Память под фанерой

Величественные монументы и скромные обелиски, изваяния одиночные и групповые, захоронения безымянные, стелы и плиты, орудия и танки на постаментах. Они повсюду: в городах, деревнях, вдоль дорог, на перекрестках. Едва ли кто сочтет все памятники освободителям и павшим, стоящие на белорусской земле...

Величественные монументы и скромные обелиски, изваяния одиночные и групповые, захоронения безымянные, стелы и плиты, орудия и танки на постаментах. Они повсюду: в городах, деревнях, вдоль дорог, на перекрестках. Едва ли кто сочтет все памятники освободителям и павшим, стоящие на белорусской земле. Ни одна страна в мире не понесла в той войне таких потерь. Наши предшественники строили монументы не ради красоты, не для показа туристам. И хотя жили гораздо беднее нас, не жалели на это средств. Это была отнюдь не гигантомания: люди хотели, чтобы физический размер памятника олицетворял масштаб трагедии, глубину памяти, значимость личности. Но бронзы и гранита на всех не хватало. А бетон разрушается, кирпич и гипс — тем более. Мы обязаны сохранять и восстанавливать памятники, какими бы ни были их количество и размеры. Всегда ли делаем это достойно? Наш корреспондент выехал в Буда-Кошелевский район.


Дербичи


Обычно слово «фанера» берут в кавычки, имея в виду исполнение под фонограмму. Но халтура живет не только в шоу–бизнесе. Вот что сообщил редакции житель Буда–Кошелевского района Антон Матвеев.


«К юбилею Победы из бюджета выделялись деньги на ремонт памятников. Около 8 миллионов было израсходовано на ремонт монумента погибшим односельчанам в деревне Дербичи. Недавно, проходя мимо, я увидел на нем вертикальные трещины. Оказалось, что постамент под скульптурную композицию обшит фанерой или ДСП. Как инженер–строитель я возмущен увиденным. Выделенных средств было достаточно, чтобы сделать качественный ремонт, а не устраивать «шабашку» на памяти...»


Автор предполагает обман со стороны подрядчика, требует произвести контрольные обмеры и применить к халтурщикам предусмотренные законом санкции. «Наши отцы строили эти памятники, они стоят 40 — 50 лет. Наш гражданский долг в том, чтобы они простояли столько же. Фанерных пьедесталов в Беларуси нет и здесь быть не должно. Совести нет у тех, кто это делал!»


Деревня расположена на магистрали Могилев — Гомель в 30 километрах от Буда–Кошелево: ближе к Чечерску, чем к «родному» райцентру. Немаленькая: около полутысячи жителей, есть средняя школа. Монумент павшим высится на деревенском перекрестке буквально возле входа в здание.


Вахтер и уборщица, увидев мое журналистское удостоверение, просят написать, что молодежи в деревне много, а заняться ей нечем. Даже на дискотеку детям нужно 3 километра идти по лесной дороге в соседнюю Рогинь. Дескать, к тамошнему хозяйству присоединили местное, там и жизнь. А в Дербичах нет даже клуба.


Директор и завуч в отъезде, про монумент мне рассказывает социальный педагог Тамара Соловей. Памятник — главный объект всех местных торжеств и ритуалов. Возле него принимают в пионеры, поздравляют выпускников, чествуют ветеранов войн афганской и Отечественной: 23 февраля, 9 мая, 3 июля и конечно, 27 ноября — в день освобождения Буда–Кошелево. Чистота вокруг памятника — забота школы, хотя числится он «на балансе» Рогинского сельсовета. Скрытый сугробами, издали он выглядит вполне пристойно. Но если подойти ближе...


Высокий постамент по всему периметру обшит все же не фанерой — гипсокартоном. Но это едва ли лучше. Картон разбух от сырости, повсюду пронизан трещинами и отслаивается от монумента. То ли бумажное, то ли лакокрасочное покрытие во многих местах вспучилось и отваливается пластами. Неприглядное зрелище. Стучу по картону: под ним отзывается пустота. Ясно, что полное разрушение облицовки — дело ближайшего времени. Неужели его «отремонтировали» год назад за 8 миллионов рублей?..


Педагог удивлена, возмущена: «Халтура!» Зря, говорит, положились на профессионализм строителей. Антон Матвеев признается, что наблюдал за ремонтом, когда работы были еще в разгаре. Предупреждал и строителей, и местное начальство: «Обмануть и украсть не позволю!» Объясняет, что кирпич в основании памятника расслоился от времени. Что можно было за те же деньги — и даже дешевле — укрепить фундамент на десятилетия: использовать опалубку, армированный бетон, отделочную плитку. Сейчас, мол, есть такие материалы, о которых раньше и мечтать не могли.


Судя по всему, в деле разбирается. Оказывается, с красным дипломом окончил строительный вуз в Ленинграде, работал на


БАМе, а потом строил и в родном районе. Я искренне разделяю его возмущение, его принципиальность (за такое нужно строго спросить!) и пафос: «память не может быть фанерной!».


Райцентр


Пристрастно осматриваю многочисленные памятники в райцентре. Да, здешняя земля дала стране немало людей достойных и даже героических. Половина из десяти «знаковых мест» Будакошелевщины — памятники. Например, летчику–истребителю и генерал–майору авиации, дважды Герою Советского Союза Павлу Головачеву. Или — участнику боев в Испании, командующему авиацией Балтфлота вице–адмиралу Валентину Дрозду. Возле районного Дома культуры установлены бюсты еще семерых героев. Четверо из них заслужили Золотую Звезду на фронтах, трое — уже в мирном труде. Согласитесь, такую аллею Славы увидишь не в каждом райцентре. Мемориал на главной площади города и вовсе поражает воображение: центральную композицию окружают сотни именных мраморных плит в виде пятиконечных звезд!


Но что–то в пафосных речах собеседника смущает... Антон Матвеев вспоминает, у кого был на приеме: у министров юстиции, труда и соцзащиты, у замминистра МЧС, у представителя госконтроля и облисполкома — у всех сколь–нибудь высоких должностных лиц, приезжавших в Буда–Кошелево. И что, всем жаловался на памятник? Не только. Он регулярно навещает председателей райисполкома и райсовета, указывает руководителям на огрехи. И мне чуть ли не диктует формулировки будущей статьи — насчет беспорядка, бесконтрольности, «воровства». Похоже, что только это и видит вокруг. Настаивает: «Процитируйте меня!»


Спрашиваю: «Сейчас вы где, кем работаете?» В ответ Матвеев рассказывает, как «ограбили» его автотранспортный бизнес. Бывает, сочувствую. Но ведь два года назад вы, Антон Степанович, звонили мне в редакцию и говорили о том же: об «уничтоженном» бизнесе и «бюджетных хищениях». «Работаете–то где?» Нет ответа.


Председателя райисполкома Александра Григоренко я хотел расспросить не только о памятнике в деревне Дербичи. С ним как раз все ясно: халтура, «фанера». Но и с некоторыми другими не все в порядке.


Явно требуют укрепления массивные гранитные плиты с именами павших — это на главном городском мемориале. Есть ли на это деньги? Или, например, стоит между авто– и железнодорожным вокзалами Буда–Кошелево высоченная стела, доверху облицованная мрамором. Кое–где на высоте он тоже отслаивается. Очертаниями стела напоминает обелиск на площади Победы в Минске, но назначение понять трудно. Истертая временем, практически невидимая надпись (не бронзой — краской) ничего не проясняет: «потомкам».


Потом узнал: это памятник отселенным деревням района. Только крупных было 8. Теперь понятна неопределенность надписи: тогда аварию еще не называли чернобыльской катастрофой. Зато люди, как могли, выразили свою скорбь в гигантском — для скромного городка — размере обелиска. Он тоже ветшает: откуда деньги на ремонт, если бюджет района дотируется на 70 процентов?


Сельское хозяйство, дороги, жилье, образование, медицина... — я представляю проблемы руководителя небогатого района. Что мог сказать Александр Григоренко про памятники свалившемуся на голову, явившемуся без предупреждения журналисту? Он сказал все, без подготовки! Что всего в районе 43 памятника. Все на учете, каждый имеет ответственного «хозяина». В прошлом году на их ремонт районный бюджет получил 40 миллионов рублей. Небывалые деньги! Они были выделены специальным решением облисполкома лишь по случаю 65–летнего юбилея Победы. Очень небольшие деньги: один только памятник в Пенчине потребовал 15 миллионов.


Поэтому за ремонт большинства (как в Дербичах) район платит из своего скромного бюджета. Привлекая, если это возможно, и деньги предприятий, хозяйств, бизнеса.


Григоренко не только все в деталях рассказал, но и показал два макета. Их по просьбе районного руководства исполнили студенты–архитекторы из Гомеля. Вот каким может быть памятник отселенным деревням: каждая поименована и обозначена своим символом. Это уже не одинокий монумент, а выразительная композиция. Второй макет восполняет потерю самолета–истребителя, который стоял на въезде в город, но потом оказался в областном музее.


А постамент остался: мощный, железобетонный, который только и мог держать самолет. Его не снести, не взорвать — под ним проходит газовая магистраль. Студенты предлагают на место самолета посадить... аиста. Это лишь замыслы, эскизные макеты. Возможно, говорит Григоренко, эти темы студенты получат для дипломного проектирования: преподаватели идею поддержали. Может быть, потом найдутся и деньги...


Вакансии для «героя»


Словом, ни я, ни даже Антон Матвеев ничего нового, неизвестного про памятники председателю райисполкома не сообщили. Про «фанеру» в Дербичах, конечно, он тоже знает. Был там, видел и тоже «простукивал». Безобразие, слов нет. Стыдоба! Халтуру исполнило частное предприятие «Диана». Директор вину признал, подписал акт. С наступлением хорошей погоды обязался все сделать как надо. А вот клуб в деревне Григоренко обещать не может. В районе 236 населенных пунктов! В большинстве жители хотят иметь свой клуб, но это нереально и бюджету не по силам. Зато в Рогини идет капитальнейший ремонт местного ДК.


Надеюсь также, что восстановят и буквы, составлявшие фамилию дважды Героя Головачева на аллее Славы. Они все осыпались, остались только следы на штукатурке. Некрасиво.


...Выезжая в командировку, я мысленно видел Антона Матвеева героем статьи. Без кавычек. Ведь как вывел на чистую воду бракоделов! Как поставил на место местных бюрократов. Не все так однозначно оказалось. Мы провели с Матвеевым немало времени. И большую часть этого времени собеседник клеймил, бичевал, судил. Похоже, гордился своей принципиальностью. Я проверил в военкомате: он действительно окончил строительный вуз с отличием. Но там же мне сказали, что этот офицер запаса уже длительное время не работает. Позже выяснил, что в его городской квартире отключены за неуплату свет, вода и телефон, а возле деревенского дома давно повалился забор. Но предписания благоустроить жилище (оно на виду) хозяин игнорирует...


Это странно. Уверен, что Матвеев мог бы показать свою принципиальность и строительную доблесть в деле. Это предлагал ему и председатель райисполкома Григоренко. А поскольку жалобщиков мало кто любит, обещал ходатайство и личное поручительство. Почему, дескать, только критикуешь и не хочешь показать, как надо работать? Ответа не получил.


Насчет памяти, которая не может быть «фанерной», мой собеседник прав, конечно. Боюсь, однако, что на героя он все же не тянет. Поэтому его имя и фамилию я изменил. Надеюсь, не обидится. Потом, по телефону, он сказал, что идет устраиваться. Желаю удачи!


Фото автора.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Бобруйчанин
В отношении памятников войны наплевательское отношение не допустимо. Тем более что современная Беларусь никогда не отличалась историческим беспамятством. Бобруйщина в этом отношении прекрасный пример. Посмотрите на великолепный мемориальный комплекс в Сычково. Там ведь в свое время тоже бетон откалывался. Но все укрепили, восстановили, а на въезде еще и пушки поставили. Красиво, и торжественно. А рядом дот Селезнева. Тоже сохранили этот памятник, не довели до плачевного состояния. Такие же ухоженные памятники в Щатково, да и в самом Бобруйске. <br /> <br />
Думаю, что городские и районные власти обязаны брать шефство над военными монументами. Такая работа не должна носить характер отписок и наплевательского отношения. Историческая память - это важный элемент морального здоровья нации.
Диана Филимонова
На каждое "хочу" есть тысяча возможностей, на "не хочу" есть тысяча причин...Эти памятники - только вершина айсберга... Видимо, так же,как и мрамор монумента, поблекла и постепенно разрушается память о кровавой войне, о людях, которые стояли на пути врагов, пытаясь предотвратить ненужные смерти... Зачем что-то реставрировать, когда живёшь не прошлым, а будущим днём?.. Неужели в Дербичах не осталось тех, кто кропотливо перебирает воспоминания молодых лет, кто в День Победы приходит возложить цветы у подножья памятников?<br /> <br />
В Червене, на родине моего дедушки, такие люди есть... У въезда в город до сих пор мрачно-торжественно возвышается танк. А на главной площади города, где высятся памятники погибшим в войне, на манументах разве что зимой не лежат красные гвоздики... За памятниками героям Великой Отечественной войны в Червене следит общество ветеранов, активным членом которого был и мой дедушка.<br /> <br />
Я думаю, состояние памятников - результат отношения к ним людей. И если бы население Дербичей действительно было заинтересовано в сохранении монументов, всё было бы в порядке...
Виктория Апанасёнок
согласна с Виктором Пономарёвым - это безобразие! Разве мы, современники, можем допустить такое?! на нас возложена священная миссия: мы должны помнить подвиг советского народа! Помнить и чтить! разве можно допустить, чтобы разрушались памятники, обелиски? они были воздвигнуты в честь и славу настоящим героям, защитникам Родины! Единственное, что можно сделать нам - это сохранить все реликвии, монументы и т.д. Ведь это наша память, память нашего народа! задумайтесь...
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?