане не хотят ни затяжных конфликтов, ни новых революций, ни гражданских войн. И всего этого удается избежать, если не допускать внешнего вмешательства. Ведь политическая эволюция — явление вполне естественное. Кто знает, возможно, и Пятая республика во Франции далеко не последняя.
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: РЕЙТЕР