Плюс двадцать

Любовь к работе: как рассказывать 20 лет о погоде и не заскучать

Много ли вы знаете людей, которые десятилетиями не сходят с экранов? Это ведь какой харизмой надо обладать да и зрительской любовью, чтобы на тебя так долго смотрели? Светлана Панкратова за двадцать шесть лет лишь дважды ненадолго исчезала с телевидения — на период своих декретных отпусков. В остальное время она всегда была на посту, причем двадцать лет в «Прогнозе погоды». Совсем недавно на «Телевершине» она была признана лучшей ведущей тематической программы.

Двадцать лет Светлана ПАНКРАТОВА рассказывает нам о погоде.

— Светлана, двадцать лет в одной программе — это очень много. Не надоело?

— Я по жизни однолюб и преданный человек. Почему нельзя любить свою работу всю жизнь, как любишь мужа, детей? 

— Вы ведь начинали диктором, никогда не хотелось вернуться к этому делу или взяться за что-то другое на телевидении?

— Иногда хотелось, но я периодически уходила в декрет, успевала соскучиться по своей работе  и с радостью к ней возвращалась. Нельзя сказать, что все эти двадцать лет прогноз погоды был однообразным. Тем более у нас всегда была интересная команда. Менялись режиссеры и сама программа, только я неизменно оставалась на своем месте. И ощущение меня, кстати, тоже менялось. В первых программах я была очень смешной. Тогда автором был Павел Антонович Шевчук, он писал такие интересные сценарии. Как сейчас помню: съезжала с горки на лыжах, проваливалась в сугробы, бегала в валенках, а ко Дню космонавтики даже в скафандре выходила в эфир. Я тогда была молоденькой и ввязывалась во все эти авантюры. И, кстати, заработала кучу болезней. Потом мы перешли в студию. Стало все иначе, это уже был не «Телебарометр», а «Новости о погоде». Формат другой, но тоже интересный.

— Каким видится будущее? Еще десять лет в погоде?

— Почему нет? Если сил хватит, буду только рада. К тому же я готова заняться подготовкой молодого поколения. Сейчас приходят много молодых девчонок и ребят, у меня есть что им показать и рассказать. А можно ведь и за кадр уйти. 

— Для вас что важнее: карьера или семья?

— Семья. Но одно другому не мешает. Могу точно сказать, что моя семья от моей занятости никогда не страдала. Моей дочке уже тридцать, среднему сыну — 23, а младшему — 16. Разница у всех приличная, поэтому старшие помогали растить младшего. Больше всех мне, конечно, помогала дочка, она у меня очень ответственный и добрейший человечек.

— Кто-нибудь из детей пошел по вашим стопам?

— Старший сын очень артистичный парень, он танцевал хорошо. Но в 12 лет решил, что это не мужское дело, и бросил. Он умеет красиво говорить, я же вижу, что есть задатки, но выбрал другую профессию, увлекся банковским делом. Думаю, и младший вряд ли захочет работать на телевидении.

— Артистические способности у ваших детей наверняка от вас? Вы ведь учились в театральном институте. Не жалеете, что убили в себе актрису?

— Это очень сложная профессия, и вот здесь я думаю, что моя семья пострадала бы. Господь направил меня на ту стезю, где я буду получать удовольствие и где счастливы будут мои дети и муж. В студенческие годы я играла в спектаклях — это очень сложный хлеб. Камера — совсем другое, реакция телезрителей не такая быстрая и непосредственная, не такая сиюминутная. Когда выходишь на сцену, ты уже здесь и сейчас, рядом со зрителем. И, если честно, мне было страшно. Да, получала большой энергетический заряд, но теряла очень много сил, переживала. Но хотела работать, и была очень рада, когда объявили конкурс ведущих. Это ведь тоже контакт со зрителем, просто не такой близкий. Прямые эфиры для меня были очень волнительными. Да что говорить, если я по сей день даже перед записью волнуюсь.

— Одна из отрицательных сторон вашей профессии — узнают на улице. 

— Я ведь езжу на общественном транспорте, поэтому привыкла. Бывает, что голова болит или настроение не очень, тогда надеваю темные очки. Но все равно узнают, подходят, начинают разговаривать. К счастью, все мои поклонники люди адекватные. Даже головная боль, бывает, проходит после общения с хорошим человеком. 

— А с критикой подходят?

— Конечно. «А кто вам такие костюмы выбирает?» — спрашивают. Или: «Эта прическа плохая, вы стали старше выглядеть. А вот когда волосы были собраны в хвост, мне нравилось больше». Я уже молчу про погоду… Но я за это не обижаюсь на людей. 

— Кстати, про прическу. Вы ведь действительно несколько лет назад распустили свой хвост. Комфортно себя чувствуете?

— Действительно, когда мы перешли с улицы в студию, решили полностью поменять программу: ее графическую упаковку и в том числе имидж ведущей. Со мной работала имиджмейкер Татьяна Канцерова. Мне очень повезло — мы с ней оказались на одной волне. Я тогда узнала, что мне абсолютно не идут некоторые цвета, которые я очень любила. Но прислушалась к профессионалу и сейчас очень комфортно ощущаю себя в этом образе. Хотя, как и любой женщине, мне периодически хочется перекраситься или еще что-то поменять. Но все эти эксперименты надо проводить под чутким руководством профессионалов. А в повседневной жизни, кстати, я все равно хожу с хвостиком. Я ведь очень быстрый человек, и распущенные локоны мне мешают.

— Удивлена услышанному, ведь с экрана кажется, что вы очень мягкий и медленный человек.

— Нет. Я — мягкий, но быстрый человек. 

— Какая ваша любимая погода?

— Когда дома все здоровы и счастливы, меня устраивает любая погода за окном. Единственное, не люблю жару.

stepuro@sb.by 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Александр КУШНЕР
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости