Оселок для оси

Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Но рационально ли такое совмещение? Ведь, погнавшись за двумя зайцами, человек неизбежно рискует. В нашем случае все время вынужден как будто бы «раздваиваться». К тому же и подворье подворью рознь: где-то оно подспорье, а где-то — единственный способ жить и кормить семью. Значит, нужны дифференцированные подходы? И разные способы поддержки ЛПХ, в зависимости от своеобразных их подвидов? Давайте посмотрим, как работает именно третий вариант. На примере ситуации в Стародорожском районе…

Когда в частном сарае «подрастают» живые деньги, выгодно ли это местному хозяйству?

Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Только на первый взгляд белорусские сельчане похожи друг на друга. Общность черт — налицо. Но вот отношение к собственной житейской «стратегии», приоритеты — разные. Кто-то работает в крупном хозяйстве и не думает вовсе о своем небольшом бизнесе. Иной же ни в какую не хочет трудиться в общественном секторе. Но есть третий, сообщающийся, вариант. Когда и на основной работе в колхозе «шчыруеш», и ЛПХ умудряешься развивать. Да так, что по-хорошему завидно другим становится! Но рационально ли такое совмещение? Ведь, погнавшись за двумя зайцами, человек неизбежно рискует. В нашем случае все время вынужден как будто бы «раздваиваться». К тому же и подворье подворью рознь: где-то оно подспорье, а где-то — единственный способ жить и кормить семью. Значит, нужны дифференцированные подходы? И разные способы поддержки ЛПХ, в зависимости от своеобразных их подвидов? Давайте посмотрим, как работает именно третий вариант. На примере ситуации в Стародорожском районе…

Позиция первая. Местной власти

Частенько можно услышать: дескать, на местах недостаточно внимания уделяют поддержке ЛПХ. Вот и недавний опрос, проведенный на сайте «БН», не обнадежил. Высказавшиеся в большинстве своем скептически оценивают усилия... Быть может, депутаты, чиновники и хозяева частных подворий по-разному смотрят на проблему? И то, что одним кажется достаточным, для других всего лишь необходимый минимум?

— Не знаю, как где, а у нас в районе политика по отношению к ЛПХ сложилась в целую систему мер, — говорит Светлана Даренских, начальник отдела идеологической работы Стародорожского райисполкома. — Стараемся ориентировать руководителей хозяйств на своеобразное «неразделение» интересов. То есть помогать подворьям как своих работников, так и тех, кто не трудится непосредственно в хозяйстве. Например, в этом году все подворья обеспечили сеном. Хозяйства активно закупают телят для своих ферм — есть куда сбывать молодняк! Тем более что имеются довольно серьезные бонусы в виде тех же сена и зерна. Отчего ж не посотрудничать хозяину ЛПХ, допустим, с крупным СПК?

Светлана Валерьевна, однако, соглашается: есть и проблемный момент с той же «сдвоенной» занятостью колхозника, специалиста хозяйства. Бывает, супружеская чета, работающая в крупном СПК, настолько загружена по основному месту работы, что трудно ждать от нее еще и подъема в подворном «промысле». Между прочим, часто возле строящихся хозяйствами домиков ставят ну просто символического размера сараи. С «намеком» от руководителя хозяйства — дескать, на работе получше выкладывайтесь, чем собственный «хрюкающий» сарай планируйте?

— Не исключено, что некоторым руководителям и впрямь предпочтительнее обеспечить своих работников молоком, мясом, — рассуждает Светлана Даренских. — Но это не значит, будто бы поддержка ЛПХ сходит на нет. Напротив, мы в районе стремимся помочь каждому толковому сельчанину! Пастбищами частный скот обеспечиваем, по мере надобности меняем… Ответственные от райисполкома регулярно объезжают деревни, общаются с людьми — любые проблемы с теми же подворьями снимаются без проволочек. Знаете, молоко собирается даже в небольших отдаленных деревнях. Хотя не секрет, что с экономической точки зрения это малодоходно. Но социально необходимо, так считаем! В целом же подворьями еще  заниматься да заниматься. Качество принимаемой продукции — одно, а еще же буренок лечить, менять нужно…

Интересно, а какой он сегодня — среднестатистический владелец ЛПХ по-стародорожски? К сожалению, население в районе стареет — сейчас в селах и райцентре живет примерно одинаковое количество людей. (Хотя раньше сельчане превосходили «райцентровцев» по численности.) По данным последней переписи населения, примерно 40 процентов сельчан в Стародорожском районе — пенсионеры. А им, не секрет, приходится отказываться от тех же коров — вот рогатый «ресурс» и тает…

Местные специалисты утверждают: среднестатистический владелец частного подворья в районе — как раз пенсионер или человек предпенсионного возраста. Но  редко — старше семидесяти лет. Обычно, перешагнув этот возрастной рубеж, хозяева в лучшем случае оставляют в сараях только кур, гусей…

Реалии сегодня таковы: в деревнях Стародорожчины, как и в целом по стране, вряд ли можно рассчитывать, что каждое подворье будет с большим крепким хозяйством. Нужно смотреть на вещи объективно — удалось бы «удержать» по 2—3 «заможных» ЛПХ на село…

Позиция вторая. Председателя СПК

— А какое «самочувствие» у ЛПХ на территории вашего хозяйства? — интересуюсь у Олега Бегунца, председателя СПК «Асвица».

— Ну, может быть, вам лучше поинтересоваться у председателя сельисполкома? — вопросом на вопрос реагирует собеседник.

— А я сначала хочу задать этот вопрос вам! Наверняка же имеете свою точку зрения, насколько, вообще, стыкуются частные подворья с общественным сельхозпроизводством? Развивать — не развивать, помогать — не помогать? Небось, ЛПХ — не первостатейная забота для колхозного председателя?

— Не скажу, что такой уж ярый противник подворного довеска, скорее, наоборот, — рассуждает Олег Павлович. — Но не очень-то представляю, как можно требовать от руководителя крупного хозяйства едва ли не в «промышленных масштабах» внедрять, вмонтировать в СПК еще и ЛПХ. Считаю, у работника сельхозкооператива не должно быть в личном пользовании более чем десять соток земли. Но это — в идеале…

Зачем вообще колхознику еще и подворье? Все потому, что до обозначенного Бегунцом идеала не близко. Ну а идеал в его понимании — такая ситуация, при которой колхознику будет просто невыгодно сдавать того же теленка или бульбу выращивать «на продаж». Пока уровень зарплат в АПК, к сожалению, не позволяет отказываться от подворного приработка. Между тем само наличие сопутствующего личного «бизнеса» хочешь не хочешь, а «провоцирует» заботиться больше о своем, нежели печься об общественном. Иногда это выливается в то, что называется «взять колхозное, которое все вокруг — мое…»

— В Германии видел, как усадьбы тамошних аграриев утопают в цветах, но — без малейшего «признака» грядок, — добавляет председатель СПК «Асвица». — А белорусский сельчанин держит большое хозяйство параллельно с основной работой не прихоти ради. Просто на одну зарплату семью прокормить трудно, детей выучить проблематично. Мы заработок стремимся поднимать, но не все хорошие перемены в нашем АПК идут так быстро, как хотелось бы.

До того, как Бегунец четыре года назад пришел руководителем в хозяйство, никакой стройной системы поддержки ЛПХ не было. Все отдано на откуп механизаторам. А частнику приходилось уповать фактически на счастливый случай. Теперь другое дело: к примеру, в этом году за два дня (!) управились со всеми зерновыми полосками. Бегунец взял за правило «дожинок» в СПК не справлять, пока людские сотки не «отдадут» свой хлебушек. Обмолачивает хозяйство, конечно, не за «спасибо», но цены вполне приемлемые. Председатель подсчитал: вопреки расхожему мнению такая помощь людям вовсе не благотворительность, а вполне окупаемое дело для крупного хозяйства.

— Я ж не в убыток для колхоза помогаю ЛПХ! — уверяет Бегунец. — По себестоимости картина вполне приемлемая. Если не брать амортизацию, то покрываются прямые затраты — на топливо, зарплату механизатору. Комбайнеры же за свой труд получают не меньше, чем убирая хлеб на общественной ниве…

Собеседник вовсе не считает, что коллег — руководителей крупных хозяйств — нужно как-то материально стимулировать, поощрять, чтобы те охотнее подсобляли ЛПХ. Тут можно спорить: думается, нелишним будет интерес подстегнуть! Тем паче, зарплаты у председателей не всегда адекватны тому огромному моральному и физическому напряжению, коим даются успехи в выполнении намеченных показателей…

— У меня были хорошие учителя-руководители — от них перенял полезную установку, — делится Олег Бегунец. — Крупное хозяйство — это своеобразная ось, на которой крепится и вокруг которой крутится вся жизнь в сельской округе. А своеобразным оселком, то бишь средством испытания, проверки, для оси этой становится взаимодействие с ЛПХ. Мы идем навстречу всем, кто обращается с просьбой о замене буренки. И не важно, трудится или нет заявитель в хозяйстве. По-моему, не так много сегодня на селе героев, которые отваживаются держать рогулю! Героями называю без малейшей иронии, поверьте! Молодежь сейчас практически не держит КРС — за нее «отдуваются» люди среднего и старшего возраста. Труд  тяжелейший. Привязка  серьезная. Как не поддержать рисковых людей, которые ввязываются в подобное дело? Но, уверен, искусственное «насаждение», навязанная «поддержка» тут не сработают. Помогать надо лишь тому, кто хочет и настроен заводить обширное хозяйство. Иначе все превратится в формализм, погоню за показателями. Не исключено, что человек, зарабатывающий непосредственно в СПК миллион и больше, просто не хочет надрываться еще и на своем подворье. Пусть у человека будет выбор!

Позиция третья. Председателя сельисполкома

Анатолий Артемьев, председатель Горковского сельисполкома, соглашается: иметь «под боком» председателя СПК, подобного Бегунцу, — уже полдела. Союзник крепкий!

— А что, может быть иначе? — спрашивает Артемьев. — В деревне жить, работать, думая только о своем интересе, — значит, не быть болеющим за село человеком. Мне же видится, свое веское слово в деле поддержки ЛПХ вскоре скажет и недавний президентский указ о льготных кредитах для хозяев частных подворий. У нас, в небольшой деревне Медведня, нашлись желающие! Семья Сосновских держит аж четыре буренки, их молочный бизнес уже твердо стоит на ногах. Супруги Татьяна и Дмитрий подумывают о покупке трактора, вот и кредит может пригодиться. Определятся более конкретно — поможем им подать пакет документов в Белагропромбанк. Нет проблем!

Но можно ли остановить падение поголовья КРС в деревнях на территории Горковского сельсовета? Анатолий Артемьев наполеоновских планов не строит — вряд ли такое возможно. Слишком многое упущено? Да, но председатель сельисполкома не собирается сдаваться — попробует вместе с руководством СПК «Асвица» провести небольшое исследование. Посмотреть, кто совсем недавно отказался от буренки, по какой причине. Может, иных удастся переубедить и снова вовлечь в молочный промысел? Правда, в последнее время наметилась другая, более оптимистичная, тенденция…

— У хозяев ЛПХ поменялись приоритеты, во всяком случае, в нашей округе, — говорит Анатолий Артемьев. — Да, с буренками проблематично, но зато поголовье свиней и птицы в частном секторе потихоньку стало подрастать. И по пять, и по десять хрюшек иные хозяева держат — значит, есть реальная выгода!

Позиция четвертая. Хозяев подворья

Если верить анализу, проведенному председателем сельисполкома, то в местных деревнях примерно пятьдесят процентов хозяев подворий — это пенсионеры. Ну и примерно столько же — работники СПК «Асвица». Валентина и Михаил Тороповы трудятся на МТФ в Горках. Супруга — заведующей, а муж — скотником.

— Как справляемся? — переспрашивает Валентина, показывая мне свое хрюкающе-мычащее царство. — Муж, дети — все на хозяйстве. Зачем держим? Трое детей — деньги нужны, и немалые!

— В полпятого утра каждый день встаю — вот и поспеваю, — дополняет жену Михаил. — Можно и в колхозе жить! Только не ленись…

Инна ГАРМЕЛЬ, «БН»

НА СНИМКАХ: Олег БЕГУНЕЦ; Анатолий АРТЕМЬЕВ; подворье Валентины ТОРОПОВОЙ — одно из самых успешных в округе, а любимец хозяйки — симпатичный теленок Борька.

Фото автора

Еще немного статистики…

На сегодня, сообщили «БН» в Стародорожском райсовете депутатов, производство продукции ведется в 5028 ЛПХ. При этом 21,5 процента от общей численности подворий не содержат скота. Сельчане обрабатывают свои участки сами — для этого в собственности у граждан имеется 141 трактор, 21 грузовой автомобиль, 18 единиц другой техники. В районе действует одно коммунальное унитарное предприятие «Языль», оказывающее разнообразные услуги частникам. В среднем по району на одну корову приходится 0,9 гектара сенокосов и пастбищ.

Подворья обеспечиваются качественными семенами и посадочным материалом через систему потребкооперации и частично путем реализации семян населению сельхозпредприятиями. Они же закупают молодняк КРС через заключение договоров контрактации. При расчетах за телят хозяйства практикуют встречный обмен зернофуража (от 12 до 15 и выше кг за один килограмм живого веса) и выделение сена в готовом виде, с первого укоса. Кроме того, в прошлом году за счет бюджетных средств производилась выплата надбавок в размере 1 тысячи рублей за килограмм живого веса. Применение такой дифференцированной системы расчетов позволило закупить у населения в 2009 году 716 голов молодняка КРС. В 2010-м — уже 600...

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?