«Они сражались за Родину»: трудный путь к зрителю

В любых рейтингах на лучший фильм о Великой Отечественной войне картина Сергея Бондарчука остается в числе лидеров. Вот уже более 40 лет. Независимо от возраста и родного языка аудитории, принимающей участие в опросах. Действительно, кино на все времена. Одна из самых правдивых картин не только о тяжелых боях на подступах к Сталинграду в июле 1942–го, но о войне вообще. Бытовых сцен здесь куда больше, чем батальных, и герои — совсем не герои, просто несколько голодных, уставших солдат, измотанных неудачами, которые, ерничая и поругиваясь, делают свое дело. Но это не принижает их, а, напротив, без лишних и пафосных слов дает возможность ощутить настоящую цену их подвига, цепляя в разы сильнее любых современных спецэффектов. Фильм знаменитый, да что там — легендарный, считающийся образцом для подражания даже в Голливуде. Однако в 1975 году начинать картину, которую планировалось выпустить к юбилею Победы, со сцен отступления сочли недопустимым и в Госкино, и в Министерстве обороны СССР.


Картина к юбилею

Одним из главных критиков выступил маршал Гречко, впрочем, и генералам, увидевшим фильм «Они сражались за Родину» первыми, новая работа Сергея Бондарчука категорически не понравилась. Ирина Скобцева, вдова режиссера, и сейчас помнит все замечания:

— Упреков было множество. И как они одеты, и что оборванные, и спичкой подошвы прибивают, и что голодные, и что отступали...

Закончилось все тем, что отдел пропаганды ЦК КПСС запретил выпускать «Они сражались за Родину» в широкий прокат. Но, как это не раз бывало в подобных случаях, ситуацию спасло вмешательство Брежнева — на него экранизация одноименного романа Михаила Шолохова произвела как раз таки положительное впечатление. Однако выход картины на большие экраны приурочили совсем к другому юбилею — 70–летию Шолохова.

Личные дела

Не исключено, что Андрей Антонович Гречко не удержался от сведения личных счетов. Кандидатуру режиссера, способного снять достойное кино к 30–летию Победы, долго не обсуждали. После международного триумфа «Судьбы человека», после «Войны и мира», получившего «Оскар», Сергей Бондарчук считался одной из главных фигур в советском кинематографе. К нему–то и обратилось Министерство обороны с предложением снять юбилейную картину, намекнув, что есть очень достойный материал — книга маршала Гречко «Битва за Кавказ». Однако у Бондарчука были свои представления о настоящей военной истории. И он поехал к Шолохову.

Экранизировать свой незавершенный роман, составленный из фронтовых очерков и зарисовок, публиковавшихся в «Правде» и «Красной звезде», Шолохов не позволил. Но вскоре передумал. Говорят, существовали другие главы романа, в которых о «неизвестной войне» рассказывалось еще откровеннее. И об Испании, и о начале сталинских репрессий. Однако опубликовать книгу целиком Шолохову не удалось — советская цензура не пропустила. После визита Сергея Бондарчука писатель снова обратился к Брежневу, надеясь на полноценное издание романа. И опять получил отказ. Тогда и согласился на фильм — с условием, что место для съемок выберет сам.

Мемориал и Часовня

У станицы Клетской и хутора Мелологовского на границе Волги и Дона, куда прибыла съемочная группа, остались считаные хаты. С виду там будто бы уже ничего не напоминало о страшных событиях 1942 года. Но все окрестности оказались буквально нашпигованы минами, на которые натыкались даже журналисты, приезжавшие делать репортажи со съемок. В окопах, вырытых заново, обнаруживались старые письма и скелеты солдат... Сейчас здесь мемориал, где захоронили останки 200 неизвестных защитников. И часовня в память о Василии Шукшине.

«Не будет Шукшина — не будет фильма», — Бондарчук не желал видеть в роли Лопахина никого другого. Но Василий Макарович мечтал о своем кино. Он давно хотел снять фильм о Степане Разине, однако начало съемок по разным причинам откладывалось. Сергей Бондарчук пообещал посодействовать — в обмен на Петра Лопахина. Шукшин согласился и с воодушевлением занялся подготовкой к запуску собственной картины. В редкие моменты отдыха между съемками, а чаще по ночам. Выдерживая днем почти такое же нервное напряжение, как и прототип его героя летом 1942–го. Не духота в перегревающемся на солнце теплоходе, который приспособили под актерскую гостиницу, не баня, которую в тот роковой день растопил один из местных жителей для съемочной группы, стала причиной его внезапной смерти. А вот это напряжение... «Играйте правду, не стесняйтесь», — повторял режиссер актерам, многие из которых сами прошли фронт. Юрий Никулин, Иван Лапиков, Николай Волков, Даниил Ильченко, Алексей Ванин, Виталий Леонов да и сам Сергей Бондарчук — все они знали настоящую правду о войне.

«Вы только не умирайте...»

Если бы Василий Шукшин остался жив, не исключено, что вторая часть романа «Они сражались за Родину» также воплотилась бы если не на типографской бумаге, то на кинопленке. Во всяком случае, речь об этом заводилась, когда по приглашению Михаила Шолохова он приезжал вместе с Сергеем Бондарчуком и группой актеров в станицу Вешенскую во время съемок. «Вы только не умирайте, ребята», — сказал им на прощание писатель. После смерти Шукшина никакого продолжения истории безымянного полка не обнаружилось. Недописал или все–таки сжег? Со своими рукописями он проделывал такое часто. Время всей правды о войне тогда еще не пришло.

cultura@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...