Похороны призраков

Сколько нужно денег, чтобы снести обветшавшее жилье?

К домам, как к людям, приходит пора немощности, запустения и даже забытья. Что делать?
НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ улице агрогородка Фащевка Шкловского района между новостройками – аккуратно прибранная площадка. Ничто уже не напоминает о том, что всего за день до моего приезда там стоял покосившийся от времени и ветров домишко, хозяева которого умерли, и наследников строения не осталось. Поэтому местное руководство, выждав положенный срок, дало команду на его снос.


Старожил Фащевки Виктор РЕЕНТОВИЧ помнит хозяев снесенного дома.

— Тут еще кусты дорежем, забор поправим, березку стянем, — рассказывает мне план дальнейших действий председатель Фащевского сельисполкома Григорий Крупенько. — И полный порядок будет.

Подобных домов-призраков только на территории Фащевского сельсовета более ста. И хотя полуразвалившиеся строения портят вид деревень, без разрешения владельца распоряжаться чужой собственностью никто не может.

— Исходя из Указа № 100 («О мерах по совершенствованию учета и сокращению количества пустующих и ветхих домов в сельской местности». — Прим. авт.), должно пройти три года, чтобы с такой постройкой можно было работать. К примеру, человек умер, и пока не прошел положенный срок, я не имею права его сносить. Прошел — сначала осматриваем владение, делаем выписку из хозяйственной книги, фотографии и все документы отправляем в районную комиссию. Затем она выезжает на место и фиксирует процент износа. Параллельно разыскиваем наследников. Потом дело передается в суд. Если дом пригоден для жилья, его ставят на баланс какого-нибудь предприятия. Но в моей практике такого случая не было. Как правило, дом сносим, — описывает сложный процесс председатель. 

Потом добавляет: дело до суда доходит редко. Часто родственники сами пишут «отказную». 

За время работы председателем Григорий Крупенько «захоронил» более 270 домов. Только с начала этого года снесли 33 постройки, затратив на все 64 с лишним миллиона рублей, не считая денег хозяйства.


На месте старых домов появляются новые.

— В самой Фащевке остались еще три бесхозных дома, но и их скоро не будет, — уточняет Григорий Владимирович. 

— А что с землей, на которой они стояли? — интересуюсь я.

— Тут есть несколько вариантов. Некоторые участки пускаем в севооборот, некоторые выделяем под строительство. Желающих построиться у нас немало. Бывают случаи, когда можно обойтись и без сноса: обветшалые дома покупают приезжие за чисто символическую сумму. Поднимают его, обшивают и используют как дачу.

Едем в Дубровку, что в нескольких километрах от Фащевки. Когда-то здесь было 132 постройки, а теперь 51 уже снесли, двум десяткам эта процедура предстоит.

— Вот здесь недавно стояли три дома, а сейчас зерновые растут. А вот этот значился уже пустующим, но нашелся покупатель и потихоньку обживается здесь. А тот, — показывает на еще крепенький, но с заколоченными ставнями домик около дороги Григорий Владимирович, — пока стоит. Наследники живут в Минске. Пообещали смотреть за ним. Но единственное, что пока сделали, забили окна досками. В декабре у него заканчивается срок…


Сколько же нужно денег, чтобы снести обветшавшее жилье? Цифры, говорит председатель сельисполкома, разнятся, все зависит от запущенности участка, количества строений на нем. Иногда на это уходит около 4 миллионов рублей…

— Не жалко сносить-то? — спрашиваю.

— Когда разбираешь, кошки на душе скребут. Здесь люди рождались, жили, строили, — делится переживаниями председатель. — Но тут чувствам не место… Хаты, как и люди, переживают свои времена молодости, расцвета, старости. К ним тоже однажды приходит пора немощи, запустения, а потом и забытья. Порой по деревням страшно проехать — одни покосившиеся избы стоят. Порой они становятся местом преступления, в них любят собираться всякие подозрительные личности. А это уже нехорошо.

В последнее время количество неиспользуемых домов в деревнях уменьшается. То ли подействовала работа местной власти, то ли люди изменили свое отношение к заброшенным квадратным метрам. Так или иначе, стали объявляться либо прямые наследники забытых усадеб, либо родственники, претендующие на наследство. Правда, желающих крепко осесть в сельской местности среди них, признаем, единицы: деревенский домик автоматически становится дачей. Что ж, это тоже неплохой вариант.

Ветхие, пустующие дома на сельских улицах — неприглядная сторона современной глубинки. Такое мнение у заместителя председателя Шкловского райисполкома Михаила Павловича. 

— Но есть и обратная сторона у этой медали: желающие купить «домик в деревне». Примеров, когда никому не нужные дома покупают, в районе много, — говорит зампред. 

Однако и он признал: пока чаще их сносят, и вместо них вырастают новые постройки. За четыре последних месяца под снос пошел 61 дом, всего же за время действия указа — с сентября 2012 года — в районе такая участь постигла 433 постройки. Еще три с половиной десятка строений ждут вердикта специальной районной комиссии.


СПРАВКА «СГ» 

В стране, по данным Национального статистического комитета, на конец 2014 года числилось 114 тысяч 800 пустующих домов общей площадью почти 6 миллионов квадратных метров. Больше всего их в Гродненской области — 29 тысяч 300.  Только за прошлый год снесено 384 тысячи 660 квадратных метров ветхого жилья.
bizyk@sb.by

Фото автора
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?