По ком звонит телефон?

О председательстве в Евросоюзе

Премьер-министру Чехии Миреку Тополанеку не позавидуешь. Пост председательствующего в Евросоюзе ему перешел от Николя Саркози. А французский президент в прошлом году вел себя на авансцене мировой политики, как известный театральный персонаж: Фигаро здесь, Фигаро там.


Его миротворческую роль в августовской войне между Россией и Грузией, конечно, не стоит гипертрофировать, но было бы несправедливо не признавать его вклад в скорейшее завершение конфликта на Кавказе. Чех вроде бы тоже не сидит на месте, но кпд, увы, не тот. По крайней мере, батареи в домах европейцев как были холодными, так и остаются. И дело здесь не в каких-то личных качествах г-на Тополанека, более того, я ничуть не сомневаюсь в его хороших дипломатических способностях, но сам статус "премьер-министр Чехии" не идет в сравнение со статусом "президент Франции".


Сейчас каждые полгода в Евросоюзе сменяется председательствующая страна. На данный момент - это Чехия, до того была Франция, а еще раньше - маленькая Словения. Как говорится, почувствуйте разницу. А ведь когда-то очередь дойдет до совсем уж карликового Люксембурга или островной Мальты. Только представьте, как бы ощущал себя главный человек на острове на переговорах с российским премьер-министром Владимиром Путиным, зная, что его страна в 50 тысяч раз меньше Российской Федерации...


Если честно, разве смогли бы Киев и Москва так легко не исполнить документально оформленную договоренность о возобновлении поставок газа, если бы в качестве посредника выступал Саркози? А еще лучше канцлер Ангела Меркель (Германия - крупнейший потребитель российских ресурсов)? Вопрос, мне кажется, риторический.


Сейчас же между Киевом и Москвой мечется целая группа европейских премьер-министров, но пока безрезультатно. Уже и российский Президент Дмитрий Медведев не выдержал, предложил организовать саммит всех потребителей ямальского газа. Перефразируя известный девиз, можно сказать: только вместе они сила. Вот поэтому в Брюсселе все чаще задумываются об отказе от ротации и о введении поста постоянного президента Европейского союза.


Ирония бывшего госсекретаря США Генри Киссинджера ("Когда я хочу говорить с Европой, я не знаю, кому звонить") давно неуместна. Есть Еврокомиссия. Есть ее председатель - Жозе Мануэл Баррозу. Есть даже верховный комиссар ЕС по внешней политике и безопасности Хавьер Солана. Российский журналист Андрей Колесников, мастер по созданию политических анекдотов ("коротких рассказов о незначительном, но характерном происшествии из жизни исторического лица" - Большая Советская Энциклопедия), приводит в своей последней книге такую версию диалога Путина и Соланы:


- Очень рад вас видеть, - сказал г-н Путин. - Вас, по-моему, можно называть министром иностранных дел Евросоюза.


- Называйте меня Хавьер, - улыбнулся г-н Солана.


Доля правды в этой шутке - это то, что он действительно не является европейским министром иностранных дел, точно так же, как Еврокомиссия - это лишь прототип правительства.


Постоянный президент может появиться в Евросоюзе только в следующем году и только в случае, если все государства-члены ратифицируют соответствующий документ (Ирландии для этого потребуется провести повторный референдум). Но разговоры о претендентах на высший пост уже ведутся. Газета "Файнэншл таймс" пишет, что дипломатические успехи Саркози убеждают видных европейских политиков в том, что "должна быть привлечена фигура не меньшего политического веса и влияния". И называет своего фаворита - бывшего главу британского кабинета Тони Блэра.


Сейчас он, судя по должности, занимается ближневосточным мирным урегулированием. У него это, судя по результатам, не очень получается. В этой связи его имя в новостях упоминается редко. Блэр предпочитает участвовать в более полезных для имиджа мероприятиях. Например, недавней конференции по поиску путей выхода из мирового экономического кризиса, где он много общался с Саркози и Меркель. Многие увидели в этом знак.


Впрочем, какой бы политик ни сел в президентское кресло, его авторитет в международных делах будет прямо пропорционален тем полномочиям, которыми он будет наделен. Вопреки русской пословице в данном случае не человек красит место, а место человека. А как показывает история, европейские столицы крайне неохотно делятся своими полномочиями с Брюсселем. Посему в обозримой перспективе президент Франции или канцлер Германии будут оставаться президентом Франции и канцлером Германии.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
СтранNIK
Лех Качинский вон хочет альтернативный московскому саммит в Киеве провести. И у него это вполне может получится. Поляки давно с опаской поглядывают на Россию. Уж больно им не нравиться "Северный поток". И основания у земляков Шопена недолюбливать этот проект есть. Москва на столько не предсказуема в споре со странами-транзитерами, что вполне может, случись что, перенаправить газ в обход газопровода «Дружба». <br /> <br />
Кстати, представители Восточной Европы более скептически смотрят на поведения "Газпрома" чем Старая Европа. Можно вспомнить то, как словацкий премьер-министр на встрече с В.В. Путиным отметил, что Украина демонстрировала документы по транзиту и закупке газа, на что российский премьер посоветовал выбросить бумаги в огонь. <br /> <br />
В свою очередь в старом свете действует достаточно сильное пророссийское лобби. Герр Шредер похоже окончательно превратился в официального представителя "Газпрома" в ЕС. Собственно, за такую зарплату можно и на большие уступки пойти. Тут же скептицизм некоторых политиков разбавляет политолог А. Рар, который стремиться быть и немцем и русским одновременно. Сложное, скажу я вам, занятие. Но, как видим, реализуемое. Французы пока молчат, испанцам и итальянцам тепло. <br /> <br />
Вот и получается, что отдуваться за все приходится Восточной Европе, которую, по ходу дела, "старики" в очередной раз "кинули".
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?