Островецкий ренессанс

Быть в Риме и не видеть Папу?.. Когда заведующий идеологическим отделом Островецкого райисполкома Александр Климченя спросил, что показать мне в свободное время, что я должен был пожелать? У нас оставалось чуть более часа до встреч в трудовых коллективах в Единый день информирования. Конечно, попросил свозить меня на АЭС.

Собственно, атомной станции как таковой там еще нет и в помине, но отпечаток надвигающейся грандиозной стройки заметен везде. Ну, например, в самом райцентре заложен целый микрорайон (и, по-моему, не один), где веселыми цветами радуги уже красуются два многоэтажных дома, подведены коммуникации.

К станции мой гид поначалу выбрал самую короткую дорогу. Именно ту, по которой, когда объект построят, и будут ездить все: и рабочий персонал, и вот такие любопытные особы наподобие меня. Она самая короткая и самая комфортная. И, что характерно, дорога уже построена, в отличие от железнодорожной ветки, в финале которой пока не хватает только рельсов. Преодоление новенького шоссе от Островца до будущей АЭС протяженностью 13—14 километров заняло бы, пожалуй, столько же и минут, но…

Лишь выехав за город, мы уперлись в обыкновенную кучу песка, которая полностью перекрывала выбранную дорогу. Объехать ее было невозможно. Логика авторов подобного запрета проста и понятна: начнут строить станцию — тогда и откроем дорогу, а сейчас что зря ее топтать...

Как всякие настоящие герои мы пошли в обход. Александр Евгеньевич сказал, взглянув на часы, что до назначенной встречи все равно успеем. И хорошо, что пошли в обход. Для меня, прежде всего, хорошо. Потому что по АЭСовской трассе наверняка не увидел бы того, что увидеть было полезно.

По кругу до АЭС получалось что-то около 25 километров. Через поля и проселки, освобождающиеся от снега. А самое главное — мы проехали несколько деревень, одни названия которых вызывали не только улыбку, но и определенные исторические и географические ассоциации. Мой гид, человек очень образованный, в прошлом директор лучшей островецкой школы, который, между прочим, составлял и редактировал книгу «Памяць. Астравецкі раён», за словом в карман не лез и отвечал в этой части на любые вопросы.

Ну, например, проезжали деревню Филипаны, и я не удержался от напрашивающихся параллелей: «Почти, можно сказать, Филлипины, их-то чего сюда занесло?..» «Можно сказать и так, а можно «пили паны», — комментировал спутник. — В народе говорят, эта деревня была любимым местом для уик-энда панов, вот они сюда приезжали компаниями, обсуждали дела и пили».

На глаза то и дело попадался дорожный указатель, на котором наряду с другими названиями несколько раз повторялось слово «Ворона».

«А может, все-таки лучше Верона?» — полушутя обратился я к сидящей рядом «энциклопедии». «Это еще что: если оценивать названия деревень по созвучности с мировыми знаменитостями, то есть у нас и свой сектор Газа (деревня Гоза), и Бали (деревня Мали), и самая настоящая, без перефразировки, Палестина — такой вот наш островецкий ренессанс», — поддержал мои параллели попутчик, не без гордости за территорию, ставшую ему второй малой родиной. И загадочно добавил: «Но самое интересное у нас еще впереди…»

КОГДА мы въехали в деревню Ворняны, он предложил притормозить у величественного костела. Храм, как и полагается, стоял на приличном возвышении, крыльцо оказалось точно перед нашей машиной. С дороги мы смотрели на входную браму снизу вверх, казалось, вот-вот она распахнется, и появится священник…

«Когда ксендз выходит на крыльцо костела, — словно угадав мои мысли, комментировал Александр Климченя, — то смотрит вот туда, в даль, — указал он вправо на виднеющееся там огромное поле с еле заметными очертаниями какой-то стройки. — Видите вон там, километрах в трех? Так вот, ксендз выходит и будто ежедневно благословляет уникальную человеческую затею, которая уже начала материализовываться. На том поле, собственно, и будет строиться атомная станция».

Мы двинулись дальше по своему кольцу и через десяток километров подъехали к самому объекту. На огромном поле сновали бульдозеры и грузовики, они занимались подготовкой площадки под будущее строительство. Слева — небольшой городок из строительных вагончиков. Собственно, ничего особенного мы не увидели. Но, даже не выходя из машины, а лишь открыв дверку, убедились в том, о чем в деревне Ворняны говорил мне Александр Климченя. В солнечный мартовский день отсюда очень хорошо просматривался Ворнянский костел, крыльцо с брамой.

«Посмотрите внимательнее! — воскликнул мой спутник. — На крылечке костела стоит ксендз! В народе не зря говорят: мол, если церковь держит под контролем перспективу этого феномена человеческого разума, значит, нет в нем никакой опасности. Дай-то, как говорится, Бог…»

НА ВСТРЕЧЕ в районном КБО, куда мы, кстати, не опоздали ни на одну минуту с экскурсии на АЭС, среди других проблемных вопросов швеи поднимали и тему малочисленности заказов комбинату и, как следствие, невысокой зарплаты. Руководство, конечно, старается быть предприимчивым, ищет и находит дополнительные объемы работ даже за пределами района. И все же маловато пока заказчиков бытуслуг в Островце, совсем нет перерабатывающих предприятий, которые могли бы, например, разместить выгодный заказ на спецформу.

Рассудили на том собрании мы проблему единогласно. Будущая АЭС, даже на стадии ее строительства, добавит работы и заказов всем. В перспективе население Островца увеличится как минимум в три раза, соответственно хватит клиентов и всему комбинату бытового обслуживания. Что ж, и в этом тоже своеобразный островецкий ренессанс.

А на прощание Александр Евгеньевич Климченя подарил мне увесистый том «Памяць. Астравецкі раён». И с такой вот дарственной подписью: «На добры ўспамін аб «адкрыцці» Астравецкай АЭС»…

Сергей МИХОВИЧ, «БН»

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?