Народная газета

Ослепительный вклад

Какую роль сыграли белоруски в конкурсах красоты прошлого века

“Невесты, интеллигентные дворянки, обеспеченные, миловидные, среднего роста, 17 и 18 лет. Почтовая станция Прозороки Виленской губернии” (ныне Глубокский район. — Авт.). “Две подруги, иностранки, обеспеченные, выше средних лет, желают выйти замуж за людей честных, нравственных и обеспеченных. Вильно”. Так более ста лет назад жительницы наших земель пытались поведать миру и согражданам о своей красоте. Возможно, будь в то время конкурсы красоты, им было бы гораздо проще. Увы, на белорусских землях огромной империи такие мероприятия ни разу не проводились. Однако собственный вклад в развитие мировой индустрии красоты наши сограждане все-таки внесли.

Лидии Яворской конкурс понадобился для того, чтобы напомнить о себе — пик громкой популярности актрисы прошел.
Афиши от 7 декабря 1901 года сообщали: “В Михайловском манеже (в Петербурге. — Авт.) с благотворительной целью — первый в Российской империи конкурс красоты с выдачей премий! Первая премия — бриллиантовая брошь, вторая — бриллиантовый браслет, третья — золотая медаль!”

Перебрав многочисленные архивы, исторический журнал “Родина” обнаружил: конкурс был организован весьма масштабно. Членами жюри согласились быть художники, артисты и журналисты: “Совершенно очевидно, что предприятие затевалось эпатажное, сомнительного толка, “на грани”, и поэтому конкурсантки предпочли выступать анонимно — так, первую премию получила баронесса Л.; а третье и четвертое места заняли “шатенка в розовом декольте” и “блондинка в голубом”.

Впрочем, занявшая второе место Лидия Борисовна Яворская от анонимности отказалась. Конкурс понадобился ей для того, чтобы напомнить о себе — пик громкой популярности актрисы прошел, а в этот год она с супругом учредила свой собственный театр. Этот театр имел плохую прессу: завистники писали, что “труппа Яворской составлена, за малыми исключениями, из ничтожеств и бездарностей”. В 1918 году Лидия Борисовна уехала за границу, жила в Лондоне. В 1920 году вышла замуж за баронета Фредерика Джона Поллока. Через год ее не стало.

Но вернемся к конкурсам красоты. 1 февраля 1907 года газета “Русское слово” вознегодовала: “Можно подумать, что Петербург — город красавиц и красавцев. В феврале месяце предстоит уже третий в этом сезоне “конкурс красоты”, устраиваемый французской колонией. Во избежание недоразумений, имевших место на прежних “конкурсах”, судьей будет на этот раз исключительно публика. Кто получит от публики наибольшее число билетов, тому и достанутся приз и звание первого чемпиона красоты или первой чемпионки. Конечно, и этот “конкурс” не укажет публике первой красавицы. Можно заранее предсказать, из какого элемента будут состоять те “красавицы”, которые явятся за получением приза”.

С таким примечанием неудивительно, что конкурсы красоты провалились. Со всей страною — сперва в войну, а затем и в революцию. Но в СССР их больше не было до 1988 года. Однако хотя провинциальный в начале ХХ века Минск и не познал такого действа, свой вклад в дело конкурсов наши сограждане внесли. Причем первый этот вклад был весьма косвенным, да и внесен в Испании, куда конкурс переместился в эмигрантское окружение. Именно там взошла звезда 19-летней Татьяны Масловой, выигравшей в 1933 году конкурс “Мисс Европа”, — единственной из всех конкурсанток.

Интрига была в том, что Маслова не сама подала заявку на конкурс. В комиссию пришло письмо “от доброжелателя из Вильно” — некоего пожилого белоруса, гласившее: “В связи с вашим объявлением относительно конкурса прилагаю при сем фотографии Татьяны Александровны Масловой с описанием ее личности. Татьяна Александровна — дочь офицера Черноморского флота, расстрелянного во время Гражданской войны на юге России. Лет 19; рост 168; владеет свободно пятью языками и представляет собой образец классической красоты”. Маслова была вызвана на конкурс телефонным звонком, срочно. В нарушение всех сроков и церемоний. В 1939-м она вышла замуж за польского офицера.

В конце 1980-х конкурсы красоты вернулись в Советский Союз. И здесь на конкурсе “Мисс СССР — 1990” прогремела (точнее, ослепила) 17-летняя студентка Витебского технологического института Мария Кежа. Конкурс был организован весьма профессионально, серьезно и спортивно. Три недели все конкурсантки жили в комплексе отдыха в московском Серебряном Бору, посетителям вход туда был запрещен, территория серьезно охранялась. С девушками занимались спортивные тренеры и хореографы: два часа спорта и два часа репетиций выходов на сцену. Маше далось все это несложно: до этого в ее копилке уже значились победы в минском конкурсе “Панна Белая Русь” и областном “Мисс Витебска — 1989”.

Статус “Мисс СССР — 1990” открыл для Марии Кежа новые перспективы.

Но история этой женщины потрясает не только красотой. После победы на конкурсе жизнь Марии круто изменилась. Знакомства с интересными людьми, повсеместный успех и... людская зависть, говорит она:

— Серьезным испытанием стало внимание людей, которое обрушилось на меня, девушку 17 лет, сразу после победы на конкурсе. Непривычно, когда тебя узнают на улице, пытаются с тобой заговорить или посылают в твою сторону завистливые взгляды, отпускают в твой адрес язвительные комментарии... Я через все это прошла.

Впрочем, статус “Мисс СССР — 1990” открыл и новые перспективы:

— Во-первых, это возможность путешествовать, получив визу для выезда. Во-вторых, возможность работать моделью, так как со мной заключили контракт на работу в США. В-третьих, поступило предложение выйти замуж. Мне это напоминало развязку с тремя дорогами, я стояла посередине и мне надо было решать, какой путь выбрать. Я вышла замуж, посчитав, что это на тот момент самое верное решение.

По большой любви вышла замуж и отправилась за спутником в Германию. Потом — развод, работа моделью во Франции. Во время отдыха в Марокко Маша вместе с друзьями попала в автокатастрофу. Операции, длительное восстановление — про карьеру девушке можно было забыть.

И все же наша соотечественница нашла силы начать все заново. Она решила заняться тем, что всегда любила: рисовать эскизы, а затем и сами эффектные сумочки. В Доме высокой моды Lancel она за несколько лет прошла все этапы карьерного роста, став главным дизайнером компании. Кстати, в свое время Маша работала фрилансером для Cristian Lacroix, Minority, Marino Orlandi. Сегодня Кежа работает на себя, основав именной бренд Masha Keja. Она совершенно счастлива, хотя в одном из интервью и посетовала:

— Во Франции женщина автоматически получает меньше, чем мужчина. Если женщина и мужчина занимают один и тот же пост и выполняют одни и те же обязанности, женщина в любом случае получает на 30 процентов меньше. Феминистки сейчас с этим борются, но практика 30-процентной разницы пока сохраняется.

И все же со своим супругом французом Оливье Мария умеет находить общий язык:

— Мы дополняем друг друга. Я не люблю заниматься финансовыми вопросами, говорить о деньгах, составлять цифры. Муж делает это с удовольствием. Я не люблю резервировать гостиницы, самолеты, организовывать путешествия, а Оливье с этим прекрасно справляется. Я не люблю разговаривать с людьми и продавать то, что создаю, он это делает великолепно.

Но и свою родину Мария не забыла. Она любит белорусский лен — скатерти и покрывала для кровати. А несколько лет назад наша прославленная соотечественница в своем плотном графике выкроила время и свозила мужа в Витебск и в Минск.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости