«Открыл дверь блиндажа, и в этот момент все озарилось яркой вспышкой»

СЧАСТЛИВЫЙ случай привел накануне Дня защитников Отечества и Вооруженных Сил Республики Беларусь Викентия ХОЛОДА в редакцию «БН». Наш подписчик с более чем 60-летним стажем выиграл 500 тысяч рублей в рекламной игре. Этот факт оказался счастливым и для газеты. С такой биографией и неожиданными поворотами судьбы за 85 лет, прожитых Викентием Александровичем, он просто не мог не стать героем газетной публикации. Викентий Холод долго хранил молчание: в 1954 году дал подписку о неразглашении на протяжении четверти века сведений о Тоцких войсковых учениях с использованием ядерного оружия, в которых принимал участие. Лишь с началом перестройки появились первые скромные публикации о них. Но и сегодня многие материалы о тех событиях продолжают оставаться засекреченными. Тем интереснее воспоминания непосредственно их очевидца.

Агроном-экономист Викентий Холод, наш давний подписчик, испытал на себе силу атомной бомбы, но при этом остался жив

СЧАСТЛИВЫЙ случай привел накануне Дня защитников Отечества и Вооруженных Сил Республики Беларусь Викентия ХОЛОДА в редакцию «БН». Наш подписчик с более чем 60-летним стажем выиграл 500 тысяч рублей в рекламной игре. Этот факт оказался счастливым и для газеты. С такой биографией и неожиданными поворотами судьбы за 85 лет, прожитых Викентием Александровичем, он просто не мог не стать героем газетной публикации. Викентий Холод долго хранил молчание: в 1954 году дал подписку о неразглашении на протяжении четверти века сведений о Тоцких войсковых учениях с использованием ядерного оружия, в которых принимал участие. Лишь с началом перестройки появились первые скромные публикации о них. Но и сегодня многие материалы о тех событиях продолжают оставаться засекреченными. Тем интереснее воспоминания непосредственно их очевидца.

В 1950 ГОДУ молодой агроном Викентий Холод прибыл на работу в Залескую МТС Радошковичского района. Там и начал выписывать тогда еще «Колхозную правду». Газета меняла названия, а он ей не изменял. Разве что не читал во время службы в рядах Вооруженных Сил.

В армии Викентий Холод окончил школу офицеров запаса. В августе 1954-го учебной артиллерийской батарее, в которой он служил, предстояло выполнить важную правительственную задачу. Какую, никто поначалу не говорил. Все держалось в строжайшей тайне.

— Думали, часть направят в Берлин, где в то время проходили антиправительственные выступления, — вспоминает Викентий Холод. — Но мы двинулись на Брянск. Через 6 дней эшелон прибыл в Сызрань, оттуда путь пролег на станцию Тоцкая. Хорошо помню, как встретилась плачущая женщина. Она стояла и махала нам вслед, словно прощаясь. Лишь потом мы поняли: местное население знало о предстоящих событиях. Мы же оставались долгое время в неведении. И только по прибытии на станцию Тоцкая на построении нам сообщили, какую задачу предстоит выполнить. При этом предупредили: «Никому ни о чем не писать и не хныкать».

В Лагерях, как тогда называли военный поселок Тоцкое-2 с прилегающим полигоном, на 42 километра раскинулись палатки, в которых жили солдаты и офицеры — участники будущих «атомных» учений. По замыслу командования армейские части были разделены на «Западных» и «Восточных». В роли «Восточных» выступали войска Белорусского военного округа, «Западных» — Южно-Уральского военного округа. Первым предстояло наступать, вторым — обороняться.

Согласно разработанной руководителями учений во главе с маршалом Советского Союза Георгием Жуковым программе подготовки, обучение войск велось сорок пять дней. Целью их была практическая отработка «прорыва подготовленной тактической обороны противника с применением атомного оружия».

СЕЙЧАС уже трудно представить атмосферу тех лет. А тогда… Холодная война, военное противостояние СССР и США с каждым годом набирали обороты. Страна, только что пережившая самую кровавую и разрушительную войну в истории человечества, не жалела сил и средств на создание ядерного щита. В 1949-м Советский Союз испытал первую атомную бомбу. В 1951-м прошли штабные учения с имитацией применения ядерного оружия. Американцы с 1951-го по 1956 год провели восемь войсковых учений с его применением.

Тоцкий полигон для проведения учений был выбран не случайно. Его рельеф очень похож на местность центральной Европы — театра предполагаемых в то время возможных военных действий.

Подготовка Тоцкого полигона к предстоящим учениям началась за полгода до их проведения. Повсеместно прокладывались дороги, возводились дома офицерского состава, а также для местных жителей, подлежащих выселению из 8-километровой зоны от эпицентра взрыва. 600 танков и самоходных артиллерийских установок, 500 орудий и минометов, 600 бронетранспортеров, 320 самолетов, 6 тысяч тягачей и автомобилей, 45 тысяч военнослужащих были сведены воедино, чтобы определить степень воздействия поражающих факторов ядерного оружия на людей и технику.

— Месяц ушел на оборудование огневой позиции батареи и подготовку вооружения. Мы по существу закопали орудия в землю, — продолжил свой рассказ Викентий Холод. — Уже потом стало известно, что войсками было вырыто более 400 километров окопов. Перекрытие блиндажей строили из бревен в 3 наката. Хорошо помню, как строгая комиссия отчитала, что использовали для перекрытий необтесанные бревна. А через несколько дней уже другая не стеснялась в выражениях в адрес отцов-командиров за использование обработанных бревен. Все это говорит о нервозности и неизвестности, царивших в те дни. Никто не знал, какие последствия вызовет взрыв атомной бомбы.

Для определения воздействия радиации на живые организмы в окопы накануне операции «Снежок» — такое кодовое название получило испытание ядерного оружия — разместили домашних животных, кошек и собак.

И ВОТ наступило 14 сентября. Нас подняли в шесть часов утра. Выдвинулись на огневые позиции, расположились в блиндажах. Вскоре прозвучал сигнал тревоги. Мы надели противогазы, черные очки. В начале десятого послышался гул самолета. Командир батареи приказал мне открыть дверь блиндажа. И в этот момент вдруг все вокруг озарилось яркой вспышкой. Ощущение было такое, словно рядом ударила молния. Я инстинктивно ладонями закрыл глаза и упал. Земля подо мной качнулась. А спустя некоторое время последовал второй, еще большей силы удар. Дверь блиндажа сорвало с петель. А потом вдруг стало неестественно тихо… Любопытство взяло верх над осторожностью. Выбежали из блиндажа и увидели, как исполинский черный гриб взмыл в небо. Он закрыл собой солнце.

В следующую минуту прозвучала команда: «Радуга». Это был сигнал к началу боевых стрельб. На каждое наше орудие выдали 72 снаряда. Сам снаряд весил 22 килограмма 400 граммов и 4 килограмма — заряд. Все это количество боеприпасов предстояло выпустить в три этапа за 20 минут. Можно представить, какая физическая нагрузка ложилась на заряжающих. Не трудно подсчитать, за 20 минут надо было перенести почти две тонны веса. И с задачей своей они справились.

От интенсивности ведения огня краска на стволах наших орудий обгорела. После артподготовки в наступление пошли танки, самолеты. Поступил приказ и нам сменить позиции. Одели бахилы, противогазы, накидки, разместились в машинах и колонной двинулись в сторону эпицентра взрыва. Дорога была завалена лесом. Бульдозеры расчищали ее, освобождая путь колонне техники.

— На что тогда обратил внимание, более тонкие деревья, в отличие от толстых, устояли перед ударной волной. Их не сломало, а лишь пригнуло к земле, — продолжил свой рассказ Викентий Холод. — Миновав поваленный лес, попали в горящую деревню. Огонь уничтожил и следующую.

Накануне жителей из деревень в 8-километровой зоне от эпицентра вывезли в построенный под Бузулуком поселок. На каждого человека выдали по 300 рублей подъемных. Первоначально предполагалось даже эвакуировать райцентр Тоцкое. Однако этого не сделали.

После учений и помывки нам должны были выдать новое обмундирование. Но неизвестно по какой причине этого не сделали. Мы так и остались в той же одежде, в которой «воевали». Недалеко от нашего расположения солдаты обнаружили плантацию с помидорами. Они нарвали, обтерли их и ели с кашей.

Через неделю всех отправили зарывать траншеи и выравнивать колхозные земли. Приведя в порядок территорию «военных действий», мы вернулись к месту постоянной дислокации, в Житковичи. Там нам вручили погоны младших лейтенантов, офицерские фуражки, и 7 ноября я уже был дома в Пуховичском районе.

Позже маршал Жуков, наблюдавший за взрывом атомной бомбы и его последствиями, писал: «…я пришел к убеждению, что войну с применением ядерного оружия ни при каких обстоятельствах вести не следует».

ОТСЛУЖИВ, Викентий Холод работал в МТС участковым агрономом. С ликвидацией машинно-тракторных станций перешел на работу в одно из передовых хозяйств на Воложинщине, которое стало в районе первым миллионером. Здесь в 1958 году получил медаль «За трудовую доблесть» за высокий урожай льна. 120 гектаров было занято в тот год в хозяйстве этой культурой. В каждой бригаде было льноводческое звено. Теребили лен руками и теребилками, потом молотили, расстилали, поднимали, складывали в сараи. Сушили в сушилках. После женщины мяли и трепали. И все вручную. Представляете, какой труд? Но крестьяне в то время воспряли духом. Ведь за трудодень давали 1 килограмм хлеба и 4 рубля. Утром зимой все спешили на работу, чтобы первыми занять сани и возить навоз и торф на поле.

Викентий Холод заочно учился в сельскохозяйственной академии в Горках. Поступал на агронома, но зачислили на экономиста. Так стал агрономом-экономистом. На Воложинщине познакомился с будущей женой, учительницей местной школы, перебрались к ней на родину в Смолевичский район, где он работал экономистом. Правда, семейное счастье закончилось, когда младшая дочь училась в 8 классе. Жена умерла от рака, а вот его, прошедшего атомный ад, Бог миловал.

В начале 60-х реорганизовывалось Министерство сельского хозяйства. Викентий Холод перешел на работу в управление по делам колхозов главным специалистом по труду и зарплате. Уже тогда колхозы стали самостоятельными в методах начислений и выплат. Кроме трудодней, был гарантированный денежный минимум. Но так как продукцию сельчане продавали по низким ценам, денег не хватало. И во многих хозяйствах по-прежнему преобладала натуроплата. Только в 1966 году вместо так называемых палочек ввели гарантированную оплату труда колхозников, им полагались и дополнительная оплата, и премии, которые могли составлять даже 5 окладов.

Всего в министерстве он проработал 23 года. Его труд отмечен орденами «Знак Почета», «Дружбы народов». Будучи на пенсии, работал в городском агропромышленном комитете. А на отдых «атомный солдат» ушел в 72 года.

Елена КЛИМОВИЧ, «БН»

Фото Павла ЧУЙКО, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости