Партизанскими тропами

Незадолго до Дня Независимости Республики Беларусь Кличев отметил свое 420-летие. В довольно солидной истории этого края есть особый период, который всегда будут помнить наши потомки, сколько бы ни минуло лет с этой поры. Это — годы Великой Отечественной войны, точнее, всенародная борьба на Кличевщине против немецко-фашистских захватчиков. Массовый подвиг, самопожертвование людей во имя свободы и независимости Родины красной нитью проходили и через недавний праздник. На Кличевщине свято помнят о тех, кто в тяжелую годину стал на пути врага.

О чем и по сей день шумят знаменитые Усакинские леса Кличевского района

Незадолго до Дня Независимости Республики Беларусь Кличев отметил свое 420-летие. В довольно солидной истории этого края есть особый период, который всегда будут помнить наши потомки, сколько бы ни минуло лет с этой поры. Это — годы Великой Отечественной войны, точнее, всенародная борьба на Кличевщине против немецко-фашистских захватчиков. Массовый подвиг, самопожертвование людей во имя свободы и независимости Родины красной нитью проходили и через недавний праздник. На Кличевщине свято помнят о тех, кто в тяжелую годину стал на пути врага.

Конфеты с Большой земли

Иван Быстрицкий, сын партизана 115-го партизанского полка, входящего в Кличевскую военно-оперативную группу, живущий сейчас в Смоленске, приехал погостить на родину отца, увидеться с людьми, помнящими его родителя, пройтись по улице, где когда-то стоял его дом...

— Папа был человеком крестьянской закалки. Потому, наверное, после войны его и послали на помощь смоленским колхозникам, — вспоминает Иван Николаевич. А в партизанах он оказался зеленым мальчишкой. Сначала, как необстрелянного, поставили на кухню чистить картошку, варить еду и выносить мусор. Но очень скоро это ему надоело (уж очень хотелось воевать), и юноша взбунтовался: хочу на боевое задание! Командование отряда учло его настойчивые просьбы и направило... с метелкой, или, как ее называли партизаны, запряткой, подметать лесные тропы, чтобы не было видно следов, оставленных партизанами.

— Дело в том, что в начале 1942 года полицаи по следам партизанских сапог вывели немцев на лагерь народных мстителей в Пуховичском районе, — поясняет Иван Быстрицкий. — И этот трагический урок был проанализирован на заседании Кличевского подпольного РККП(б) отдельным вопросом и из него сделаны соответствующие выводы. Потом, рассказывал отец, нововведение — команды «заметальщиков» — было одобрено в Центральном штабе партизанского движения.

Быстрицкий-старший делал и лесные тайники-схроны, в которых связные оставляли для партизан данные, продукты, одежду и т.д. Мальчишки приспосабливали для этого дупла старых деревьев. Просто и надежно! Была и еще одна хитрость: оставлять на «маяках» — своеобразных пунктах информирования для возвращающихся с задания партизан — особые знаки. Например, сломанная ветвь листвой вниз на «нужном» дереве означала: этот путь в отряд «посещал» патруль врага, и там возможна засада. А лежащий на камне у развилки высохший гриб говорил о том, что командира возвращавшейся с задания партизанской группы срочно вызывает командир.

— Я на всю жизнь запомнил, — говорит Иван Быстрицкий, — историю о конфетах, которые доставил в кличевские леса самолет с Большой земли.

На посылке, отправленной воспитанниками одного из детдомов Ярославщины, было написано: «Лучшему воину белорусских лесов!» И в ней — несколько килограммов всяческих сладостей. Среди партизан начались дебаты: кому отдать такой подарок? Долго спорили партизаны. Помог заехавший в отряд врач из соседнего 128-го полка Николай Книга. Он посоветовал разделить посылку между ранеными и детьми, что жили при отряде. И хотя каждому из лесных солдат, большинству из которых, кстати, не исполнилось в то время и шестнадцати, очень хотелось попробовать хотя бы одну конфетку, никто из них и вида не подал.

— Я часто об этой истории рассказываю своим детям и внукам. А чтобы научить их есть супы и каши, называю их партизанскими, кличевскими... И, знаете, помогает, — делится Иван Николаевич.

Свинец для Победы

— А я училась в партизанской школе! — отозвалась задержавшаяся у деревянного навеса в мемориале «Усакино» жительница Кличева Мария Грынь. — Вот такая же была и в нашем 208-м партизанском отряде. Война войной, а у нас каждый день уроки. Я за 1943—1944 годы читать научилась, два первых класса закончила. За пятерки, как сейчас помню, красные звездочки, присланные из Большой земли, давали. Представляете: у партизан были матерчатые, даже деревянные, а у нас — металлические. Поверьте: лучшей награды и не надо было. После уроков ходили в госпиталь читать стихи, песни пели, играли на жалейках. Случалось, наши ученики, особенно ребята, сбегали с отрядом на задания. На день рождения, помню, вместо подарка обещали: «На подрыв эшелона с собой возьмем!» И счастливее  меня тогда человека попросту не было!

Была у партизанских детей и еще одна задача: выковыривать из деревьев, заборов, деревянных стен хат, словом, отовсюду пули и осколки. Металл потом переплавляли для заклепок в походных кузницах. А ребятам говорили: находишь свинец — помогаешь победить врага.

И дети старались. Жаль, что порой это заканчивалось трагедиями. Двое ребят однажды подорвались на минах, висящих на проволоке, опоясывающей железнодорожный мост. После этого случая по приказу командования сбор свинца и оружия был запрещен. Но мальчишки все равно время от времени, незаметно, по-тимуровски, чтобы никто не видел, приносили в кузницу мастеру лом...

Денис ТРОФИМЫЧЕВ, «БН»

 

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?