Побег из ада

За что Герман Геринг приказал повесить начальника секретной авиабазы

Ровно 70 лет назад группа советских военнопленных из десяти человек совершила побег из особо охраняемого гитлеровского лагеря. Причем сделала это на немецком бомбардировщике, на борту которого находился пульт управления первой в мире баллистической ракетой Фау-2, практически на глазах у многочисленной охраны СС. Подобных случаев история войны не знает. Организовал побег и пилотировал самолет летчик-истребитель Михаил ДЕВЯТАЕВ. Он успешно приземлился в тылу наступавших советских войск. 


Свой первый фашистский бомбардировщик Михаил Девятаев сбил 24 июня 1941 года под Минском. За что награжден орденом Боевого Красного Знамени. А 13 июля 1944 года Девятаева сбили немцы — подо Львовом.

Он выпрыгнул с парашютом в последний момент. От тяжелейших травм потерял сознание и попал в плен. Для врага большая удача — захватить летчика из дивизии самого Покрышкина. Этот должен много знать, но… Военнопленный сумел обхитрить немцев, ввел в заблуждение разведчиков, что его даже не очень умным человеком обозвали.

Потом сослали в концлагерь, как называли фашисты, «Кляйнекенингсберг», расположенный у города Хойна (Польша). Сторожевые вышки с пулеметами, ров, колючая проволока, ток высокого напряжения, часовые с собаками. За малейшую провинность над пленными зверски издевались.

Круглые сутки Девятаев думал о побеге. Нашел единомышленников. Решили делать подкоп. Ночью из барака спускались под пол и рыли ложками, мисками, руками… Землю укладывали на кусок жести и волоком вытаскивали. Подземный ход уже вышел за ограду лагеря, оставались считанные часы до побега, но немцы обнаружили подкоп. Возможно, кто-то предал. 

  

Всех организаторов ждала смертная казнь. Беглецов отправили в лагерь Заксенхаузен. Он находился в 36 километрах от Берлина и в трехстах метрах от главного имперского управления лагерей.

Виселицы, комнаты пыток, быстродействующие газы, мгновенные яды. Немцы изобретали и испытывали самые изощренные способы уничтожения людей. В печах крематория сожгли 100 тысяч человек. Фабрика смерти находилась под непосредственным руководством главаря СС Генриха Гиммлера.

Но даже здесь Михаилу повезло. В бараке санитарной обработки лагерный парикмахер заменил Девятаеву бирку смертника на бирку погибшего учителя из Киева Степана Никитенко. Так летчик остался жив.

В октябре 1944 года Никитенко-Девятаева фашисты перевели в концлагерь Пенемюнде на остров Узедон. Это место называли островом дьявола и «заповедником Геринга». Оно было самым секретным в Германии. Здесь испытывали и запускали ракеты Фау-1 и Фау-2. Над их совершенствованием работал Вернер Фон Браун. Он был последней надеждой Гитлера выиграть войну.

Многие испытания ракет заканчивались авариями. Они падали на стоящие неподалеку самолеты. Девятаев, вместе с пленными, закапывал воронки и разбирал завалы. Он снимал таблички с приборов самолетов, приносил в барак и тщательно рассматривал. Так по крупицам изучил всю приборную доску истребителя.

Для побега нужно было убрать часового, постоянно охранявшего самолет. Для этого переодели в немецкую форму одного из узников, который якобы конвоировал Девятаева, а на самом деле должен довести до самолета. План удался.

— Мы шли на условленное место, — вспоминал потом Михаил Петрович. — Я впереди, а Иван Кривоногов сзади со стальной клюшкой для перемешивания топлива в баке. Я говорю: «Ваня, давай!» Он разворачивается и что есть мочи бьет по голове фашиста. Тогда мы с Володей Соколовым подбежали на 150 метров к самолету. Но там стояли немцы. Они перетаскивали стремянки. Повезло: не заметили. Вскоре они ушли в столовую. Нам удалось тихо открыть самолет. Я сел в кабину, завел моторы.

Мысленно Девятаев проделывал это тысячу раз. Но за штурвалом немецкой машины он оказался впервые. Полоса заканчивалась, а самолет не отрывался от земли. Тормоз, разворот, второй разгон. Со второй попытки взлететь удалось.

Обер-лейтенант Карл Грауденц приводил в порядок в своем кабинете полетные документы. Внезапно зазвонил телефон: «Кто это у тебя взлетел, как ворона?» — услышал Грауденц грубоватый голос начальника ПВО:

 — У меня никто не взлетал...

 — Не взлетал... Я сам видел в бинокль — взлетел кое-как “Густав Антон”.

— Заведите себе другой бинокль, посильнее, — вспылил Грауденц. — Мой “Густав Антон” стоит с зачехленными моторами. Взлететь на нем могу только я. Может быть, самолеты у нас летают уже без пилотов?

— Вы поглядите-ка лучше, на месте ли “Густав Антон”...

Грауденц прыгнул в автомобиль и через две минуты находился на стоянке своего самолета. Чехлы от моторов и тележка с аккумуляторами — это все, что увидел оцепеневший ас. Советские летчики угнали самолет самого начальника секретного полигона Карла Грауденца прямо у него из-под носа!

«Поднять истребители, догнать, уничтожить!» Такой приказ получил воздушный ас, обер-лейтенант Люфтваффе Гюнтер Хобом.

Он вспоминал:

— Я собрал экипаж, сели за штурвал. Но никто не знал, куда полетел самолет: на север в Швецию или в Восточную Пруссию. Шансы обнаружить сводились к нулю.

После ЧП на секретнейшей базе Геринг топал ногами: «Виновных повесить!» 13 февраля они с Борманом прилетели на Пенемюнде... Голова Карла Грауденца уцелела. Возможно, вспомнили о прежних заслугах аса. Но, скорее всего, ярость Геринга была смягчена спасительной ложью: «Самолет догнали над морем и сбили».

Девятаевцы тем временем уже были у своих. Михаил приземлился в Польше за линией фронта 8 февраля 1945 года в 14 часов 40 минут. Но встретили их с подозрением. Еще бы — десять пленных на немецком бомбардировщике! Всех их жестко и унизительно проверяли.

Из протокола осмотра: «Хейнкель-111» находился в 300 метрах южнее деревни Голлин. Самолет лежал на фюзеляже и несущих плоскостях. В судне пробоины от осколков зенитного снаряда и пуль. Правый мотор и винты разбиты. Все навигационные приборы целы. Старший следователь контрразведки «Смерш» 61-й армии капитан Туровский. 10 февраля 1945 года».

Из доклада под грифом «Секретно»: «Допросы задержанных Девятаева ведем в направлении изобличения и их принадлежности к разведывательным органам противника. О результатах дальнейшего следствия сообщу дополнительно. Начальник отдела контрразведки «Смерш» полковник Мандральский.

Девятаев доложил командующему 61-й армией генерал-лейтенанту Павлу Белову о месте расположения секретного немецкого полигона, что стало настоящей сенсацией для штаба. Через несколько часов Узедом начали бомбить. А еще через 5 дней аэродром перестал существовать.

На угнанном бомбардировщике располагался пульт управления от первой в мире баллистической ракетой Фау-2. В самолете находилась и другая ценная информация о первой в мире крылатой ракете большой дальности Фау-1. Впоследствии они стали прототипами советских (как, впрочем, и американских) ракетных систем нового поколения.

После того как остров заняли советские войска, туда прибыли советские специалисты по проблемам ракетостроения. Побывал на “таинственном” острове и сам Сергей Павлович Королев, советский академик, который впоследствии реализовал первый в мире полет человека в космос.

СЕГОДНЯ, наверное, уже невозможно установить, как информация о летчике, бежавшем с Узедома, дошла до Королева. По воспоминаниям Девятаева, полковник, который представился Сергеевым (псевдоним Королева), попросил его показать места пусковых площадок, бункеров, подземных цехов. В ходе осмотра были найдены целые узлы ракет.

По сути Девятаев поспособствовал созданию первой советской ракеты Р-1, как говорят, копии ФАУ-2. Сам Королев инициировал присвоение беглецу звания Героя СССР. И 15 августа 1957 года Михаил Петрович получил награду, а с ним еще три девятаевца: Михаилу Емецу вручен орден Отечественной войны 1-й степени, Ивана Кривоногова и Федора Адамова наградили орденами Красного Знамени.

Судьба остальных девятаевцев сложилась трагичнее. 14 апреля во время форсирования Одера погибли Владимир Соколов и Николай Урбанович. По словам Девятаева, Петр Кутергин, Тимофей Сердюков и Владимир Немченко погибли в боях за Берлин за несколько дней до победы, а Иван Олейник — на Дальнем Востоке, на войне с Японией.

Интересно, что из военнопленных, участвовавших в том побеге, судьба одного из них — Николая Урбановича — связана с Беларусью. Уроженец села Ольховник бывшей Сталинской области, он попал в плен к немцам, и в начале 1942 года его сослали в концлагерь под Бобруйск, а затем отправили в Германию. Там с ним и познакомился Девятаев.

К СОЖАЛЕНИЮ, ни в районном, ни в городском краеведческих музеях Бобруйска информации об Урбановиче нет. Работники музеев пытались искать его родственников через проект «Жди меня», но пока безрезультатно.

В архиве есть переписка о пенсии семье Николая Урбановича: из-за путаницы с отчеством Макарович или Михайлович ее никак не могли назначить. Решился этот вопрос только в 1950 году.

В своей книге Девятаев так рассказывает про Урбановича:

«Как думаете бежать? — спросил я, внимательно наблюдая за окружающей нас обстановкой.

— На лодке... Когда бомбят остров и гасят свет.

В это время к нам приближался какой-то человек, и мы разошлись. До конца работы Коля не подходил ко мне. Он, наверное, очень переживал, что рассказал мне самую большую и важную тайну. Лишь после ужина, в свободное для заключенных время, он неожиданно забежал ко мне. В руках Коля держал старые долбленки. Мне все стало ясно».

Когда еще угоняли немецкие самолеты в ВОВ:

— 4 октября 1943 возле Ржева приземлился на самолете «Ме-110» летчик лейтенант Аркадий Ковязин. Сбежал из плена;

— в мае 1944 года Владимир Муратов совершил побег из плена на самолете с аэродрома в Румынии;

— 3 июля 1944 года три летчика — старший лейтенант Владимир Москальц, лейтенант Пантелеймон Чкуасели и младший лейтенант Арам Карапетян — угнали самолеты Люфтваффе Arado Ar-66C и Gotha Go-145A с Лидского аэродрома в Беларуси.

— 22 апреля 1945 года летчик-штурмовик майор Сергей Вандышев совершил побег из плена на самолете с острова Рюген. 6 мая 1994 года Указом Президента России ему присвоено звание Героя Российской Федерации.

kovalev@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?