Особый тип удовольствия Астрахана

Что мы знаем о Дмитрие Астрахане как о театральном режиссере?

Что мы знаем об Астрахане как о театральном режиссере?
Дмитрий Астрахан снова в Минске. В 1996-м приехал в Беларусь снимать «Из ада в ад»: картина была совместного производства, и таковым было условие. Тогда-то и полюбил минские улочки, понял, что здесь легко и комфортно работать. Следующие пятнадцать лет он жил на два города — Минск и Санкт-Петербург. Три года назад снял здесь «Деточек» и на продолжительное время уехал. И вот он опять вернулся, только не на кино-   студию, а в театр. В Горьковском он собирается ставить «Леди на день» по одноименной пьесе своего давнего друга и автора сценария почти всех фильмов Олега Данилова. Что мы знаем об Астрахане как о театральном режиссере? Да почти ничего! Давайте послушаем Дмитрия Ханановича.


Дмитрий АСТРАХАН  с актерами во время репетиции в Национальном академическом драматическом театре имени М. Горького

Братья дали добро

— Я изначально театральный режиссер, хотя быть им никогда не хотел, в театры ходил редко. Случайно попал в профессию. Когда мне было 18 лет, у меня случился несчастный роман. Страшно переживал, мучился, пытался отвлечься, найти себе применение. Пошел как-то в гости к одной знакомой, которая посещала театральную студию. И от тоски напросился туда с ней. Приходим, и она: «Вот, посмотрите, молодой человек хочет поступить». А у меня и мыслей таких не было.

Мне предлагают что-нибудь почитать. Я же специально не занимался, но, как любой более-менее образованный человек, знал несколько стихотворений. Как сейчас помню, прочел «Реквием» Анны Ахматовой, потом сыграл какой-то этюд и ушел. Той же ночью звонок от знакомой: «Режиссер сказал, чтобы ты завтра приходил репетировать главную роль». Как от такого отказаться? Через два месяца я уже был на сцене.

У меня большая семья: мама, четыре старших брата. Все пришли на премьеру. И братьям, а они все люди циничные, сейчас, кстати, кандидаты наук в области математики, физики, это понравилось. И я остался. А до этого за все свои восемнадцать лет только один раз участвовал в школьной самодеятельности, ставили какой-то спектакль. Я репетировал, мне не нравилось, более того, даже было стыдно выходить на сцену. И перед показом я сделал вид, что заболел. Благо был еще второй исполнитель роли, поэтому спектакль состоялся. Это я к чему? Почему тогда, в девятом классе, я не захотел стать актером, а после школы загорелся этим? Просто из учителя литературы получился не очень хороший режиссер, мы все на сцене были неорганичны, а вот тот руководитель студии находился на своем месте, смог увлечь и привить любовь к профессии.

Новый мир

— Если человек хочет чего-то достичь, должна быть безумная самоотдача, можно даже сказать, самоотречение — ничего другого не существует. Когда я попал в театральную студию, у меня сорвало голову. Ничего другого я не видел. Хотя на тот момент учился в электротехническом институте. Я пытался избежать режиссерской профессии, перевелся в финансово-экономический на кибернетику. Но мне как раз начали хлопать, я уже кланялся. Тщеславие — такая сложная штука. После такого уже сложно отказаться. В итоге в двадцать лет я все-таки поступил в Ленинградский театральный институт. В 25 в Свердловске поставил свой первый спектакль, сразу стал лауреатом премии Ленинского комсомола. Потом меня пригласил Товстоногов в БДТ, поработал там. А в 33 года я уже был художественным руководителем театра комедии имени Н. Акимова. Потом снял свой первый фильм «Изыди», который был выдвинут на соискание «Оскара» от СССР. И жизнь моя изменилась, передо мной открылся другой мир — кино, хотя ему я никогда не учился.

Каждый раз с чистого листа

— Хороший фильм, как и хороший спектакль, поставить тяжело. Если говорить про средний уровень, то здесь с фильмом проще. Там есть где спрятаться: операторская работа, монтаж и так далее. В театре все на виду. И есть один вопрос. На сцене артисты работают практически бесплатно, они занимаются творчеством. В кино — большие деньги, там другая история.

Режиссер, как театральный, так и киношный, каждый раз должен доказывать свою состоятельность. Пусть он опытный, известный, новая постановка — и как с чистого листа, доказывай, что имеешь право занимать это кресло. Актеры должны тебе поверить. К тому же ты должен заставить людей себя уважать, слушать, иначе провал.

Вот вдруг вспомнилось, как ставил «Женитьбу Бальзаминова» в Большом драматическом театре. Сидят передо мной народные артисты СССР Андрей Толубеев, Светлана Крючкова, Людмила Макарова и другие — все звезды советского времени. Мы читаем пьесу, Людмила Иосифовна мне, молодому режиссеру, говорит: «Дмитрий, а вам не кажется этот монолог матери очень длинным, давайте его сократим». Вот это да! Конечно, я многое ей хотел сказать, но она же народная артистка, жена Ефима Копеляна. Выдохнул и предложил собраться завтра. Завтра смог ее убедить, что мать, желающая счастья своему сыну, которое тот наконец обрел, не может отделаться парой фраз.

Или вот еще ситуация. Репетируем спектакль, в сцене участвуют две актрисы, обе народные, играют двух сестер. Я придумал интересный ход — поворачивающийся забор, увлеченно им об этом рассказываю. Они: «Банально». Был бы молодым режиссером, растерялся бы. А я уже имею опыт, поэтому сразу: «Хорошо, ваши предложения!» Актриса: «Я сижу не на заборе, а на скамейке». Это она считает не банальным. Пришлось снова доказывать, что не случайно занимаюсь этой профессией.

Артисты должны любить режиссера или, по крайней мере, уважать. Если ты ведешь их к успеху, то с этим проблем нет. А если не получилось, тогда… Актеры очень редко признаются, что плохо играли, по их мнению, виноват режиссер — он плохо поставил.

Творческая тренировка

Многие думают, что с театром я завязал. Нет, все время ставлю спектакли: в Москве, Екатеринбурге, Владивостоке, Хабаровске. Если у меня есть пауза в съемках, что-нибудь придумываю в театре. Для меня это особый тип удовольствия. Я люблю репетировать, люблю живое общение с артистами. Да, в конце концов, мне нравится кланяться залу. И потом, это тренировка. Кино выходит в лучшем случае раз в год, а съемочный процесс длится вообще лишь месяц. Все остальное время ты общаешься со сценаристом, актерами, что-то придумываешь, обсуждаешь, то есть как бы находишься вне творческого процесса. Сейчас я стал больше сниматься, и меня это спасает. Но, когда предлагают поставить спектакль, не отказываюсь. Люблю это дело.

Несколько лет назад в Минске я уже ставил спектакль с Владимиром Ушаковым, но сейчас совсем другой масштаб. Будет правильным сказать, что «Леди на день» — мой первый большой спектакль в Беларуси. Я давно вынашивал эту пьесу, думал, где бы ее поставить. Мне была нужна большая труппа, и Национальный академический драматический театр имени М. Горького отлично подошел. Мы очень быстро договорились с директором и художественным руководителем. В спектакле будут заняты почти все актеры Русского. Труппа там замечательная, думаю, у нас все получится.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...