Письменные показания

«Все тайное когда–нибудь становится явным» — эту истину постиг книжный Дениска в ту пору, когда в подземельях Пентагона еще только разрабатывалась хитрая система обмена данными. Впоследствии мы узнали ее под названием Интернет...
«Все тайное когда–нибудь становится явным» — эту истину постиг книжный Дениска в ту пору, когда в подземельях Пентагона еще только разрабатывалась хитрая система обмена данными. Впоследствии мы узнали ее под названием Интернет. Сегодня, когда большинство писем не пишут ручкой, а набирают на клавиатуре, эту его фразу следует произносить вдвойне уверенно.

До 11 сентября 2001 года США были главным борцом за неприкосновенность частной жизни, других прав и свобод. После черной даты Америка возглавила борьбу с терроризмом. Оказалось, что вести две войны одновременно сложно. Пожертвовали частной жизнью. Променяли свободу на безопасность, возмущались местные правозащитники. Остальные американцы помалкивали: новых терактов не случилось, и это давало Белому дому карт–бланш — или на войну в Ираке, или на цензуру в Интернете.

В Вашингтоне был принят так называемый Патриотический акт. Среди прочего ФБР получило доступ к электронной почте американских граждан и другим данным, так или иначе связанным с их жизнью в Интернете. При этом спецслужбам было достаточно лишь уведомить провайдера особым «письмом» (по иронии судьбы — бумажным), в котором бы говорилось, что запрос имеет отношение к борьбе с терроризмом.

Администрация Джорджа Буша завершает свое пребывание у власти, и общественный маятник качнулся в другую сторону. Из Ирака войска потихоньку выводятся, а нью–йоркский судья Виктор Марреро признал незаконным тот раздел Патриотического акта, который касается Интернета. Вряд ли американцы хотят ослабить защиту от «Аль–Каиды» и иже с ними. Просто с того момента, как рухнули башни–близнецы, прошло шесть лет.

В Европе в отличие от Соединенных Штатов взрывы раздавались не так давно. Мадридские электрички взлетели на воздух три года назад, лондонский автобус — всего два, а «Рамштайн» в Германии пытались взорвать совсем–совсем недавно.

До самого последнего времени Брюссель ревниво охранял частные владения, даже поругивал Вашингтон за вседозволенность. Однако времена меняются. Комиссар ЕС по вопросам правосудия и безопасности Франко Фраттини заявил, что Евросоюз обязан перекрыть пользователям Интернета доступ к сайтам, где, к примеру, есть инструкции по созданию бомбы или разжигается межнациональная рознь. Еврокомиссар обещал заставить провайдеров «применить технологии, чтобы не дать людям использовать при поиске опасные слова, такие, как «бомба», «убить», «геноцид» или «терроризм».

Блокировку опасных сайтов планируется внести уже в ноябре. Франко Фраттини не боится, что блокировка может нарушить права граждан на свободу выражения и получения информации. По его мнению, сейчас главное преимущество должно быть у защиты абсолютных прав, в первую очередь права на жизнь.

Если бы такие меры уже были приняты, вряд ли кто–нибудь когда–нибудь прочитал статью с этим заявлением Фраттини. Поскольку в нем также есть слово «терроризм». Этот эпизод показывает, что бороться с преступниками в Интернете старыми проверенными методами нельзя. Не каждый запрет здесь будет действовать.

Общеевропейский план по борьбе с терроризмом также предусматривает тщательную проверку персональных данных авиапассажиров, прибывающих в любое из 27 государств — членов ЕС. Это то, из–за чего европейцы так долго и упорно ссорились с американцами.

Традиционная либеральная точка зрения, впрочем, по–прежнему в Европе сильна. Шеф–корреспондент «Немецкой волны» Петер Филипп считает, что в Германии после раскрытия террористического заговора развернулась чересчур активная дискуссия по поводу террористической угрозы. «Террор — это попытка до смерти запугать гражданское население, чтобы достичь определенных политических целей, — напоминает журналист. — Именно это и происходит в последние дни в Германии. Причем виновники не прячутся где–то в пещерах и горах на границе между Афганистаном и Пакистаном. Они живут в Берлине или Мюнхене. И действуют не из подполья, а в свете юпитеров. Не проходит и дня, чтобы кто–то из ведущих немецких политиков не представил населению очередной кошмарный сценарий». «Министры–террористы» — называет их Филипп. Он не отрицает, что политики по долгу службы должны быть начеку. А спецслужбы — их в Германии насчитывается аж 38 — должны проигрывать самые страшные сценарии. Но спецслужбы делают это в тиши своих кабинетов или бункеров. А политики — в СМИ. Если они и дальше будут так же активно сеять страхи среди населения, прогнозирует шеф–корреспондент «Немецкой волны», то «Усама бен Ладен в обнимку с «Аль–Каидой» может отправляться на заслуженный отдых...»
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости