К перевоспитанию годен: как достучаться до семейного тирана

От ненависти до любви

Семейное насилие — болезнь, лечиться от которой нужно не только жертве, но и домашнему агрессору. В Беларуси уже более двух лет действует программа по коррекции мужского насильственного поведения. Пока только на добровольных началах: социальные службы, милиция, учреждения образования рекомендуют мужчинам, практикующим семейную тиранию, посетить тридцать занятий с психологом. Порой в надежде получить ответ на вопрос: “что со мной не так?” люди приходят сюда и без постороннего напутствия. А бывает, едва ли не за руку мужей приводят жены, еще не отчаявшиеся изменить что-то к лучшему в отношениях. Мы беседуем с руководителем коррекционной программы для мужчин, психологом Минского городского центра социального обслуживания семьи и детей Романом Крючковым о том, как оправдывают свои действия адепты семейной тирании, почему в перспективе коррекционные занятия для тех, кто привык общаться с родными людьми при помощи кулаков и оскорблений, должны стать обязательными и можно ли в принципе изменить человеческую природу абьюзера.

wordpress.com

— Роман, вы проводите занятия с людьми разных возрастов, убеждений и воспитания, которые собираются в небольшие группы и рассказывают, почему били жен и детей. Не опасно находиться в эпицентре взрывных темпераментов?

— Моя задача — подобрать ключ к каждому из этих людей, независимо от того, насколько они отличаются друг от друга. Никаких серьезных конфликтов на занятиях за все время не было. Не забывайте, что многие такие люди демонстрируют свою силу только тем, кто не в состоянии ответить. Когда любитель “семейных разборок” занимается в группе, где по одну сторону от него сидит “коллега”, который признается в том, что дважды ломал челюсть своей жене и избивал отца, а по другую — человек с несколькими судимостями за плечами, который истязает жену и ребенка, то, согласитесь, как минимум недальновидно демонстрировать худшие черты своего характера. К слову, мужчины, которые записываются на программу, часто спрашивают: ведь там будет много таких, как я, мне это ничем не грозит?

— Что объединяет всех этих людей?

— Как правило, за исключением того, что все они применяют в семейной жизни насилие, между ними может быть мало общего. Это люди разных возрастов, разного уровня образования и мировоззрения, стоящие на разных ступенях социальной лестницы. Составить среднестатистический портрет домашнего агрессора сложно. За два года через нашу программу прошло более ста человек, но невозможно выделить в отдельную группу какой-то повторяющийся тип. Это может быть успешный бизнесмен, который годами изводит своих близких. Или педагог, привыкший разговаривать с ребенком исключительно на языке ремня. Может быть врач или милиционер, ревнующий свою жену и избивающий ее. Обычные с виду люди, с которыми мы ежедневно пересекаемся в общественном транспорте, в очереди в магазине, живем по соседству. Бытует мнение, что домашний агрессор — брутальный на вид мужчина, этакий “альфа-самец”. На самом деле чаще всего это ничем не примечательные люди, кто-то из них наделен блестящим интеллектом, занимает хорошую должность. Кто-то слишком известен и просит не включать его в группу, а работать индивидуально. 

В разговоре с малознакомыми людьми, коллегами они демонстрируют прекрасные манеры, дружелюбие. А вот дома проявляют совсем иные черты характера.
ДЕЛАЮТ ЛИ ЭТО ЖЕНЩИНЫ?

К физическому и эмоциональному насилию прибегают в основном те, у кого больше власти и контроля. В результате целого ряда факторов женщин с раннего возраста приучают ставить выше интересы кого-то другого — детей или партнера. А мужчины привыкли с детства быть главными действующими лицами, пишет bbc.com.

Конечно, женщины тоже бывают абьюзерами: зарабатывая больше денег, они могут контролировать своего партнера экономически или не давать ему встречаться с детьми. Есть много способов контролировать и унижать партнера или просто рассматривать его как своего рода невоодушевленный предмет.
— Пытаются ли они объяснить свое поведение, оправдать угрозы, оскорбления, рукоприкладство?

— Бывает, что они вполне искренне не понимают, в чем именно неправы. Поскольку росли в среде, где физическое наказание, побои считались нормой. И сейчас так же воспитывают своих детей. Эта межпоколенная трансляция — настоящая трагедия нашего общества. Но большинство все же вполне отдает себе отчет в том, что делает и что это разрушительно. Вспоминаю один случай. Беседуем на индивидуальном занятии с мужчиной, который пришел в группу по настоятельной рекомендации директора детского сада, обеспокоенного тем, что в отношении ребенка применяется порка ремнем. И вот этот отец мне кричит: “Почему, когда я в свое время ходил в детский сад весь черный от побоев, всем было все равно? И директору, и воспитателям? Почему тогда это было нормально, а сейчас — преступление?”

Часто агрессоры списывают все на женщину: мол, сама спровоцировала. “Я — глава семьи, пусть подчиняется, а она сама напрашивается”. Закостенелые патриархальные устои, увы, еще очень сильны в нашем обществе. Только по прошествии месяцев работы в группе мужчина учится брать ответственность на себя за свое насилие. И понемногу менять поведение.

— Чтобы мотивировать к дальнейшей работе над собой такой непростой в общении контингент, нужно заставить их захотеть измениться. Что вы им говорите? Как убеждаете, что сила — далеко не всегда признак мужественности?

— Показываю им, что признание своих ошибок и того, что такое поведение — деструктивно и дисфункционально по своей сути, — это по-мужски. По-мужски — уметь выстраивать хорошие взаимоотношения с окружающими тебя людьми и в первую очередь — с близкими, с семьей. По-мужски — доказывать свою правоту при помощи логичных рассуждений и равного диалога с партнером, а не при помощи кулаков. Существуют специальные методики, практические занятия, которые помогают мужчинам, практикующим домашнее насилие, выработать сочувствие и уважение к своим близким.

— Коррекционный курс рассчитан на тридцать занятий. Достаточно ли этого, чтобы раз и навсегда перевоспитать агрессора?

— Если человек на протяжении большей части жизни наблюдал насилие, впитал его, что называется, с молоком матери и много лет практиковал подобное в своей семье, переделать его за один курс, конечно, невозможно. Он еще долго будет нуждаться в профессиональной поддержке. В США и Западной Европе, к примеру, после прохождения такой программы около 70% бывших домашних агрессоров начинают жить по новым правилам и не возвращаются к насилию. Кроме того, в других странах за курс коррекционной программы нужно платить. 

У нас же пока речь идет только о том, чтобы социальные службы, учреждения образования и здравоохранения, органы внутренних дел настоятельно рекомендовали лицам, которых подозревают в семейном насилии, обратиться к нам за помощью. Хочется верить, что спустя какое-то время мы тоже придем к тому, что программы будут официально приняты и общество сделает эти занятия обязательными для агрессоров.
Коррекционная программа для мужчин, применяющих домашнее насилие, функционирует на базе ГУ “Минский городской центр социального обслуживания семьи и детей”. Сначала с записавшимися на прием клиентами психолог проводит несколько индивидуальных сеансов. Это необходимо для того, чтобы оценить пригодность к групповым занятиям. Параллельно специалисты работают с партнершами агрессоров, чтобы помочь им взять на себя ответственность вза свою жизнь. В ситуациях с бытовым насилием жертве часто не хватает смелости что-то кардинально поменять. Совместная работа позволяет специалистам контролировать ситуацию. В группе собирается до 10 человек, занятия проходят еженедельно и длятся два часа. Программа структурирована, в ней расписаны упражнения, темы, дополнительные инструменты. Подобная схема, к слову, успешно применяется в США, Великобритании, Швеции, Польше. В большинстве стран она носит обязательный характер для домашних агрессоров и является платной. 

В Беларуси пока за курс тридцать занятий клиенты не платят ни копейки.
ГЕНЕТИКА ИЛИ ВОСПИТАНИЕ?

Есть много причин, из-за которых люди прибегают к физическому или эмоциональному насилию. Некоторые мужчины и женщины изначально не насильники по своему характеру, но отличаются импульсивностью или нервозностью. Они более подвержены разочарованиям, желанию сиюминутного удовольствия. Им также нужно постоянное подбадривание. Такие люди в состоянии совершить нечто неподобающее по отношению к другим, даже если они не имели этого в виду.

Но не стоит забывать, что мы живем в обществе, в котором доминируют мужчины и одобряются определенные взгляды на то, что значат слова “мужество” и “независимость”. Мальчиков с детства учат быть “настоящими мужчинами”, однако это может привести к нормализации применения насилия. Насильники часто не понимают, что слово “нет” и в самом деле означает “нет”.

Мы живем в патриархальном мире, где окружающие закрывают глаза или считают нормальными ситуации, в которых один человек контролирует другого. Если женщина убеждена в своей правоте, если она прямо и четко говорит, что думает, если на что-то обижается, то ее считают сумасшедшей, феминисткой, сексуально озабоченной и так далее. Но если те же характеристики проявляет мужчина, окружающие хвалят его за силу характера.

psy-zoom.ru

Как понять, что это про вас, если “виновата всегда она”? Вот некоторые признаки семейного агрессора:

• вас боятся домочадцы;

• вы привыкли оскорблять близких не только наедине, но и прилюдно;

• от вас пробовала уйти жена (подруга), но вы ее не отпускали, преследовали и наказывали “за неповиновение”;

• вы били, душили, сильно толкали свою жену или подругу, пусть даже и “в шутку”;

• вы привыкли ее контролировать и требовать от нее отчета обо всех действиях;

• вы применяете силу в сексе и добиваетесь согласия;

• вы запрещаете своей жене работать, повышать образование, шантажируете ее тем, что оставите без гроша в кармане;

• вы снова и снова проходите по кругу: копите обиды и злость — срываетесь — применяете насилие — сожалеете — пытаетесь помириться.

konopelko@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter