Плазменный факел

«Осторожно, ядохимикаты!» Таблички с такой надписью предваряют мое знакомство с самым крупным захоронением непригодных пестицидов — Петриковским. Грунтовая дорога ведет в лесную чащу, где виден небольшой песчаный холм со скудной растительностью. Казалось бы, какая опасность может быть на этой земле — полигон как полигон? Только вот у ограждений дежурит охрана: запрещает фотографировать и все вопросы оставляет «без комментариев». Тайну захоронений выдает лишь резкий едкий запах — воздух пахнет, как стиральный порошок!

Сколько нам еще бороться с непригодными пестицидами?

«Осторожно, ядохимикаты!» Таблички с такой надписью предваряют мое знакомство с самым крупным захоронением непригодных пестицидов — Петриковским. Грунтовая дорога ведет в лесную чащу, где виден небольшой песчаный холм со скудной растительностью. Казалось бы, какая опасность может быть на этой земле — полигон как полигон? Только вот у ограждений дежурит охрана: запрещает фотографировать и все вопросы оставляет «без комментариев». Тайну захоронений выдает лишь резкий едкий запах — воздух пахнет, как стиральный порошок!

Могильники ликвидировать!

— Проход на эту территорию запрещен, — поясняет заведующий отделом мониторинга окружающей среды РУП «БелНИЦ «Экология» Савелий Кузьмин. — Сейчас здесь ведутся работы по переупаковке непригодных пестицидов. Этим занимаются специалисты Министерства по чрезвычайным ситуациям. Наша задача как ученых — брать пробы почвы, подземных и грунтовых вод на предмет присутствия данных ядохимикатов. Ни для кого не секрет, что мы находим следы пестицидов в подземной воде. То есть утечки были, хотя и незначительные.

Проблема захоронения непригодных пестицидов — одна из тех, что осталась нам в наследство еще с 70—80-х годов прошлого века. Именно в это время в Петриковском «хранилище», которое, кстати, находится близ поселка Октябрьский, было свалено в яму более 1,2 тысячи тонн пестицидов. В соответствии с тогдашней инструкцией по безопасному хранению этих ядохимикатов в основании могильника делался экран из водонепроницаемых пород. Однако время и природа взяли свое: тара, в которой находились пестициды, разрушалась, и они могли проникнуть в воду.

— А ведь подземная вода — это источник питьевого водоснабжения, — продолжает Савелий Кузьмин. — К тому же ядохимикаты могут накапливаться в окружающей среде и передаваться через продукты питания человеку. Наша страна обратила внимание на эту проблему десять лет назад. Выяснено, что в республике было погребено минимум семь тысяч тонн устаревших пестицидов!

22 мая 2001 года Беларусь подписала «Стокгольмскую конвенцию о стойких органических загрязнителях». После принятия соответствующих постановлений правительства и указа Президента был разработан национальный план по выполнению обязательств данной конвенции. Основной ее смысл в том, чтобы извлечь ядохимикаты из земли, переупаковать и перезахоронить на Чечерском полигоне — специально созданном хранилище для опасных отходов.

— По инициативе Министерства природных ресурсов в 2006 году все районы Беларуси сделали инвентаризацию непригодных пестицидов, — добавляет Савелий Кузьмин. — Мы создали общую базу. Уже ликвидировали Бресткое захоронение, сейчас занимаемся Петриковским. За два года работы извлекли порядка 350 тонн — это еще только четвертая часть от общего количества ядов. Следующими в национальном плане значатся Слонимское и Городокское захоронения.

Плазме найдено мирное применение

Переупаковка и перезахоронение пестицидов — мера действенная, но все-таки не столь эффективная. Решить проблему взялись белорусские ученые. Они создали экспериментальную установку по уничтожению непригодных пестицидов. Проект явился итогом большой программы НАТО «Партнерство для мира».

— Проблема пестицидов актуальна для многих стран мира, — говорит куратор проекта в Беларуси, профессор Университета Гента (Бельгия) Гвидо Ван Оост. — Мы хотим решить проблему с помощью плазменной технологии. Ибо плазма — четвертое состояние материи, у нее очень своеобразные свойства. В это состояние можно интегрировать любое вещество. У одного из институтов Академии наук в Праге большой опыт по работе с плазмой. К слову, раньше плазма использовалась в военных целях и для обработки радиоактивных отходов. После 1990 года мы начали искать более гражданское, невоенное применение технологий. И нашли.

В рамках программы на этот проект, поддержанный, кстати, Минприроды Беларуси с февраля 2009 года, было выделено 250 тысяч евро. По словам профессора Ван Ооста, эти деньги пошли на проведение научно-исследовательских работ и закупку необходимого оборудования.

— После создания экспериментальной установки и завершения испытаний специалисты должны подсчитать, насколько рентабельно окажется создание промышленного образца, — утверждает профессор Ван Оост. — На этом участие НАТО в проблеме утилизации пестицидов в Беларуси заканчивается. И уже белорусская сторона будет решать, финансировать ли создание большой плазменной установки.

Наши ученые, в свою очередь, говорят, что создание именно такой установки — это продолжение наработок предыдущих восьми лет. В ноябре прошлого года сотрудники Института тепло- и массообмена имени Лыкова Национальной академии наук Беларуси создали плазменную установку, в которой пестициды при температуре от 1,5 до 5 тысяч градусов разлагаются на атомы и ионы. Все, что получается на выходе из агрегата, — это сплав из песка и синтез-газ.

— Сегодня наша установка способна перерабатывать в час от 15 до 35 килограммов смеси, которая, кроме пестицидов, содержит различные вещества, например, песок, — объясняет научный сотрудник отдела электродуговой плазмы Института тепло- и массообмена Дмитрий Шварков. — И хотя это достаточно простые с точки зрения химии соединения, компонентный состав смесей нужно будет уточнять и настраивать установку на правильную переработку пестицидов.

Экспериментальный образец успешно испытан в лабораторных условиях, но он не способен уничтожать яды в большом количестве. Поэтому сейчас перед НАН Беларуси стоит задача до конца года разработать проектную документацию на создание промышленной установки и в течение следующего года ввести ее в эксплуатацию на Чечерском полигоне.

Скоро Беларусь зажжет свой плазменный факел, или плазмотрон. Устаревшие пестициды извлекут из-под земли, и если в поземных водах ученые не найдут остатки ядов, могильники с пестицидами будут рекультивированы. И на опушке леса под Октябрьским снова вырастет прекрасный сосонник…

Татьяна УСКОВА, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?