От корней к корням

Союзные музейщики и журналисты побывали в уникальной усадьбе

Сельской дорогой, пологим берегом озера Удомля добираемся на дачу «Чайка», где когда–то жил и писал свои элегические пейзажи Витольд Бялыницкий–Бируля, художник, уроженец Могилевщины, полжизни проживший под Тверью. Здесь прошел экспертно–медийный тур для специалистов музейного дела и журналистов России и Беларуси, организованный Постоянным Комитетом Союзного государства.

Госсекретарь Союзного государства Григорий Рапота принял участие в посадке сирени, привезенной с родины Витольда Бялыницкого-Бирули.
РОМАН ЩЕРБЕНКОВ

... Изящная усадьба возникает в просветах между разлапистыми вековыми елями внезапно. Летящий ввысь финский модерн — от крыльца до крыши дом изящен и устремлен в небо. В 1990–е «Чайка» едва не погибла, спасти стремительно ветшающую и никому на тот момент не нужную усадьбу удалось буквально чудом. Реставрация же началась только в 2013 году, и сейчас дача «Чайка» переживает постепенное возрождение.

Комнаты просторные, особенно те, что наверху — в одной из них жила дочь художника Любовь Витольдовна, актриса, друзья которой часто подолгу гостили в «Чайке», а во второй — сам Бялыницкий–Бируля.

Дом всегда был полон гостей — родственников, собратьев по кисти, учеников, актеров (включая, например, супругу Чехова — актрису Ольгу Книппер–Чехову). Часто заглядывали и окрестные жители, причем самого простого сословия. Художник Василий Рождественский по этому поводу вспоминал: «В «Чайку» заходят крестьяне соседних деревень и спрашивают: «Когда приедет Витольд Квитанович?», упрощая отчество... Приезжал он как–то незаметно, но, будто по телефону, узнавали о его приезде кумовья, охотники, просто знакомые крестьяне и появлялись около «Чайки».

Бялыницкий–Бируля в общении был прост, свидетельствуют современники, и когда на даче собиралось интеллигентное и богемное общество, а на огонек заглядывали окрестные крестьяне, он запросто усаживал их за общий стол.

— Стол сохранился — вот он, круглый, сделан был самим Витольдом Каэтановичем, — указывает на солидный предмет мебели заведующая музеем–усадьбой и внучатая племянница художника Елена Тимакова. Интерьеры дома воссозданы в духе эпохи, от первоначальной обстановки на даче «Чайка» сегодня мало что осталось: артефактом является сама усадьба, стены которой видели и Константина Коровина, и Игоря Грабаря, и Федора Шаляпина... А вся обстановка, этюды, картины, палитры, охотничье ружье, фотоархив и документы, включая письма Ильи Репина, в начале 1970–х были переданы вдовой Бялыницкого–Бирули Еленой Алексеевной Государственному художественному музею БССР. Правда, в Минске места, чтобы создать мемориальный музей, не нашлось, несколько лет картины и вещи хранились в сарае во дворике музея. А затем пришло спасение: в Могилеве под музей отдали двухэтажный особняк XVII века. В бывшем доме купцов Оношко музей Бялыницкого–Бирули (филиал Национального художественного музея Беларуси) располагается и по сей день. В настоящее время завершается его реконструкция, и обновленный музей распахнет свои двери уже этим летом.

Тверская областная картинная галерея гордится коллекцией белорусских живописцев.
РОМАН ЩЕРБЕНКОВ

...Тверская областная картинная галерея, филиалом которой является дача «Чайка», — следующая точка нашего маршрута. Здесь есть работы не только Бялыницкого–Бирули, но также Ивана Хруцкого, Сергея Зарянко, Евсея Моисеенко и других мастеров живописи, чья личная история и жизнь неотделимы от истории как России, так и являющейся их родиной Беларуси.

— Наша экспозиция отражает ту большую единую страну, которой мы когда–то были, не только в ХХ, но и в XVIII–XIX веках, — напоминает директор Тверской областной картинной галереи Татьяна Куюкина. — Вообще, коллекция сложилась таким образом, что в ней широко представлено отечественное искусство. А белорусское мы тоже в какой–то степени считаем отечественным: я говорю о взаимном влиянии, корнях, художниках, которые происходили из Беларуси, и все это создавало очень богатую палитру русского искусства.

Прогулка по залам впечатляет — роскошные интерьеры напоминают Воронцовский дворец в Алупке, а собрание поистине огромно: притом что в экспозиции мы видим лишь 5–6% фондов. И серьезное место в коллекции музея занимают белорусы: работ одного Бялыницкого–Бирули в Твери хранится больше 20, признается директор галереи. Впрочем, и Национальный художественный музей Беларуси также может похвастаться богатейшей коллекцией русского искусства. Все это естественным образом наводит специалистов на мысли о том, что дружить нужно и странами, и музеями.

— Нам, безусловно, надо задумываться о совместных проектах! — убеждена Татьяна Куюкина. — Надо сказать, что мы в Беларуси выставлялись дважды в постперестроечное время. Эту традицию нужно продолжать, она мне кажется плодотворной, нам есть что друг другу показать и о чем рассказать, чтобы это было взаимно интересно и тверским зрителям, и белорусским. Мы с Владимиром Прокопцовым уже говорили предварительно на эту тему. Думаю, в октябре, когда в Беларуси пройдет Форум регионов, к какой–то конкретной идее уже придем.

ovsepyan@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости