О «раскрутышах» и отце поэта

Можно ли просчитать художественную ценность книги?

Здоровенный неопрятный битник Джек Керуак просто пришел в редакцию с чудовищным бумажным рулоном в 147 метров — так выглядела его рукопись. Роман назывался «В дороге» и был написан за три недели. В одном из издательств решились это развернуть и прочитать... Сегодня «В дороге» — классика, растаскиваемая на цитаты: «Единственные люди для меня — это безумцы, те, кто безумен жить, безумен говорить, безумен быть спасенным, алчен до всего одновременно, кто никогда не зевнет, никогда не скажет банальность, кто лишь горит, горит, горит как сказочные желтые римские свечи, взрываясь среди звезд пауками света...»

Адам Богданович и Максим Богданович
Фото yarwiki.ru

Свою речь на международной конференции по фантастическому началу в литературе английский писатель Нил Гейман начал таким образом: «Задача создателя — как следует рвануть. Задача ученого — бродить потом вокруг воронки, собирать осколки и гадать, какого рода взрыв это был...»

Вот ему более нравится взрывать, а объяснения, наука, «чары сугубо практического свойства» — не для писателя. Еще бы, создатель современных мифов Гейман — и скучная аналитика...

Кстати, сейчас исполняется 155 лет со дня рождения еще одного любителя мифов. А именно — Адама Егоровича Богдановича, отца поэта Максима Богдановича. В истории он и остался в основном как отец гениального поэта. А при жизни написал книгу «Пережитки древнего миросозерцания у белорусов». Народоволец, друг Максима Горького, этнограф, учитель... Мужчина, в которого влюблялись красавицы... Почему ж не понял увлечения сына «беларушчынай», не оценил его стихи? Поклонники белорусской литературы не могут ему простить этого. Подсмеивался над «экзерсисами» сына, не отпустил учиться в Санкт–Петербург, когда сам академик Шахматов предложил место ученика с перспективой работы на кафедре. Адам Егорович объяснял сие тем, что питерский климат не подходил Максиму, унаследовавшему от матери туберкулез, ну и денег на обучение детей не хватало, и выбор был сделан в пользу брата Максима — Льва, блестящего математика.

Видите, и тут подсчеты. Наверное, Адаму Егоровичу понять сына–поэта помешала склонность «поверять алгеброй гармонию». Вот Максим, выросший в российской глубинке, почему–то по книгам из отцовской библиотеки выучил родной язык, услышал его красоту, стал просто одержим белорусской культурой с ее водяными и русалками, Стратим–лебедем и доктором лекарских наук Скориной. Он не думал о будущих продажах своих книг: был вспышкой ослепительного света, взрывом. И мы ходим, изучаем его последствия, подбираем осколки. Адам Егорович тоже вот в свое время, когда Максима оценили в молодой белорусской республике, написал о нем воспоминания: «В одежде довольно небрежен, в его комнате обычно царил беспорядок, особенно на письменном столе».

А вы никогда не задумывались, что рынок современной литературы выстроен такими, как Сальери? Теми, кто просчитывает успех? Ведь обыватель покупает то, что на слуху, на видном месте в магазине. Прочитав, разочаровывается: «Не тот писатель пошел». Не подозревая, что «где–то на задних полках того же магазина томятся прекрасные книги, которые могут стать для нас настоящим открытием. Но мы упорно их не замечаем, продолжая разглядывать выложенные на показ «раскрутыши».

Фото  Татьяны СТОЛЯРОВОЙ.

Кстати, свой доклад Нил Гейман назвал «Порнография жанра или жанр порнографии». «Клубнички» там нет в помине. А просто нужно было привлечь внимание аудитории. Пиар и стеснение — вещи несовместные.

Я хотела назвать эти рефлексии «Можно ли просчитать успех книги?», но поняла: неправильно звучит. Успех как количество продаж просчитать и обеспечить можно. Сказал же Бернард Шоу: «Чтобы книга стала бестселлером, нужны три вещи: модная тема, талант и реклама». Когда второсортная актриса Жаклин Сьюзенн решила написать хит не хуже, чем у автора популярных романов Гарольда Роббинса, она купила три книги упомянутого автора и изрезала ножницами в лапшу, изучая секреты ремесла. И написала хит «Долина кукол». Бывший редактор журнала «Пингвин» Джоди Арчер и помощник профессора английского языка в университете Небраски Мэтью Джокерс собрали тексты более чем 20.000 романов, опубликованных за последние 30 лет, с помощью компьютера их проанализировали и вывели алгоритм «бестселлер–о–метр», с помощью которого можно предсказать, станет ли рукопись бестселлером.

А вот вопрос, можно ли просчитать художественную ценность книги, однозначного ответа не предполагает. Одна из заказчиц алгоритма, автор популярных романов Наоми Олдермен, прокомментировала так: «Мы все знаем, что появление в списках бестселлеров — только одна сторона успеха книги, и что определенного рода шаблонные книги, как правило, продаются очень хорошо, так же как и шаблонная поп–музыка. Людям нравится то, с чем они знакомы. Я действительно больше всего интересуюсь бестселлерами, однако формула точно не предсказывает, ведь есть и гениальные книги, которые вовсе не являются бестселлерами».

Сыграйте же со мной в мою любимую игру: «Отыщи в книжном магазине хорошую книгу на самых дальних полках». Талантливого автора, о котором не слышал, кто «лишь горит, горит, горит как сказочные желтые римские свечи, взрываясь среди звезд пауками света...» Увлекательная игра, поверьте!

rubleuskaja@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости