Минск
+8 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

Лучшим переводчиком двустишия Максима Богдановича стала учитель русского языка из гомельской деревни Недойка Майя Галицкая

Пришлось слегка помучиться

Сенсационная находка рукописной тетради Максима Богдановича, утерянной сто лет назад, случилась в прошлом году с легкой руки Дарьи Московской, заместителя директора Института мировой литературы имени М. Горького Российской академии наук.

Майя Галицкая: Очень приятно, что стараниями многих, к которым и ты причастен, стих зазвучал на родном языке.
Мария Амелина


На склеенных листочках — неизвестное прежде стихотворение Богдановича «Дистихи» на русском. По инициативе Госсекретаря Союзного государства Григория Рапоты, при поддержке Постоянного Комитета и информагентства БЕЛТА был объявлен конкурс на лучший перевод двустишия на белорусский язык. Победила Майя Галицкая, сельский учитель из Гомельской области. Именно ее белорусское прочтение Богдановича признано лучшим и удостоено Гран‑при. Договариваемся о встрече в районном центре Буда‑Кошелево, где учитель русской словесности живет с супругом Александром Сергеевичем и пятью кошками.

— Вот я о вас ничего не знаю, кроме замечательной победы в конкурсе, на который свои варианты переводов прислали более 500 человек...

— Расскажу. Родное место, где я черпаю силы и вдохновение, — город Буда‑Кошелево. Вот уже 20 лет работаю учителем русского языка и литературы в базовой школе деревни Недойка, что в 18 километрах от райцентра. Сельская школа — это особый мир. Мне он дорог человечностью, размеренностью, компромиссностью, душевностью.

— А как случилось, что преподаватель русского языка взялся за перевод на белорусский?

— Тут все рифмуется. По образованию я белорусский филолог. Но когда приехала после учебы по распределению в район, то нужен был учитель русского языка в недойской школе. С того времени — чистый русист, но, разумеется, белорус по сути. К слову, это далеко не первое мое участие в конкурсах. Пишу прозу, стихи. Мечтаю об авторском сборнике. Лауреат I Всемирного фестиваля русского языка и литературы, ХII Пушкинского конкурса, Международного конкурса им. Ф.И. Тютчева «Хрустальный родник».

Больше двухсот наград. Кстати, ранее переводила на белорусский Константина Симонова. Поэтому и здесь захотелось попробовать.

— Особые отношения с Богдановичем?

— Белорусский Есенин! И по творческому почерку, и по биографии. Опять же множество белорусско‑российских перекрестков в судьбе. Богданович, как и Есенин, для меня хорош тем, что его произведения взяты из жизни. Все из того, что можно найти здесь и сейчас. По‑моему, настоящий талант — писать художественно о том, что видишь вокруг себя, а не придумывать заковыристые образы, чем грешат современные авторы.

— Итак, «Дистихи» перед вами. Что услышали между строк?

— Во‑первых, все проходит, во‑вторых, рано или поздно и хорошее, и плохое будет одинаково ценно, «словно узорная чернь по серебру пролегла».

— В вашем варианте: «Нiбы чарнёным узорам па срэбру снуюцца сляды»... Мне не ведомы чувства переводчиков, но, наверное, это боязно: вдруг ключик не подберете?

— Увлекательно! Над двумя первыми строками пришлось хорошенько посидеть. Обычно я работаю карандашом. Стирала десятки раз. Думала, рифму подбирала, ритмику, стихотворный размер. Чтобы совпасть, нужно было почувствовать стилистику Богдановича, осмысление им того, что он хотел сказать. Перевести дословно — не есть хорошо, это было бы мертво и сухо. А вот углубиться в мир ощущений поэта, найти нечто среднее между дословным переводом и смысловым — этот синтез самый оптимальный.

— Говорите, первые строки дались тяжело. А две вторые?

— Ох, поначалу не складывалось. Что получалось, категорически мне не нравилось. И вот — все, отложила в сторону, закрыла черновик. Решила: в другой раз. Села за ноутбук, чтобы набросать план урока. И вдруг строчки пришли сами собой, словно...

— ...Максим Адамович мысленно пожал руку.

— Просто сложились целиком. Записала. Прочитала. Цепляет. И только после этого отправила на конкурс.

— Победа окрылила?

— Очень приятно, что стараниями многих, к которым и ты причастен, стих зазвучал на родном языке. Но вот что меня сейчас особенно занимает. Какой все‑таки поворот! Могли бы не найти тетрадь. Или найти совсем в другое время, в другие годы. Значит, что‑то Богданович хотел нам этим сказать. Сказать именно в XXI веке. А вот что и для чего, думаю, мы еще узнаем.

ЧИТАЕМ ВМЕСТЕ

Максим Богданович

«Дистихи»

Правда, и черные дни 
сплеталися с ясными днями,
Но далеко уж они в прошлое 
все отошли.
Всех я теперь их люблю, — 
ведь издали кажется сердцу,
Словно узорная чернь 
по серебру пролегла.

Перевод Майи Галицкой

Праўда, маркотныя днi 
з яснымi бралiся днямi,
Мне iх цяпер не вiдаць — 
усе ў нябыт адышлi.
Iх прыгарну да сябе, бо сэрцу здалёк падалося,
Нiбы чарнёным узорам 
па срэбру снуюцца сляды.

draluk@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
5
Загрузка...