Минск
+10 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

Пикник на «острове слез»

3 августа 1996 года в Минске был торжественно открыт уникальный памятник–храм воинам–интернационалистам на острове Мужества и Скорби...

3 августа 1996 года в Минске был торжественно открыт уникальный памятник–храм воинам–интернационалистам на острове Мужества и Скорби. В тот день было сказано немало искренних слов. И было много–много слез — плакали матери и отцы, вдовы и дети погибших воинов, их сослуживцы. И поэтому остров Мужества и Скорби не зря называют в народе «островом слез».


Прошло 13 лет. И сегодня на «острове слез» хочется плакать. Но уже не только по погибшим воинам...


На улице дож
дь. Несколько пожилых женщин и один мужчина в мокрых пальто собрались в маленькой комнате подсобного помещения рядом с памятником–храмом. Здесь только два стула, так что приходится стоять. Тяжело это немолодым людям. Но они стоят. И рассказывают мне о своей боли. О войне, которая началась 30 лет назад, а для них так и не закончилась. И уже никогда не закончится — ведь она забрала их детей, а вернула вместо них из чужой страны цинковые гробы. Могилы и память — все, что у них осталось от любимых сыновей. И еще вот этот памятник–храм на «острове» — «Сынам Отечества, которые погибли за его пределами». 771 имя погибших воинов–«афганцев» высечено на алтаре. Но к вечной боли от своей потери сегодня у родителей погибших добавилась еще одна боль — за этот скорбный мемориал. В последние два года, по их мнению, памятник оказался практически бесхозным...


Вместе с Людмилой Петровной Адамовой и Верой Федоровной Кобликовой обходим мемориал. Упавшие венки, разбитые лампадки в капличке, выщербленное бетонное основание фонаря, некрашеные вазы для цветов, сгнившая скамейка...


— Предполагалось, что еще к 15 февраля 2009 года — 20–летию вывода войск из Афганистана — будет сделан ремонт. Но до сих пор так ничего и не отремонтировано, — рассказывает Людмила Петровна. — Внутри памятника грязь, песок в урнах не меняют. Мы сами по очереди здесь убираем. Как? Да приходим с вениками и тряпками и устраиваем субботник. Что будет с памятником, если к нему и дальше будет такое отношение!


На следующий день, в субботу, я провела там несколько часов. И не могла избавиться от ощущения, что попала на увеселительное мероприятие. Экскурсий было немного. Зато непрерывно подъезжали свадебные кортежи. Молодожены и гости не ограничивались ритуальным возложением цветов к памятнику. На ворота мостика, ведущего на «остров», новобрачные навешивали замки, ленточки. Зачем? На мой вопрос молодожены, кто смеясь, а кто вполне серьезно, отвечали, что вот таким образом скрепляют свой союз. «И вообще, прикольно! Придем сюда погулять и свой замочек увидим!» — радовались молодые люди.


А потом молодожены веселой гурьбой направлялись к скульптуре плачущего ангела–хранителя. Новобрачная норовила ухватить ангела за причинное место. Визг, хохот, поцелуи, фото на память. Странно и совсем неуместно выглядели веселые забавы в этом скорбном месте...


Картину пикника дополняли и отдыхающие на скамейках — с бутылками пива и плейерами.


— Случается, еще и выпивают, пляшут на поминальном столе, свадьбы–то разные бывают, — рассказывала Людмила Петровна Адамова.


Символический поминальный стол, венчающий мемориал, сварен из брони боевых машин. А ангел–хранитель — памятник «афганцам», которые умерли от физических и душевных ран уже после возвращения на Родину. Ангел плачет, потому что не смог выполнить свою святую миссию — уберечь воинов от смерти. Знают ли об этом новобрачные и их гости, те, кто приходит сюда отдохнуть, расслабиться, пива выпить? И почему вообще мемориал превратили в место увеселения? Все ли новоиспеченные традиции уместны в местах памяти и скорби, и стоит ли идти на поводу у этих новаций?


Болит душа за это у родителей погибших воинов, членов Республиканской ассоциации «Память и долг». Второй год они обращаются в Мингорисполком, в Министерство культуры, к руководству Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны, филиалом которого является памятник на острове Мужества и Скорби.


— Но нас не слышат... — с болью говорили мне матери погибших воинов.


Директор Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны Сергей Азаронок искренне озабочен состоянием мемориала. Хотя и не считает это состояние критическим.


— Да и нет у нашего музея ни возможностей, ни бюджетных средств, чтобы, например, реставрировать разрушающуюся клинопись в капличке. Мы ведь музейные работники, а не реставраторы, не строители. У нас в штате лишь 4 рабочих... Порядок на территории «острова» поддерживает «Минскзеленстрой», а наш филиал — только памятник. Но треснутые лампадки мы обязательно заменим, хотя они и стоят немало, — рассказал Сергей Иванович.


Тому, что на «остров» приходят молодожены, нужно, по его мнению, только радоваться. Ведь во многих местах шоу устраивают, чтобы привлечь молодежь, а на мемориал они сами идут. А поддерживать порядок, направить традицию молодоженов, так сказать, в правильное русло могли бы общественные организации воинов–интернационалистов. Пока они активности не проявляют...


Не проявляет ее, к слову, и БРСМ, куда родители погибших воинов тоже обращались.


...В центре памятника–храма на «острове слез» — святое место, куда была заложена афганская земля, омытая кровью наших солдат, и земля, привезенная с их могил. Здесь же хранится капсула со списком погибших и обращением к потомкам. Но чтобы потомки смогли его прочитать, мы должны выполнить свой долг так же достойно, как выполнили свой интернациональный долг погибшие воины: сделать мемориал действительно святым местом для каждого.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...