Минск
+17 oC
USD: 2.05
EUR: 2.27

Пантелеймон Пономаренко в августе 1943 года не считал Крест пропавшим

"Тайна святого Креста" - так назывался материал Людмилы Селицкой о поисках древнейшей белорусской реликвии - Креста Евфросинии Полоцкой, опубликованный 28 февраля с.
"Тайна святого Креста" - так назывался материал Людмилы Селицкой о поисках древнейшей белорусской реликвии - Креста Евфросинии Полоцкой, опубликованный 28 февраля с.г. Думаю, не одного меня взволновал поставленный в статье вопрос: где же действительно может находиться национальная святыня, при каких обстоятельствах и в каком направлении она исчезла в годы Великой Отечественной войны? В связи с этим, полагаю, будет любопытным для читателей "Советской Белоруссии" познакомиться с одним малоизвестным документом, который я недавно обнаружил в Национальном архиве Беларуси. Называется он "Стенограмма заседания бюро ЦК КП(б) Белоруссии от 26.08.1943 года".

Почему любопытно? Потому что в далеком августе 1943 года в Москве, куда эвакуировались члены бюро белорусского ЦК, идет речь об изделии ювелира Богши. И говорит о Кресте не кто-нибудь, а сам первый секретарь ЦК КП(б) Белоруссии Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко. Но прежде чем воспроизвести прямые цитаты, слегка обрисуем историческую обстановку того времени.

Присутствуют на заседании бюро, как явствует из документа, следующие товарищи: сам Пономаренко, секретари ЦК КП(б)Б Калинин, Горбунов, Эйдинов, Малин, председатель СНК БССР Былинский, председатель Президиума Верховного Совета БССР Наталевич. Высокопоставленные люди намечают к рассмотрению ряд вопросов - о 1-й антифашистской бригаде, действующей в районе Минска, о постановлении ЦК ВКП(б) от 6 августа 1943 года "Об организационном упорядочении работы обкомов, крайкомов, ЦК компартии союзных республик", об издании журнала "Беларусь".

Вот по третьему-то вопросу, казалось бы, самому несложному для обсуждения, и развернулась настоящая партийная дискуссия. Причем, похоже, неожиданная даже для самого Пантелеймона Кондратьевича, который достаточно четко изложил резоны для издания журнала: мол, "украинцы уже издают такой журнал", выпустили первый номер с новостями украинской науки, искусства, литературы, а также проблемами партии и власти. "Я думаю, - резюмирует Пономаренко, - поскольку им разрешили, нам тоже, безусловно, разрешат и пускай наши товарищи пишут".

Но кажущаяся со всех точек зрения здравой и безупречной идея вдруг вызвала резкое отторжение у Василия Захаровича Коржа, знаменитого партизанского командира, возглавлявшего Пинское партизанское соединение.

"...Я могу заранее сказать, что этот журнал хорошим не выйдет, если не вложат в него действительно души белоруса. По-моему, уже довольно рисовать белоруса в лаптях, что он только имеет бульбу и что он там какой-то человек вроде мелкий и т.д.," - выдвигает свой контрдовод Корж. - И добавляет: мол, живу в Москве уже 4 месяца, слушаю радио, но как только зазвучит белорусская передача, тут же выключаю его. Потому что "нечего слушать. Ни одного стиха нет такого, чтобы он действительно был хорошим, чтобы он поэтически изложил жизнь. Как запоет Александровская, так запоет какую-то "Галочку", не сказано про человека, не сказано про жизнь. Или запоет про бульбу. И подумаешь в другой раз - а ну его к чорту".

С запальчивой эскападой Коржа не соглашаются Крупеня, Калинин, Наталевич и Малин, тут же приводящие ему в пример стихотворения Купалы и Коласа, от которых "слезы навертываются на глаза", с успехом прошедшую в Москве декаду белорусских театров и белорусских лауреатов Сталинской премии в области культуры.

Но Корж упрямо стоит на своем: "Бедны мы в искусстве... Не нужно, чтобы звучала одна бульба и одна "Лявонiха".

И тогда слово берет сам Пономаренко (все цитаты приводим в соответствии с орфографией и стилем оригинала): "Для того, чтобы судить о величии белорусской культуры, нужно ее лучше узнать - о ее истории, о ее богатствах. А вы имеете возможность признать, какие нам богатства дает история белорусской культуры. Я вам назову только маленький пример. Возьмите такой факт, когда была еще Византия, когда-то в ходу было очень ювелирные изделия - особенно кресты. И на протяжении многих веков считалось и сейчас считается наисовершеннейшим образцом ювелирного искусства тот крест, который для Ефросиньи Полоцкой сделал Богша - полоцкий гравер. Разве мы можем отбрасывать этого мастера истории. Невозможно".

Дальше Пантелеймон Кондратьевич приводит соратникам по партии примеры выдающихся достижений и имена деятелей белорусской истории - в том числе великого печатника и просветителя Георгия Скорину, Петра Мстиславца, говорит о слуцких поясах. Впрочем, в контексте поисков Креста это для нас менее интересно.

А любопытно в вышеприведенной цитате вот что. То, что Пономаренко говорит об изделии Богши без всяких ссылок на его бесследное исчезновение или похищение немцами. Коли так, напрашивается вывод: значит, Крест в августе 1943 года не пропал, а пребывает в целости и сохранности. И, по всем приметам, находится в Москве.

От редакции

Мы отобрали для начала один из самых любопытных, с нашей точки зрения, откликов, пришедших на публикацию о Кресте святой Евфросинии. На самом деле их гораздо больше. Судя по заинтересованной реакции, очень многих читателей газеты взволновала судьба национальной реликвии. Нашлись свидетели, лично знавшие сыновей бывшего директора Могилевского краеведческого музея И.Мигулина. А также желающие познакомить журналиста "СБ" с ясновидящей, готовой своими нетрадиционными методами указать местоположение белорусской святыни. Сотрудники КГБ также обещают продолжить поиск. Обо всех новостях в этом благородном деле мы обещаем регулярно рассказывать на страницах нашей газеты.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...