Осторожно, злая реальность

Как решить проблему бродячих собак?

Застарелую, но очень актуальную проблему подняла на прошлой неделе «СБ. Беларусь сегодня»: в Толочинском районе бесчинствуют бродячие псы. За последние полтора года от таких животных пострадали 138 человек. А в масштабах страны счет укушенных идет на тысячи. Структуры, призванные решать проблему, не то чтобы бездействуют, но работают крайне неэффективно. Ситуация имеет и очевидный моральный аспект. С одной стороны, и человека надо защитить, с другой — четвероногих тоже жалко. Ведь не их вина, что оказались на улице, а в первую очередь самих людей. Им–то и надо предъявлять увесистый счет и сурово спрашивать за пренебрежение к питомцам. Такое мнение отстаивает один из участников нашего спор–клуба. Второй спорщик считает такой подход полумерой и видит в нем опасность всплеска насилия над животными. Он призывает к гуманности и даже предлагает рецепт мирного сосуществования людей и бездомных собак. Чью сторону займет читатель? Как всегда ждем ваших отзывов.

Коллаж Максима Шнипа

Пес ни в чем не виноват

Роман РУДЬ

Дмитрий, я твердо убежден, что сами люди виновны в том, что их кусают бездомные собаки. При этом не имею в виду, что покусанные граждане могли спровоцировать животных или появились не в том месте, не в то время. Просто само существование беспризорных собак и кошек организовано и поддерживается человеком. Ему и следует нести ответственность. А пока такая ответственность не определена законодательно, спрос предъявляют сами бездомные животные. Юриспруденции они не обучены, поэтому делают это, как умеют — облаивают, царапают и кусают людей, обрекших их на скитания по помойкам. Так что возмущаться особо нечего, можно только напомнить немного набившую оскомину фразу из «Маленького принца»: мы в ответе за тех, кого приручили. Надеюсь, ты же не собираешься ее оспаривать? Поэтому не возмущайся, когда встретишь в полутемном дворе полудикую стаю. Это бегут на тебя, разинув пасти, четвероногие результаты человеческого равнодушия... Приготовься быть в ответе.

Конечно, было бы безболезненней, если бы ответственность за собачью беспризорность наступала по закону. Но этого почему–то не происходит. Постановление Совета Министров «Об утверждении Правил содержания домашних собак, кошек, а также отлова безнадзорных животных в населенных пунктах Республики Беларусь» принято еще 17 лет назад, но исполняется оно без энтузиазма со стороны как населения, так и жилищно–коммунальных служб. В материале «Дворняги или бродяги?» об этом сказано мягко: «не в полной мере соблюдаются требования законодательства». А почему? На мой взгляд, по той причине, что спрос размыт, а наказание расплывчато.

Мое предложение — надо не собак отстреливать да котов душить, а максимально ужесточить ответственность людей за создание условий, ведущих к появлению беспризорных животных. Это моментально решит все проблемы: не станет покусанных граждан, врачи освободятся от необходимости делать уколы от бешенства, зоозащитники переключатся на прохладную для нас проблему сохранения китов и тюленей. Еще в древности, Дима, у индийцев существовал сборник юридических норм, называемых «Законы Ману». Один из этих законов объявлял наличие наказания необходимым условием для человеческой добродетели. С тех пор, несмотря на все завоевания цивилизации, суть вещей мало изменилась. Если человек взял в дом щенка, выкормил и приручил, а потом наигрался и выбросил, не понеся за это никакого наказания, то он и дальше будет так делать. А вот если бы он за это был вынужден в троекратном размере возместить государственные расходы на отлов, содержание, усыпление этой собаки... Согласись, трижды бы подумал. Прости за сравнение, но ведь у нас есть закон, обязывающий безответственных родителей возмещать госрасходы на брошенных ими детей. И соответствующая уголовная статья за отказ от возмещения этих расходов. Мало кто сейчас возразит против этой уже обыденной практики. Так почему бы не распространить ее на нерадивых владельцев животных? Все–таки наши четвероногие друзья, будучи предоставленными сами себе, несут больше опасности, чем несчастные дети, отправленные в детдома. Покусанные жители Толочинского района не дадут соврать.

Кстати, ты читал о сложившейся там ситуации? Прокуратура справедливо обращает внимание не на тот факт, что у собак острые клыки или быстрые лапы. Она говорит именно о человеческих промахах: не назначили людей, ведущих регистрацию животных; не составляли протоколы; не создали бригады по отлову; не заключили договоры со специализированными организациями... Людям, ответственным за нашу безопасность, и предстоит быть наказанными. Тут не получится переложить вину на тех, кто громко лает или больно кусается.

Я не представляю, как протокол о побеге вручают питону, улизнувшему на этой неделе в детский сад в Минске. А вот протокол в отношении его хозяина, не уследившего за опасным питомцем, представляю вполне зримо. Почему бы не ввести в закон норму об ответственности людей за содержание опасных животных? А то ведь и крокодилы в Свислочи скоро объявятся...

Может, ты не поверишь, Дмитрий, но собака и кошка разговаривают только в мультиках про Простоквашино. В реальной жизни это бессловесные твари, не способные оправдываться. И убрать самих себя с наших улиц им не под силу. Это могут сделать только люди. Они же должны и отвечать за то, чтобы число безнадзорных животных не прирастало недавними домашними питомцами. И за создание свалок, являющихся кормовой базой беспризорников, тоже должны держать ответ конкретные граждане. Только эта ответственность должна быть явной, четко прописанной и весьма болезненной. Тогда никому не придется делать вид, будто проблема схожа с сизифовым камнем, поэтому не может решиться десятилетиями. Кстати, якобы нерешаемую беду с массовым отказом пользоваться ремнями безопасности в автомобилях преодолели буквально за пару месяцев, когда «отказников» начали прицельно и ощутимо штрафовать. Теперь редкий водитель забывает пристегнуться...

rud@sb.by

Собака бывает кусачей только от жизни собачей

Дмитрий КРЯТ

Я бы всецело с тобой, Роман, согласился, если бы ты был последователен и развил бы свою позицию до логического завершения. А так, сказал «А», а «Б» не последовало, а я все жду. Придется мне сделать это за тебя. Ведь очевидно, что жесткая ответственность, принципиальный спрос и прочие меры принуждения — это всего лишь полумера. И одной ею проблему не решить. Можно встряхнуть нерадивых хозяев болезненными штрафами. Наобъявлять взысканий работникам служб, ответственных за чистоту улиц и дворов. Но как, скажи на милость, это повлияет на популяцию уже имеющихся здесь и сейчас дворовых псов? Да ровным счетом никак. Они по–прежнему будут уныло бродить по подворотням в поисках пропитания. А если вдруг его не найдут, то, неся угрозу уже двуногим — это очевидно.

Боюсь, что предлагаемые тобою драконовские меры и суровые наказания человекам приведут только к одному — всплеску публичного насилия над животными. Ведь люди в своих инстинктах от них ушли не так уж и далеко. И если работники коммунальных служб вдруг станут получать очень чувствительные подзатыльники, то следующим шагом окажется невиданный всплеск активности «подотделов по очистке». И тут начнется: «уж мы их душили, душили...». Инстинкт самосохранения, против него не попрешь. Логика простая: или мы их, или потом нас начальство.

А деятельность ловцов кошек и собак — зрелище не для слабонервных. Образы суровых мужиков в телогрейках с большими сачками и винтовками–мелкашками лично в моей памяти засели прочно еще с детства. Когда мы, детвора, узнавали о надвигающемся из соседнего двора рейде, своих прикормленных уличных питомцев спешно прятали по подвалам и даже квартирам. А на «собачников» смотрели как на лютых врагов. Не думаю, что нынешнему поколению нежного возраста пойдет на пользу наблюдение за облавами на четвероногих. Все же, считается, что в гуманный век живем. Не надо перегибать. И ты прекрасно знаешь, что жестокость способна породить только новую жестокость. Ты сурово к работнику ЖЭСа, он потом с удвоенной ненавистью к псу, даже если тот с ошейником. Разбираться не станет.

Спросишь, что же делать? А обратить внимание именно на самих животных. Нет, не попросить их убраться по–хорошему, а помочь научиться сначала мирно сосуществовать с людьми, а потом постепенно и освободить жизненное пространство. Такой пример я наблюдал в украинском портовом городе Южный. Признаться, сначала опешил и ощутил неприятные мурашки на спине, когда у гастронома оказался посреди небольшой стайки псов. Однако четвероногие вели себя вполне дружелюбно, а местная торговка семечками объяснила: животные не опасны. То ли городские власти, то ли волонтеры, а может, и те, и другие вместе реализуют интересную программу. Бродячих псов отлавливают, обследуют, больных подлечивают, делают все необходимые прививки, стерилизуют и снова выпускают на волю. Чтобы не путать тех, кто уже прошел процедуру и тех, кому она еще предстоит, на ухо навешивают специальную серьгу — чип. У стерильных животных не играет, как говорят, гормон, и они совершенно не агрессивны. Не имея естественного приплода, стаи не разрастаются, а, напротив, сокращаются естественным образом. Судя по упитанности, псы совершенно не голодают. Благо жизнерадостные туристы всегда поделятся съестным. И вообще, псы в Южном стали даже своего рода достопримечательностью. Их любят и местные, и гости. Причем редкий турист не сделает тут фото с четвероногими «бродягами».

Возможно, это как раз и есть тот путь, по которому стоит пойти в Толочине и других местах, где ситуация с бродячими животными особенно остра. А заодно и поразмышлять о перегруппировке сил и средств. Мне кажется, что до тех пор, пока проблема бродячих животных будет оставаться в числе прочих в компетенции или ЖКХ, или любой другой большой государственной службы, она будет решаться по остаточному принципу. Потому что для ЖКХ гораздо важнее трубы, жилфонд, дворы и подъезды, чем редкие псы. Между тем есть добровольные организации, стремящиеся заниматься только псами и котами. Они действуют на общественных началах, преимущественно за счет пожертвований сердобольных граждан. И без того делают немало, но добились бы большего, имея соответствующие ресурсы. В том числе и материальные. И мне представляется, что это как раз тот случай, когда вполне эффективно может сработать институт государственно–частного партнерства. Я не исключаю, что если бы те деньги, которые аккумулируются в ЖКХ на решение проблемы четвероногих бродяг передать увлеченным волонтерам, они бы были использованы с куда более ощутимым эффектом.

Конечно, все здесь надо тщательно взвесить. Рубить с плеча не в наших правилах. Но точечный эксперимент, хотя бы в отдельно взятом Толочине, на мой скромный взгляд, может оказаться весьма полезным.



Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...