Последний тяжеловес Европы

В Баварии перестала править крупнейшая и старейшая партия ХСС — такой же символ старой Европы, как фунт стерлингов и швейцарский банк...

В Баварии перестала править крупнейшая и старейшая партия ХСС — такой же символ старой Европы, как фунт стерлингов и швейцарский банк...


Всем нам знаком образ крепкого баварца в народном костюме, состоящем из коротких кожаных брюк–шорт, жилета и шляпы с пером... Это не фольклор, это европейская политическая классика — традиционный избиратель, поддерживающий традиционные европейские ценности.


За Христианско–социальный союз почти полвека стабильно голосовало большинство баварцев. И вот, как я уже сообщала, сразу после парламентских выборов в баварский ландтаг, состоявшихся 28 сентября, ХСС впервые с 1962 года не завоевал абсолютное большинство, набрав всего 43 процента. Для любой другой европейской партии это был бы отличный результат, но не для ХСС. Ведь впервые он не достиг того психологического уровня, 50 процентов голосов, позволяющего ему, как и прежде, называться народной партией.


Сегодня немецкая пресса заполнена размышлениями о том, что же несет Германии, да и Европе в целом закат крупных партий, называемых народными, выполнявших задачу консолидации общества?


В плане тактическом — нет проблем! Представители Христианско–социального союза договорились о формировании первого в истории этой федеральной земли коалиционного правительства со Свободной демократической партией Германии (СДП).


СДП — партия во всех смыслах приятная, и рейтинг у нее вырос, и экономическая программа либеральная, и популярностью среди молодежи пользуется... И, похоже, никого не смущает, что Гвидо Вестервелле, лидер свободных демократов, не скрывает своей гомосексуальной ориентации.


Но есть стратегические вопросы. Утеря главенствующих позиций партией ХСС, на протяжении многих лет обеспечивающих политическую стабильность Баварии, не сильно обрадовала немцев. Если не сказать, встревожила...


Впрочем, уход с политической авансцены тяжеловеса по имени ХСС не так страшен: в конце концов, при демократии вечной власти не бывает. А вот что будет с единой Европой в ситуации, когда продолжается ее политическое дробление? В ЕC правят коалиции, представляющие порой полярные взгляды, а это означает, что нет доминирующей идеи, нет и ценностей, единых для всех.


Представитель ХСС, с которым мы встречались в ландтаге, Франц Штангель с сожалением говорил, что в Германии общество распадается на маленькие группки, что оно становится все более индивидуалистичным. Насколько гармоничным окажется в этой мозаике союз «желтых» (цвет свободных демократов) и «черных» (цвет христиан–социалов)?


Когда–то Стендаль написал «Красное и черное» — говорят, в этих словах были зашифрованы два цвета того времени. Каков цвет нашего времени? И в чьих руках палитра?


В Баварии в избытке и цвета, и расцвета...


В Баварии представлены все имеющиеся в Германии парламентские партии, но я сама слышала от представителей многих из них, что для баварского избирателя голосование против ХСС — это как измена жене. Или выход из церкви.


Почему так?


После Второй мировой войны Бавария превратилась из аграрной земли в процветающее высокотехнологичное общество. Здесь базируются самые известные немецкие фирмы, например, «Сименс», БМВ, «Ауди», MAN... Да что говорить, это богатейшая германская земля, где почти нет безработицы.


И откуда такие блага после столь разрушительной войны, спросите вы...


Да все оттуда же, с неба, отвечу я вам. И здесь только доля шутки... Все от Бога, а если конкретнее, от Христианско–социального союза, который сумел сформулировать моральную идею в разрушенной и деморализованной стране. (Хотя, конечно, не будем забывать и о том, что именно в Баварию после Второй мировой войны переехали из Берлина германские промышленные гиганты «Сименс», БМВ, помогли и союзники, в чьи планы не входило ослабление Западной Германии.)


Тем не менее все это осталось бы грудой металла, если бы сразу после войны ХСС не сумел бы сплотить соотечественников вокруг моральных ценностей.


— ХСС — Христианско–социальный союз, создан людьми, которые страдали от нацизма, — рассказывал нам пресс–секретарь фракции ХСС в ландтаге Франц Штангель. — Людьми, прошедшими через нацистские концлагеря. ХСС — это союз людей, которые противопоставили ужасам нацистов человеческое достоинство. Нам важно было понять, где наши корни и где картина мира, от которой мы отталкиваемся.


Что ж, это партии удалось. И доказательство тому — «избиратель в кожаных штанах», гражданин вольного государства Бавария, не без оснований гордящийся тем, что он баварец.


Веселый монах


И действительно, все у этого баварца свое, особенное, добротное.


И традиционное одеяние, в котором он щеголяет на Октоберфэст, — «трахт» (мужской костюм) в зеленовато–коричневых тонах и яркое женское платье «дирндль» не спутаешь ни с чем. Надеть «трахт» и «дирндль» в день открытия Октоберфэста своим долгом считают все — от простой домохозяйки до миллионера. Например, в толпе гуляющих можно было заметить знаменитого теннисиста Бориса Беккера с подружкой в чудных народных костюмах.


И пиво. Единственное в мире, оно до сих пор варится по так называемому закону чистоты пива, принятому в 1516 году и требующему варить этот напиток только из ячменя, хмеля и воды. Вы без ошибки определите его по этикетке со словами: «Сварено по немецкому закону чистоты 1516 года» или просто «1516». Впрочем, еще быстрее вы определите баварское пиво по вкусу...


И так называемые гемайнде — немецкие общины — тоже ни с чем не спутаете. Особенно в Баварии, исконно крестьянской земле, где сельская жизнь поражает ухоженностью, культурой, где каждый домик — это семейная сага. В одной из таких общин под Мюнхеном, в Айинге, я приняла идущего мне навстречу человека за сезонного рабочего. А оказалось, это местный миллионер, владелец пивного предприятия «Айингбир». С сезонным рабочим его объединяет привычка к трудолюбию.


Так умерла ли в Баварии «народная партия»? Думаю, пока баварец пьет свое пиво и поет свои песни, жива и его партия...


Кстати


Роман Хубер — новое лицо германской политики. Этот человек создал и возглавил общественную инициативу «Больше демократии», заставив политиков ежедневно общаться с народом на специально созданном сайте. Вопросы и ответы в режиме он-лайн не оставляют шанса партийным функционерам уйти от острых вопросов избирателей.


Каждый оставленный без ответа вопрос автоматически означает минус один голос. Больше ответов – больше демократии.


Минск – Мюнхен – Минск.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Ihar Melnikau, Минск
Европейцы привыкли доверять партиям и их лидерам. Уважение к парламентско-партийной системе, ее принципам, пожалуй, усваиваются ими с молоком матери. <br /><br />А еще, южные немцы и их соседи австрийцы консерваторы и традиционалисты. Я успел это заметить, когда гостил у своих знакомых в Северной Австрии. Тогда как раз набирал силу скандал с Й. Хайдером, которого Европа обвиняла в симпатии к нацизму. А между тем губернатор Каринтии выступал за ограничение нелегальной миграции, поддерживал развитие сельского хозяйства (вплоть до национализации), выступал за введение налога на валютные спекуляции, и наконец противился сширению Евросоюза. В своих выступлениях он часто подчеркивал опасность для Европы со стороны исламского экстремизма.<br /><br />Впрочем, обычные австрийцы за все это уважали и ценили Хайдера. И не только в Каринтии, но и в других областях и землях Австрии. А иначе как объяснить то, что сотни людей приходили с цветами к офису этого во всех смыслах не однозначного политика на следующий день после его трагической гибели в автоаварии.<br /><br />Баварцы, как в прочем и австрийцы любят свои традиции. Им не грозит глобализация, или новые веяния. Для них кожаные штаны и "масс" с пивом - это не просто дань уважения культурным традициям, это духовная основа их народа, тот протопласт, на котором зиждиться их сегодняшнее благополучие. Наверное, именно по этому у этих людей и их земли есть будущее.<br /><br />А нам стоит у них учиться тому, как уважать свои традиции и не искать спасения в новомодных трендах и веяниях, а любить свой протопласт, корни, из которых и выросло дерево, имя которому - Беларусь.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?