Минск
-5 oC
USD: 2.59
EUR: 2.84

Белорус Владимир Талайко был одним из тех, кто освобождал Европу от коричневой чумы

От Мяделя до Балатона

фото олега усачева
Они не говорили громких фраз. Знали только слово «надо». Несколько кровопролитных лет Великой Отечественной войны им пришлось отстаивать право человека на жизнь, очищая родную землю от захватчиков. Затем, освобождая страну за страной, они прошли Европу, чтобы уничтожить зверя в его логове. Солдаты Победы. Очевидцев и участников тех боев и сражений с каждым днем становится меньше. Им всем уже почти за 90 лет. Оттого сегодня их слова на вес золота, а завтра им не будет цены. Мы начинаем проект «Путь к Победе», будем рассказывать о наших земляках — белорусах и уроженцах Беларуси, спасавших Европу от фашизма.

Владимир Васильевич Талайко — участник самой кровопролитной войны. Сегодня живет в деревне Узла, что недалеко от Мяделя. Через три месяца ветерану исполнится 94 года, но силе его рукопожатия может позавидовать и молодой мужчина. Его детство прошло на берегах речки Нарочанка в деревне Черемшицы. Мог ли себе представить белорусский мальчишка, что однажды с оружием в руках пешком пройдет от Украины через Румынию и Югославию до Венгрии? Первое дыхание войны 15‑летний Володя почувствовал утром 22 июня 1941 года в библиотеке Мяделя: «Я привез сдавать книжки. А библиотекарь молча их взяла и бросила в угол. На улице шептались, что началась война...» Володя часто помогал партизанам медикаментами и продовольствием, рвался на фронт, но его время пришло только после освобождения Беларуси.

По долинам и по взгорьям

16 июля 1944 года Владимира Талайко и еще четверых односельчан мобилизовали: «Построили в Мяделе и пешком повели в Молодечно. Оттуда эшелоном повезли в учебную часть в город Муром, где изучали устройство винтовки, занимались приемами штыкового боя. Так я стал стрелком‑пехотинцем, и меня направили в Волынь (Украина). Оказался в 266‑м стрелковом полку 92‑й стрелковой дивизии...»

СПРАВКА

Бои Красной Армии за освобождение Венгрии были одними из самых ожесточенных в последней фазе войны. Это объяснялось тем, что к концу 1944 года Германия лишилась румынской нефти. Практически все германские заводы по производству горючего были выведены из строя. Единственные нефтяные месторождения и нефтеперерабатывающие заводы оставались только в австрийском Цистердорфе и в районе озера Балатон. Гитлеровцы защищались с отчаянием обреченных. Был даже издан приказ, согласно которому немецкие войска должны были стоять насмерть.
В составе этого полка Владимир Талайко подошел к городу Сегед (Венгрия), где впервые увидел немецкий бронепоезд и прошел боевое крещение. «Дальше мы подошли к озеру Балатон. Кругом траншеи с немцами. При поддержке нашей артиллерии несколькими атаками мы выбили фашистов и заняли траншеи. Что вокруг творилось! Самолеты бомбили, минометами обстреливали. А еще снайперы. Не думал, что живой останусь даже в укреплениях. А когда пехота идет в бой, на нее обрушивается весь огонь противника: ружейно‑пулеметный, минометный, артиллерийский, да еще авиация бьет из пулемета и бомбит. Мало кто из пехотинцев выжил».

С улыбкой Владимир Васильевич вспоминает: «При появлении немецких самолетов мы встречали их всеми видами стрелкового оружия. Если и не подбивали, то наносили повреждения. При появлении наших штурмовиков немцы падали на дно окопов и молились».

Вперед, в атаку!

11 декабря 1944 года Владимир Талайко получил первое ранение: «Днем поступил приказ идти в наступление. Командиром отделения у нас был пожилой украинец. Он жалел нас, зеленых салаг, звал «детками». Убило его первым. Поднялся из окопа, чтобы повести нас в бой, и… в ту же секунду рухнул замертво. А я сразу за ним был. Что оставалось? Вылез осторожно из траншеи, прополз пару метров, поднялся, закричал и побежал с винтовкой вперед… За мной и остальные побежали. Страшно жуть как было: снаряды рвутся, пули свистят, не помню, сколько бежал, но вдруг подкосило, упал. Оказалось, ранение осколками мины в бедро. Отвели меня санитары в сарай какой‑то и наскоро сделали операцию. Восстановился быстро и уже через непродолжительное время догнал своих под Будапештом».

И снова ранение

Во время боев за Будапешт, 1945 г.

Наступление на Вену уже проходило без Владимира Талайко. 14 марта 1945 года в одной из атак он был тяжело ранен в колено:

«Я упал как подкошенный. Жалел только об одном: моему товарищу одному будет сложно управляться с пулеметом Дегтярева: кто будет подносить патроны и следить за лентой? Терпел до последнего, но кровь била ключом, и я, стараясь не потерять сознание, как мог перевязал сам себя».

Подоспевшие санитары вытащили солдата на носилках с поля боя, и дальше была операция. До сих пор Владимир Васильевич удивляется тому, что хирург сохранил ему ногу.

Чтобы помнили

5 мая 1945 года Владимир переступил порог отчего дома. Из «заграничного вояжа», кроме ран и костылей, не привез ничего: «Я ведь все время на передовой был, а потом сразу госпиталь».

Награды нашли героя уже в мирной жизни. Спустя несколько лет после войны представитель Мядельского райвоен­комата вручил ему медаль «За отвагу» и орден Отечественной войны I степени.

После войны работал несколько лет счетоводом в местном колхозе, а затем до пенсии продавцом в магазине в селе Черемшицы.

Ветеран периодически выступает перед школьниками и рассказывает, что для войны не имеет значение, кто ты: женщина, мужчина, ребенок… Война уничтожит все живое на своем пути. Если ее не остановить.

usachev@sb.by

Мядельский район.
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...