Никто не хотел умирать, но многие хотели стрелять

Четверть века назад советские десантники взяли штурмом телебашню в Вильнюсе и здание телерадиокомитета

Четверть века назад советские десантники взяли штурмом телебашню в Вильнюсе и здание телерадиокомитета


ПОГИБЛИ 13 мирных жителей, офицер подразделения «Альфа», ранено несколько сотен человек. 13 января в Литве отмечается как День защитников свободы. Но белых пятен в этой трагедии до сих пор немало, ясно только одно — попытки тогдашнего президента СССР Михаила Горбачева реформировать политическую систему страны закончились крахом. Все предпосылки были заложены еще в марте 1990 года, когда Верховный Совет Литовской ССР принял решение о своей государственной независимости и первым из союзных республик заявил о выходе из состава Союза. В днище мощного многонационального государства образовалась такая пробоина, которую уже ничем нельзя было залатать.

Лаба дена, коллеги!

Часто во время работы на Белорусском радио приходилось бывать в Литве. Хорошо знаю уютный район улиц Судервес (теперь она называется 13-го Января) и Конарского, где разместились телебашня и Литовское телевидение и радио. Добрым словом вспоминаю журналистов Бенаса Рупейко, Иозаса Лавринавичуса, которые в столовой телерадиокомитета всегда угощали знаменитым национальным блюдом — цеппелинами. Помню и Скирмантаса Валюлиса, руководителя Литовского телевидения и радио в начале 90-х годов, которые стали переломными для десятков и десятков миллионов людей. Умнейший, интеллигентнейший человек, по профессии фотограф, теле- и кинокритик, несколько лет назад ушел из жизни.

Литовские коллеги и друзья открыли мне глаза на многие проходящие в республике процессы. Впрочем, их можно было видеть на каждом шагу, а шел июнь 1990 года. Чего стоили только лозунги типа «Русские оккупанты, вон из Литвы!». Расправил крылья «Саюдис», общественно-политическая организация, которая изначально своими целями провозглашала культурное возрождение и демократизацию. Но затем основной ее задачей стало отделение Литвы от Советского Союза.

В то время в республике фактически установилось двоевластие: параллельно с новыми госорганами продолжали действовать советские силовые структуры. Странно и непонятно было наблюдать такое после спокойной Беларуси. Начались гонения на русских людей и тех, кто не желал выхода из состава СССР. С работы увольняли неугодных лиц под предлогом плохого знания литовского языка, публично звучали оскорбления ветеранов, осквернялись могилы борцов с фашизмом.

На две части раскололась компартия Литвы. Большую составили национал-сепаратисты во главе с Бразаускасом, меньшую — литовские коммунисты, оставшиеся на платформе КПСС, во главе с Миколасом Бурокявичюсом. Впоследствии профессор, доктор исторических наук Бурокявичюс проведет, фактически за эту верность, 12 лет в тюрьме.

Не помогла и Раиса Максимовна

Горбачев предпринимает отчаянную попытку повлиять на развитие событий и намечает поездку в Вильнюс. Но прежде туда забросили большой десант с членами Политбюро, народными депутатами, партийными лидерами Узбекистана, Вологодской и Витебской областей.

В Литву генсек прибыл вместе с Раисой Максимовной. Существенный удар по иллюзорным надеждам Горбачева был нанесен на встрече в Доме печати с представителями литовской интеллигенции. На прямо заданный аудитории вопрос: «Действительно ли Литва хочет отделиться от СССР?» последовал однозначный и категоричный ответ: «Да!» С разной тональностью, но такие же суждения он услышал и во время поездки по республике.

Между тем литовский Верховный Совет во главе с Витаутасом Ландсбергисом ускоренно начал штамповать новые законы республики уже как суверенного государства. Отменен закон СССР о всеобщей воинской обязанности, закрылись военные комиссариаты. Министерство внутренних дел срочно заказало новую форму с национальной атрибутикой. Создаются пограничные пункты, чтобы контролировать вывоз товаров из республики. Принимать участие в официальных чемпионатах СССР отказываются спортсмены.

Центр снова зашевелился. Кроме политических и правовых рычагов, предлагалось использовать экономические методы воздействия — ограничение поставок энергоносителей, сырья, ряда товаров, сформулирована позиция по приостановлению передачи в литовскую собственность предприятий союзного подчинения. Не исключался также возврат территорий, переданных в свое время Литве Советским Союзом, — Клайпеды, Виленского края, ряда районов Беларуси. Но все эти меры оказались нереализованными и остались лишь на бумаге.

Милиция осталась в стороне

В январе 1991 года резко обострилась обстановка в самой Литве. Да и как она могла успокоиться, если беспомощный Горбачев пытался управлять огромной страной при помощи уговоров и расплывчатых документов? События разворачивались стремительно. С 7 января цены на основные продукты питания единовременно повышены в среднем в 3,2 раза, повсеместно начались акции протеста, и через день парламент отменил решение правительства.

Но страсти уже накалились. Прекратил работу вильнюсский аэропорт, представители крупных промышленных предприятий союзного значения, персонал Игналинской АЭС и железнодорожники заявили, что готовы начать всеобщую политическую забастовку в случае, если Верховный Совет не объявит о самороспуске. Рядом с ним собралась многотысячная толпа, преимущественно из представителей русскоязычного населения, с лозунгами: «Долой парламент! Да здравствует Союз ССР!».

ЦК компартии Литвы объявил о создании Комитета национального спасения, который «берет на себя всю ответственность за судьбу республики». Кстати, в целях обеспечения безопасности его членов состав комитета оглашен не был.

Михаил Горбачев направил в Верховный Совет обращение, в котором предложил «незамедлительно восстановить в полном объеме действие Конституции СССР и Конституции Литовской ССР, отменить ранее принятые антиконституционные акты». Ландсбергис охарактеризовал обращение как вмешательство во внутренние дела суверенного государства и в ответ призвал население выйти на улицы и принять участие в охране зданий парламента, радиоцентра, телебашни, телефонных станций.

Правоохранительные органы в растерянности, парализованные националистической пропагандой и демократической болтовней. Слабина центральной власти становится очевидной, единственной реальной силой остается армия.

Танки как железный аргумент

В республику на аэродромы Паневежис и Кедайняй перебрасываются бойцы Псковской дивизии ВДВ, примерно 1000 человек и 115 единиц техники. Для их доставки было выделено 35 самолетов Ил-76. Затем полк без особых помех совершил марш в Вильнюс и разместился в Северном военном городке. Дислоцировавшуюся в Литве 107-ю мотострелковую дивизию решили не задействовать. Тогда ее командиром был Владимир Усхопчик, впоследствии заместитель министра обороны Беларуси. Он же являлся и начальником Вильнюсского гарнизона.

«Обстановка в городе была настолько напряженной, что в любой момент мог произойти катастрофический взрыв. Стороны конфликта (военные и гражданские) вели себя вызывающе, провоцировали друг друга», — так вспоминал события тех дней литовский писатель Витаутас Петкявичус.

Чтобы помочь найти выход из положения, в Вильнюс с группой депутатов Верховного Совета СССР прибыл член Президентского совета писатель Борис Олейник. В своем отчете Горбачеву он писал: «Совершенно растерявшийся Ландсбергис призвал тысячи человек, чтобы они его защищали. Опасаясь штурма, он старался задержать нас в парламенте как можно дольше. Мы же доказывали ему обратное: чем скорее мы начнем переговоры с военными, тем будет лучше для обеих сторон. От этого выиграет вся Литва».

Десантники взяли под охрану около 30 объектов, а вот в здании телерадиокомитета уже находился отряд Департамента охраны края. 13 января в 2.10 диктор литовского телевидения в прямом эфире сообщил, что студия захвачена советскими войсками. На этом передачи прервались.

По версии следствия, проведенного союзной Генпрокуратурой, танки были снабжены холостыми снарядами, а солдаты не имели боевых патронов. Так откуда же жертвы, в том числе и убитый в спину офицер группы «Альфа» Виктор Шатских, сотни раненых?

Без вины виноваты?

Будучи в 1991 году директором Департамента охраны края Аудрюс Буткявичюс в одном из интервью сказал, что жертвы январских событий были изначально запланированы якобы для того, чтобы оплатить свободу «малой кровью». Эти слова впоследствии подтвердил и бывший в 1993—1996 годах главой комитета по национальной безопасности Сейма Литвы Витаутас Петкявичюс, имевший доступ к секретным материалам. Он заявил, что «с крыш соседних домов по собравшейся толпе в людей стреляли наши добровольцы». Затем уточнил, что в ту ночь с телебашни стреляли литовские пограничники.

В вышедшей в 2003 году и ставшей бестселлером книге «Корабль дураков» Витаутас Петкявичюс указал, что «на совести Ландсбергиса и Буткявичюса жертвы ночи 13 января, поскольку один придумал, а по приказу другого несколько десятков пограничников были переодеты и впущены в телебашню. Это они сверху вниз стреляли в толпу… Я это своими глазами видел, когда возле моих ног от асфальта рикошетом отскакивали пули».

Сам Буткявичюс признавал, что здание телерадиокомитета, Дом печати в случае попытки захвата их советскими десантниками вообще должны были быть подожжены, чтобы «заснять пожар и показать за рубежом». Также было подготовлено к поджогу и здание Верховного Совета.

В 1990-х годах в Литве прошло несколько судебных процессов, результатом которых стало осуждение ряда «виновников январских событий». Центральным явился трехгодичный процесс по делу бывших руководителей компартии Литвы/КПСС, так называемое «дело профессоров». Они получили разные сроки заключения.

Несмотря на то что уголовное дело составило 455 томов, допрошено более трех тысяч свидетелей, проведены сотни экспертиз, в ходе судебного разбирательства не установлен ни один виновник гибели конкретной жертвы у телебашни. Окружной суд Вильнюса предпочел констатировать, что за этими преступлениями — коллективные убийцы: литовские коммунисты, советские военнослужащие и спецгруппа «Альфа» КГБ СССР. Но, думаю, история все рассудит…

shevko@sb.by
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости