Одна надежда на любовь

Стоит ли нам возвращаться к практике 75 процентов отечественной музыки в эфире?

Вчера в Витебске закончил свои гигантские гастроли по Беларуси известный «дельфин» российской эстрады Игорь Николаев. Он объехал 12 городов! Такой бешеный спрос на маэстро несколько насторожил отечественных исполнителей. «У кого из наших артистов был столь плотный концертный график в октябре?» — задаются они вопросом и спорят до обмороков. Некоторые считают, что засилье импортной попсы крайне вредно. Музыканты с ностальгией вспоминают о квоте 75 процентов, когда в эфире теле– и радиостанций звучали в основном белорусские песни. Другие не видят в конкуренции ничего, кроме плюсов. И все же один из участников нашего дискуссионного клуба убежден: пришла пора спасать белорусских артистов от экспансии заезжей попсы, возвращаться к практике культурного протекционизма. Другой не верит ни в какое импортозамещение на эстраде и советует нашим исполнителям петь звонче пришлых трубадуров.


Дорогие читатели, а вы как думаете? Есть ли шанс у наших поп–рок–музыкантов вернуть себе былую славу и полные залы в больших и маленьких городах? Ждем ваших комментариев на сайте www.sb.by.

Понять и поддержать

Виктория ПОПОВА.
Такое ощущение, что композитор и певец Николаев поставил перед собой цель в октябре заглянуть в каждый провинциальный белорусский город, где только есть отапливаемый Дом культуры. Он пел в Лиде, играл в Щучине, приплясывал в Пинске. В городе Поставы установил рекорд — дал сразу два концерта за день. На моей памяти таким оголтелым чесом группа «Ласковый май» отличилась на пике славы, в конце 80–х. Сегодня, лишившись плотного гастрольного графика в Украине, российские попсовики со свойственной им широтой души и здоровым аппетитом ринулись на белорусский рынок. И я, Дима, не могу не посочувствовать нашим артистам: после маэстро с пышными усами условному субтильному Саше Немо нечего делать в Поставах как минимум месяц, до следующей получки на мебельном заводе или молочном комбинате. Но нет никакой надежды, что в следующем месяце свой рыжий глаз на регион уже не положила Алена Апина.

Ты можешь сколько угодно иронизировать над моим желанием защитить белорусскую эстраду, и ржать будешь до тех пор, пока это тебя не коснется напрямую. Но приведу тебе красноречивый пример: я почувствовала себя человеком второго сорта точно так же, как наши артисты перед засильем звезд из соседних стран, когда мне отказали в путевке выходного дня в отечественный санаторий с открытой формулировкой: «Мы в вас не заинтересованы. На вас много не заработаешь. Россияне больше платят». Пока в условном районном Доме культуры дела, как мне рассказывают наши продюсеры, так обстоят: гонорарная ставка белорусских артистов фиксированная, прозрачная, все договоры оформляются задолго до начала концерта, и от продажи билетов прибыль наших музыкантов, считай, не зависит. Популярные же артисты из России более свободны в обращении с контрактами и документами на нашей территории. Не собрали зал — до свидания, порвали контракт, а если аншлаг — так можно и на бис повторить, оформив концерты задним числом. От излюбленной схемы откатов и поощрений, как ты понимаешь, они пока тоже не отказываются. Естественно, при таких условиях, когда наш артист скован обязательствами, а иностранный — только возможностями, городской центр культуры предпочтет иметь дело с иностранной группой или певцом, который принесет ему гарантированную прибыль. Для тебя такие нюансы неаккуратного ведения бизнеса неважны и незаметны, но, повторюсь, до тех пор, пока не касаются лично тебя. Если не ставить совсем никаких заградительных мер, квот и рычагов, не любить себя, недооценивать, не защищать — так и будем прозябать на музыкальных задворках империй и жить мелкими страстишками неурядиц в большой семье Пугачевой и Галкина.

Самое плохое и неправильное, что мы продолжаем взращивать на наших эстрадных полях российскую поп–культуру по какой–то инерции. Ты прав, Николаев — классический образчик лица из телевизора еще советского, но Елена Ваенга, Стас Михайлов, Григорий Лепс, могу назвать еще десятки имен — порождение нового времени, на одних только концертах «Славянского базара» эти лица заработали себе многомиллионную армию поклонников и нехилую наследственную массу. И продолжают, как видим, лихо вычищать наши карманы, задвигая отечественных артистов в подполье. Что бы ты ни говорил про интернет–исполнителей и звезд Ютуба, страну и в советское время, и сейчас объединяет телевизор. Сидишь ты себе в замечательном Пинске, а перед тобой вся такая шальная императрица выплясывает, почти на коленочки к тебе запрыгивает. Конечно, ее приезд в местный очаг культуры — событие для пинчанина уникальное, на возможность увидеть ее никаких денег не жалко. По телевизору у нас своих тоже не показывают, в основном пробавляемся зарубежной эстрадой. Ну разве это правильно? Нет. На мой взгляд, упущение с печально известным исходом. Сверхпопулярные по нашим меркам белорусы Iowa и Макс Корж сегодня приносят 80 процентов своей прибыли российским продюсерам. Почему? Зачем? Что мешало местным музыкальным воротилам формировать свой рынок артистов? Возможно, природная застенчивость и отсутствие темперамента. Но с этим надо срочно что–то делать.

Ты спрашиваешь, много ли появилось новых ярких имен после введения квоты 75 процентов радиоэфира? Много. Почти все наши популярные артисты набирали свой потенциал десять–двенадцать лет назад, когда такая мера была предпринята. Тот же Алексей Хлестов и Анна Шаркунова благодаря этой квоте стали собирать крупные концертные площадки, их песни зазвучали из каждой автомагнитолы. Другое дело, что тогда распорядились они своими доходами, на мой взгляд, по–нашему, по–белорусски: вложили кровно заработанные в новые квартиры, машины и платья с миланской Недели моды. А надо было в новые песни все–таки инвестировать. Больше думать о творчестве, конкуренции и слушателях. Считаю, можно и нужно дать нашим музыкантам второй шанс, поставить их хотя бы в равные условия с импортными гастролерами. Это благая цель, под ней и подписываюсь.

viki@sb.by


Заело пластинку

Дмитрий КРЯТ.
Вот уж от кого, Виктория, а от тебя, человека прогрессивного, прагматичного и в достаточной степени либерального, я меньше всего ожидал услышать это словцо — «протекционизм». Лично мне оно всегда слышалось далеко не в позитивной тональности. Рождало такие ассоциации, как тянуть кота за хвост или тащить чемодан без ручки. В общем, двигать то, что само перемещаться или не в состоянии, или не способно, или просто не желает. И чистой воды заблуждение, что этот самый протекционизм — временная мера, позволяющая поставить на крыло многообещающий проект. Жизнь доказывает обратное: то, что способно выстрелить, — выстрелит и полетит. Кому не дано — в большинстве случаев падает, как его ни поддерживай. Чрезмерная опека рождает леность, тепличные условия — неспособность к конкуренции и стремление выиграть гонку. Вот отсюда и сегодня стройный хор недовольных: доколе будем терпеть засилье российской попсы? Когда мы научимся любить свое? Но прости меня, Вика, свое я очень люблю. Однако далеко не настолько качественный каждый наш эстрадный продукт, чтобы я мог принять его всем сердцем и посчитать именно своим.

И потом, где ты видишь засилье российской попсы? Господин Николаев, точнее, товарищ Николаев, который так взбудоражил околомузыкальную общественность, — это попса не российская. Это попса еще советская. Ну максимум переходного периода. Вместе с Киркоровым, Аллегровой, Буйновым, Малининым, Цыгановой и даже отчасти Басковым эти певцы еще из той плеяды, когда звезд делали телевизор и грампластинки. Если ты пробился на всесоюзное ТВ, считай, схватил бога за бороду. Записал диск на фирме «Мелодия» — будешь звучать по всей стране, многократно переписанный кустарным образом на магнитную ленту. И публика у этих исполнителей еще та, советская. В силу возраста и доброй памяти о юности. Поэтому и будет Николаев собирать залы в Поставах, Ошмянах и прочих городах и весях до тех пор, пока жив его слушатель, познакомившийся с ним через «Голубой огонек» или «Песню года». Сам же Игорь Юрьевич вполне отдает себе отчет в том, что «Минск–Арену» ему не собрать, и едет только туда, где его готовы покупать. За руку его никто не водит. Чистый бизнес.

А к чему призывают наши обиженные артисты? Что значит научить публику любить свое? Может, сельсоветам вменить в обязанность распространять билеты на отечественного исполнителя, установить планы и строго спрашивать за их выполнение? Но если так, то прости, Виктория, мыслящие подобным образом подающие надежды дарования мне видятся еще более древними динозаврами, чем последние из могикан советской эстрады.

Я, Виктория, не случайно обратил внимание на то, что советских звезд делал телевизор. Теперь же, уверен, юный зритель не несется сломя голову с улицы домой, прочитав в программе телепередач о трансляции концерта. Он с кучкой единомышленников даже с места не сдвинется, подпевая рэперу Фэйсу, сквернословящему из смартфона. И то, что концерт этого, с позволения сказать, певца в Минске запретили, говорит прежде всего о том, что его матерную ахинею пришло бы слушать очень немало народа. Его кто–то протекционировал на пути к популярности?

Наши исполнители странным образом живут мерками прошлого. То надо на телевидение. То на FМ. Ну дали им 75 процентов радиоэфира — и что? Много ли появилось новых ярких имен? Я рассуждаю как потребитель массового продукта. Каждый день по дороге на работу слушаю радио, но при этом крайне редкий случай, чтобы какая–то мелодия навязла в зубах и машинально бы напевалась весь день. А ведь именно в этом весь незатейливый критерий шлягерности темы и мерило звездности ее исполнителя.

И тем не менее звезды зажигаются. Макс Корж, способный сегодня собрать «Минск–Арену», шел к своей публике, минуя ТВ– и радиоэфир. Он ее нашел через интернет. Это ответ тем, кто уже второй десяток лет стенает: в Беларуси, мол, нет шоу–бизнеса. Есть, и вот оно, простое и наглядное тому свидетельство. Может, шоу–бизнесменов мало, реально чувствующих запросы рынка, предугадывающих конъюнктуру на шаг вперед? Ну так это уже совсем другая песня. Тем же, кто все еще завидует Николаеву и компании, сдается, просто надо подсчитать просмотры и лайки своих роликов на Ютуб. Если соберете на каждом по 5 просмотров и два лайка от ближайших друзей, — будьте уверены, вам не только в Поставах делать нечего, но и в клубе любого агрогородка. Хоть после Николаева, хоть до него. Там концерт местной музыкальной школы будет гораздо более рейтинговым.

kryat@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Александр,53,Бобруйск
Виктория,согласен с вами только в одном,что наших на наших же канал-АХ и слыхом не слышно. Только случайно попадаются,а потому вопрос-почему наш культурный канал и не только он,не транслируют вместо импортного тошнотво- ного орания,а тем более,по утрам,наших исполнителей и это раз. Два---это то,что называется достали со своими патриотическими песнями до известного уровня. Три---ощущение,что нет у нас ни поэтов,ни композиторов,а вот исполни- тели есть и это подтверждается их отъездом в белокаменную,потому,как у нас нечего ловить. Четвёртый факт вами озвучен---наши ,,песняры, сами не желают тратить деньги на себя же любимых,а государство просто не обязано это делать и всё тут.
Александр,53,Бобруйск
В добавление вам Виктория предлагаю перечислить,сколь наших одарённых приняла Россия!? Задайтесь вопросом,почему мы не хотим слушать Александру и Константин и им подобных,но от себя скажу нет интереса,но вот почему-то наши слушают украинскую,,Вопли Видоплясова,, или наше ,,Зеленоглазое такси,, и его исполнителя!? Мне просто нравится,народу нравится,мы делаем выбор,в том числе и своим кошельком.
Александр,53,Бобруйск
Наш шоу-бизнес и российский---есть один,два больших магазина,один из которых шаговой доступности,а второй---гипермаркет на окраине и каждый волен выбирать,куда ему направить свои стопы и что он хочет там приобрести.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?