О чем расскажут обелиски

Более 60 деревень Смолевичского района превратились в пепел

ВСЕ меньше свидетелей можно встретить, дети войны давно постарели и один за другим уходят из жизни, но остаются обелиски как сигнал: «Люди, через века, через года, — помните!» Смолевичский район — один из сотни в Беларуси, чьи села враг сровнял с землей, оставив после себя горы пепла, печные трубы и могильные холмики. Более 60 деревень превратились в выжженное поле. Корреспондент «Сельской газеты» вместе с директором Жажелковского сельского клуба Ниной Козловской и директором районного Центра ремесел Галиной Харламовой посетила места общественной памяти и скорби.

Усяжский сельсовет
Жительница Хотеново Вера ЧИЖИК

ТРИ черных гранитных креста и восемь памятников видны с дороги Жодино – Дениски. Пару лет назад установили указатель: «Здесь был поселок Антопольский. Сожжен вместе с жителями 19 сентября 1943 года». До войны он считался частью деревни Юзефово, дома рядом. Каратели приехали ближе к полудню со стороны Логойска, где базировался батальон Дирлевангера. Безжалостно убивали и бросали в огонь даже малолетних и грудных детей. Не пощадили и беременную Анну, запихнув ее в пекло. От температуры лопнул живот, ребенок выкатился наружу, но умирающая мать успела прикрыть малютку своим телом. Спасшийся отец ребенка Бронислав Тихонович дал сыну имя Адам. На одной из плит отмечена целая семья Тихоновичей. Долгие годы на месте сожжения и упокоения стоял деревянный крест, обнесенный забором, за которым ухаживал выживший старик. 

Эмилии Ивановны Сивицкой из Прудища давно нет в живых. До самой старости женщина копила деньги, чтобы поставить памятник односельчанам, даже составила пофамильный список. Ее мечту успел осуществить уже ныне покойный племянник Александр Тихонович, московский скульптор-белорус. На собственные средства он и создал островок памяти среди поля. 
Островок памяти на месте сожженного поселка Антопольский

На территории этого же сельсовета — деревня Хотеново. Болотистая местность некогда разделяла ее на две части. Из трех свидетелей сожжения деревни в живых осталась лишь 89-летняя Вера Денисовна Чижик. Она до сих пор с ужасом вспоминает 8 апреля 1943 года, когда практически всех жителей Хотеново-1, 184 человека, сожгли каратели, прибывшие из Логойска. Вторую часть деревни оставили лишь потому, что в ней располагался немецкий батальон. «Нас не тронули, только 18 мужчин погнали на строительство моста, пообещали домой отпустить, но после работ всех положили автоматными очередями. Они похоронены на кладбище, — вспоминает очевидица. — Были силы, сама ходила и убирать могилку. А теперь приходит кто или нет, не знаю».

Памятники установили на месте сгоревшей с людьми бани и на кладбище еще в советские времена. Годы сделали свое дело. Сельсовет наводит порядок своими силами, но на все нужны средства. Управляющая делами Усяжского сельисполкома Ольга Масловская поясняет: в основном проводят работы по благоустройству. В прошлом году вырубили кустарники, к праздникам подбеливают и подкрашивают, требуется капитальная реконструкция. Всего на территории сельсовета 13 захоронений.

Директор Жажелковского сельского клуба Нина КОЗЛОВСКАЯ у памятника расстрелянным 18 жителям Хотеново.

Более 50 человек сожжено 23 марта 1943 года и в Малых Калодезях. Зверствовали те же бандиты, которые уничтожали Хатынь. Людей загнали в два дома и подожгли. На месте одной из хат после войны посадили дерево, оно стоит до сих пор. Сельчанам поставили памятник на пригорке у дороги из Логойска на Смолевичи. 

Заболотский сельсовет

ДЕРЕВНИ Водица на карте Смолевичского района нет с 1977 года, сохранилось лишь одноименное название улицы в Орешниках. В центре села — памятник-обелиск. В начале 1943 года фашистские изверги и полицаи собрали более ста мужчин из Водицы и Орешников и погнали по морозу и снегу в сторону Заболотского кладбища. Одна из свидетельниц Софья Хмельницкая вспоминала: «Какой-то старик кричал: «Хлопцы, это мы, старые, убежать не можем, а вы чего стоите?!» Кто пытался вырваться, в того летели пули. Остальных выводили на пригорок, ставили в ряд по 6—7 человек и расстреливали. Молодых девчат-подростков хватали и угоняли в Германию. Евгения Александровна Кошель вспоминала, что хату ее отца, бригадира довоенного колхоза, сжигали дважды, и оба раза зимой. Первый раз донес местный предатель, обиженный на «несправедливость». Следующей зимой уже зверствовал карательный отряд. И Орешники, и Водицу сожгли дотла, список уцелевших жителей составляли лишь женщины и дети. Долгое время погибшие, всего 92 человека, были захоронены на месте расстрела в одной могиле, потом их останки перевезли в центр Орешников.

Мемориал в деревне Орешники

На территории Усяжского сельсовета 13 братских могил, воинских и гражданских захоронений, связанных с Великой Отечественной. Нелюди воевали огнем с жителями деревень Шпаковщина, Малые Калодези (ныне это Тадулино. – Прим. авт.), Прудище, Каменка, Сутоки, Юрьево, Антополь, поселок Антопольский… Не везде есть общие могилы жертв карательных операций, чаще всего родственники «расселяли» их потом по одному по кладбищам.

Памятник Николаевичскому подполью в Заболотье.

Курганский сельсовет

ДЕРЕВНЯ Туры малонаселенная, сегодня больше дачных участков. Многие владельцы даже не знают, что только за один день в марте 1943 года здесь лишили жизни 34 сельчан, расстреляли в парке соседней деревни Шипяны. Их дома обливали горючим, стреляли по соломенным крышам и бросали факелы. Чтобы не дать никому погасить огонь, с колодцев сорвали цепи. Эдуарда Сергеевича Першая вместе с матерью спрятал в картофельной яме дед Алексей, завалил ботвой. Скрывая слезы, пожилой мужчина говорил: «Тех людей, которых постреляли, после прихода советских солдат наши женщины откопали. Кто-то из Шипян сбил четыре больших ящика, туда положили останки и перезахоронили на кладбище в одну общую могилу. Я видел это своими глазами».

Захоронение на гражданском кладбище в Шипянах

Сжигали Кленник, Стриево, Заболотье… На курганской земле война оставила 38 захоронений. Среди упокоенных в деревне Студенка два Героя Советского Союза — Михаил Теплов и Федор Смирнов.

— У нас возникла проблема, на мемориальном комплексе «Разгром», партизанской святыне, ветер повредил скульптуру солдата и сорвал таблички, — поясняет председатель Курганского сельисполкома Инесса Хващевская. — Что могли, сделали сами. Но там нужны капитальные вложения. То же самое касается и памятников в Шипянах. Они старые, простой реставрацией не обойдешься. За ними мы ухаживаем, но с выделением средств сельисполкома есть проблемы, кладбище числится на балансе ЖКХ. Надеемся, в следующем году мы решим этот вопрос и полностью заменим надгробия и ограждение.

Озерицко-Слободской сельсовет

ДЕРЕВНЯ Багута расположена примерно в десяти километрах от райцентра. Накануне Великой Отечественной войны здесь было-то всего 43 двора да 180 жителей. 12 марта 1943 года каратели превратили село в пепел, расстреляли и сожгли более 140 человек. Повезло лишь тем, кто успел спрятаться в лесу, наблюдая издалека, как горит деревня. От Багуты осталась только баня у реки.

Могила, где покоятся останки жителей деревни Багута

Надежда Петровна Свентицкая — одна из немногих спасшихся. Девочке в ту пору было всего 6 лет, но она помнила, как мать опознавала по обгоревшей косе одну из ее малолетних сестричек. О том, что рядом лежала вторая, просто догадались. Помнит, как уцелевшие односельчане собирали останки сгоревших людей и хоронили в одной яме прямо посреди деревни. Некоторые упокоили своих близких на кладбище в Слободе.
Памятный знак сожженным жителям Смолевичского района в агрогородке Слобода

За прошедшие десятилетия в Багуте сменилось не одно поколение, сейчас здесь больше дачников. Практически никто не знал, кому поставлен железный крест со старой облупившейся краской над могилой, которую нужно еще постараться отыскать на небольшом пятачке среди высоких и глухих заборов. Мне удалось сделать это 4 года назад. Рядом с сельчанами похоронен 19-летний партизан Михаил Савицкий. Территория, честно говоря, тогда была ужасной: старое полусухое дерево, трава в пояс, проржавевший крест и потрескавшийся серый памятник. За помощью обратилась к председателю Озерицко-Слободского сельисполкома Дмитрию Кудину и руководителю ЧСУП «Озерицкий-Агро» Нине Железновой. Буквально за пару месяцев все изменилось: расчистили территорию, поставили новый забор, засыпали щебнем вокруг могил и установили два небольших памятных знака. Для этого собрали средства, только директор ЧУП «АлирГран» Александр Багрицевич, прочитав материалы о сожжении Багуты, отказался брать плату. И гранитные знаки сделали и установили безвозмездно.

Целая группа добровольцев трудилась над созданием мемориального знака в агрогородке Слобода, открытого 9 мая 2015 года. Символический сруб сгоревшего дома, из окна вылетают журавли — души погибших, а на пепелище «растет» березка как напоминание о том, что жизнь продолжается. Этот знак — дань памяти всем сожженным деревням Смолевичского района.

chasovitina@sb.by

Фото автора


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...